— Хорошо! — Я поднялся и принялся мерить шагами залу.
— Это всего лишь данность, а не условие! В своде законов ничего не сказано о том, кто именно может владеть этой реликвией!
— Хорошо! — Я поднялся и принялся мерить шагами залу. — Рассказывай!
Отец передернул плечами:
— Да там не так уж много интересного. Перед побегом она упросила крылатого отвести ее к Рубину.
— Зачем?
— Затем, что, как я и предсказывал, была очень напугана предстоящей коронацией. Сомнения, неуверенность… ну ты меня понимаешь. В общем, Рубин, выпросив у этой дурехи свободу в обмен на информацию, напел ей стишок, наплел, как трудно быть князем, и шагнул под ножи, думая, что избежал встречи с нашим палачом. — Отец усмехнулся. — Глупо. Человеческая жизнь коротка, и однажды Рубин все равно вернется сюда. Так что он просто отсрочил свою казнь на несколько десятилетий.
— Что за стих он ей прочитал? — Я остановился напротив отца.
Тот снова пожал плечами и поднялся.
— При чем здесь стих, сын? Легкое воздействие на чувства, немного непонятных намеков, и девчонка засобиралась в мир смертных. Рубин просто ее испугал и смылся. Конечно, этим не преминул воспользоваться Васиэль. Только и всего! Тебе нечего бояться. Корона здесь ни при чем!
Его искренняя улыбка заставила меня насторожиться еще больше.
— Что за стих?
— О крылья! Да какая-то ерунда!
— И все же?
— Гм… — Отец нахмурился и потер лоб. — Что-то вроде:
Хочу я властвовать в веках, лишь именем внушая
страх.
Когда придешь ко мне с Земли, чтоб нам
склонились короли,
Свое ты имя не забудь — оно тебе укажет путь.
Лишь в крови истинной ответ узнаешь ты
сквозь много лет.
Не отрывая от него взгляда, я попятился и опустился на кровать.
— Что с тобой? — Отец встревоженно шагнул ко мне.
— Я ничего не понял… — Сжав виски, я уставился на черные плиты пола и мысленно закончил: «…но я знаю эти строки. Вернее, похожие на эти!»
Вот интересно, сумасшествие — это только человеческий недуг или демонам оно тоже передается… воздушно-капельным?..
— Да чего там понимать? Говорю же: сочинил отсебятину, выдал этой дурочке за предсказание и смылся! Бра-во!!!
Хм.
Я задумался, вспоминая четверостишие.
Действительно, угрозы нет. Может, я и вправду ищу там, где пусто?
— Ну? Я успокоил твои страхи?
— Не знаю. А это все , что было в ее воспоминаниях?
— Это то существенное , что было в ее воспоминаниях, если не принимать во внимание дебри эмоций и чувств. Кстати, — он заговорщицки подмигнул, — уж если кого она и помнит, так это тебя.
Я вскинул на него глаза.
— Что еще было в ее воспоминаниях?
— Ой, Элекз, ты думаешь, у меня бы хватило терпения запомнить всю ту чушь? Достаточно того, что я узнал самое важное! Что ж, не зря я пришел в Шеррахх! — Сжав мои плечи, отец заставил меня подняться. — Теперь я могу быть уверен, что ты не откажешься принять власть?
Его взгляд шилом пронзил мой мятущийся разум.
— Теперь я могу быть уверен, что ты не откажешься принять власть?
Его взгляд шилом пронзил мой мятущийся разум. Дав слово князю, невозможно не выполнить обещание, и лишь он сам может освободить от него. Но у меня больше нет аргументов и дальше отказываться от этой короны.
— Да. Не откажусь, — как приговор вытолкнул я непослушными губами.
— Я рад, сын! Искренне! Поверь, ты не пожалеешь! — Довольная улыбка скользнула по его губам. Коснувшись пояса, он сдернул шар перехода и начал его раскручивать.
— Что ты делаешь? Ты уходишь? — Странная волна отчаяния, даже какой-то обиды сдавила горло. — Я думал, что ты останешься со мной на эти несколько дней. До коронации!
