— Подождите, сначала выслушайте меня! Нам необязательно для спасения
браться за оружие — у нас есть другой путь…
И он рассказал им, насколько мог просто и доступно, о методе Иона
Арнола.
… — Итак, я уверен — Земля может быть вновь возрождена! «Солнечная
печка» прогреет верхние слои планетарной коры — и климат вновь потеплеет.
Не так, как это было раньше — ведь Солнце-то порядочно остыло, — но вполне
достаточно для сравнительно комфортабельной жизни.
На площади воцарилась глубокая тишина. Джон понимал — идея Арнола
была слишком смела и неожиданна, и горожане далеко не сразу воспримут ее,
если вообще воспримут. Увы, люди XX века не были приучены принимать
решения в планетарном масштабе.
Наконец на трибуну взошел Джек Борзак, проработавший большую часть
своей жизни на фабрике.
— Мистер Кеннистон, правильно ли я вас понял, — спросил он, пытливо
разглядывая Арнола, — если эта штука с вашей бомбой выгорит, то мы сможем
вернуться в наш старый Миддлтаун?
— Совершенно верно, — подтвердил Джон. — Мы навсегда вернемся в свои
дома.
Борзак обернулся к толпе и закричал:
— Слышите — мы сможем вернуться в наш старый город! Да о чем тут еще
рассуждать, ребята!
Джон невольно улыбнулся. Для рядового обывателя фантастический,
всепланетного масштаба эксперимент означал лишь одно — возможность
вернуться к своему очагу.
Он поднял руку, призывая к тишине.
Он поднял руку, призывая к тишине.
— Я хочу предупредить вас — метод Арнола никогда еще не применялся на
планете типа нашей Земли. Существует, хотя и небольшая, вероятность ошибки
в расчетах… Кроме того, лишившись поддержки Федерации, мы не сможем, как
намеревались вначале, эвакуировать все население города на орбиту. В
случае неудачи нам всем придется заплатить за свой выбор жизнями…
Он сделал паузу. Лица стоявших около трибуны людей сразу же
вытянулись, они начали горячо обсуждать эту неприятную новость. Наконец
чей-то сиплый голос выкрикнул:
— А что думает мистер Хуббл? Почему наши ученые помалкивают?
Кеннистон воспринял эти слова также и в свой адрес. Засомневавшись,
он не очень уверенно сказал:
— Если вас интересует мое мнение — то я без сомнений согласился бы на
эксперимент, будь я единственным человеком на Земле. Но нас здесь многие
тысячи, в том числе женщины и дети, и потому решение мы должны принимать
сообща.
Он пригласил стоящего рядом с мэром Хуббла и со вздохом облегчения
уступил ему место у микрофона.
— Я не могу ничего вам советовать, сограждане, так как и сам не
пришел еще к окончательным выводам, — начал тот не слишком уверенно. —
Увы, уровень науки XX века не позволяет хотя бы в общих чертах разобраться
в теории Арнола. Остается верить или не верить ученым Федерации на слово.
Судя по тому, что известно, наши коллеги с различных галактических миров
признали правоту идей Иона Арнола. И все же, на мой взгляд, существует
определенная возможность ошибки. Я не могу, к сожалению, оценить,
насколько велик риск. Думаю, решение следует принимать прежде всего исходя
из того, насколько важна для нас ставка в этой игре со смертью. Мне лично
не хотелось бы провести остаток жизни на другом конце Галактики, но
Кеннистон прав — выбор мы должны делать вместе.
Хуббл вернул микрофон Джону, и тот сразу протянул его мэру.
— Гаррис, скажите горожанам, чтобы они тщательно обдумали все
сказанное. Минут десять-пятнадцать мы им дадим на это — а затем те, кто за
эксперимент Арнола, пусть перейдут, скажем, в правую от нас половину
площади, а те, кто против или колеблется, — в левую.
Мэр замялся и завертел микрофон в руках — чувствовалось, что ему
очень не хочется обращаться к горожанам с подобным предложением — оно
могло привести к роковым последствиям. Кеннистон же горько сказал Хубблу:
— Надо было дать им месяцы на размышление — а мы можем выделить
только минуты! Хуббл устало усмехнулся:
— Может, это и к лучшему. Горожане будут меньше терзаться сомнениями
и тревогами.
Мэр Гаррис наконец набрался мужества и передал народу предложение
Кеннистона, но уже от своего имени. На площади тотчас воцарилась суматоха
— люди не были готовы столь быстро делать выбор между жизнью и, возможно,
страшной гибелью.
До Джона донеслись обрывки фраз:
— …эти парни со звезд знают, что делают. Они смогут оживить нашу
старушку Землю, вот увидите!
— …не знаю, не знаю… А что, если начнутся землетрясения на всем
материке? Пожалуй, мы и костей тогда не соберем…
— …ну и черт с ним! По мне лучше сотня землетрясений, чем жизнь
где-то на задворках Вселенной!
Площадь буквально кипела от тысяч взволнованных голосов. Наконец
Гаррис, вопросительно взглянув на Кеннистона, хрипло сказал:
— Вы готовы принять решение, граждане Миддлтауна? К сожалению, мы не
можем дать вам больше времени на размышление…
С бешено бьющимся сердцем Джон смотрел, как внезапно огромная толпа
пришла в движение — люди начали переходить из одной стороны в другую. С не
меньшим волнением за этим следили Арнол и Горр Холл, которым Джон объяснил
процедуру принятия решения.
Некоторое время на Центральной площади царил такой хаос, что нельзя
было ничего понять. Однако вскоре ситуация стала проясняться. Кто за
эксперимент — в правую часть площади… Кто против — в левую…
Между двумя противостоящими группами появился коридор, который начал
непрерывно расширяться. Кеннистон с облегчением увидел — на левой половине
площади осталось около двух сотен людей.
Горожане подавляющим большинством высказались за проведение
эксперимента.
Колени у Кеннистона внезапно задрожали — на него словно обрушилась
огромная глыба ответственности. Он взглянул на Арнола и увидел в его
глазах слезы радости. Горр Холл улыбался во весь рот, обнажив два ряда
мощных клыков. Мэр же отошел в левую часть трибуны и с сокрушенным видом
разглядывал немногочисленных «отказников» — видимо, он не ожидал, что у
него окажется так мало сторонников. Джон вновь подошел к микрофону.
— Спасибо, люди, за ваше доверие! — растроганно произнес он. — Мы
начинаем подготовку к эксперименту немедленно. Корабли Федерации могут
появиться в небе в любой момент — и они не дадут нам что-либо предпринять
без согласия Совета Губернаторов.
Мы просим вас как можно скорее оставить город. Никто не должен
оставаться под куполом в момент, когда в шахту будет спущена и
сдетонирована энергобомба. Это время можно будет переждать, скажем, за
грядой холмов — хоть небольшая, да защита. Те же из вас, кто высказался
против эксперимента, имеют право временно покинуть Землю и наблюдать за
происходящим с орбиты. К сожалению, наш космолет невелик и может взять на
борт лишь несколько десятков, может, сотню людей. Он вновь обернулся к
мэру.
— Гаррис, пора действовать. Возглавьте временную эвакуацию жителей
города и постарайтесь, чтобы не было давки и хаоса… Хуббл, а что
намереваетесь делать вы?
— Думаю, нам с вами, Джон, надо будет помочь Арнолу и его людям в
шахте.
.. Хуббл, а что
намереваетесь делать вы?
— Думаю, нам с вами, Джон, надо будет помочь Арнолу и его людям в