— Увы. — Отец качнул головой. — В Крак-шере идет восстановление дворца, и в частности Башни Наказаний, а чтобы активировать все разрушенные артефакты этих строений, нужны мои знания, моя сила и моя кровь. Но я обещаю, что приду утром десятого дня нового цикла! У нас будет время, чтобы обо всем поговорить, мой князь!
Он шутливо поклонился и шагнул в круги смерча.
Тамара
— Эх, знала бы, что это так долго, пешком бы пошли, быстрей бы добрались! — в который раз вздохнула Элка, поглядывая через плечо водителя на безнадежный ряд машин.
— Так пятница же! Конец рабочего дня. Что вы хотите, девушка? — В зеркале отразились бледно-голубые глаза таксиста, смерившего ее оценивающим взглядом. — К тому же я ни сном ни духом, что на этой улице пробка. Хотел как быстрее…
— А получилось как всегда? — Подруга обмахнулась ладонью и, тяжело вздохнув, принялась за меня: — Ну а ты чего в одну точку уставилась? Тебе случайно не плохо?
Я сморгнула, вырываясь из омута воспоминаний.
После пробуждения на ее диване со мной творилось что-то странное. Перед глазами словно проносился фильм, в котором я была главным действующим лицом. Я… и Алекс.
— Эл, — я посмотрела ей в глаза, — а ты веришь в существование демонов? Или ангелов?
— Девушка, я верю в существование и тех и других! — К нам тут же охотно обернулся таксист. — Потому что я могу быть и тем и другим! Хотите, докажу? Что вы делаете сегодня вечером?
— Избавляемся от вашего общества! — Элка так зыркнула на него, что тот, обиженно хмыкнув, отвернулся и включил радио. — Так, что еще за бредни?
Я вздохнула. А чего я ожидала?
— Да просто… спросила…
— Угу. Просто? — всезнающе прищурилась она, и мне сразу же захотелось все ей рассказать.
— Понимаешь, мне, пока я у тебя отсыпалась, такой сон странный приснился…
— Ну вот! Я же говорила, что пройдет немного времени, и ты снова начнешь запоминать сны! Давай рассказывай!
Водитель, явно греющий уши в нашем направлении, тяжело вздохнул и демонстративно прибавил громкость.
В общем, после получасового стояния в пробках и петляния по плавящимся от жары улицам мы подъехали к моему дому. За это время, не особо вдаваясь в подробности, я рассказала Элке все, чем порадовала меня неожиданно восстановившаяся память.
— Шикарный сон, Том! — одобрила Элка, когда машина остановилась у подъезда. — Эх, было бы все это правдой!
— А если предположить, что это могло случиться на самом деле? — невинно поинтересовалась я и затаила дыхание.
— Эх, было бы все это правдой!
— А если предположить, что это могло случиться на самом деле? — невинно поинтересовалась я и затаила дыхание.
Но подруга не оправдала моих надежд. Скептически приподняв бровь, она промолчала, вытащила из сумочки двести рублей и протянула их многозначительно покашливающему водителю.
— Спасибо, что довезли!
Одновременно распахнув дверцы, мы вышли из машины.
— Э, девушки, какие двести?! — донесся нам вслед возмущенный вопль таксиста. — У меня на счетчике шестьсот!
— Шестьсот — это у тебя в мечтах! — Заглянув в его окошко, Элла обворожительно улыбнулась. — А в реале — двести!
— Но… пробка?!!
— За форс-мажоры не платим! — отрезала она, развернулась и зашагала ко мне.
Водитель завороженно уставился на ее длинные загорелые ноги, видимо тут же простив ей незадавшийся рабочий день.
— Ловко ты его! — хихикнула я, поглядывая на исходящего слюной таксиста.
— Привычка! Кавалеры на ночь мне не нужны. Тем более такие. — Подруга взяла меня под руку и кивнула на киоск у подъезда. — Кстати, надо хоть пива купить.
— Это еще зачем? — поморщилась я. В такую жару даже при мысли об алкоголе накатывала липкая муть.
