даже случится чудо и ваш эксперимент удастся, то Совет не простит вам
своей ошибки.
Джон не нашел, что возразить. Коротко попрощавшись, он с тяжелым
сердцем вышел из каюты, даже не позаботившись захлопнуть за собой дверь.
Слова Варны, бесспорно, были справедливы и наводили на малоприятные
размышления, но… Почему-то сейчас его больше всего волновало
воспоминание о том, как его рука прикоснулась к ее чудным плечам. Словно
животворный ток пробежал тогда между ними…
— Это безумие, — прошептал он.
..
— Это безумие, — прошептал он. — Кэрол…
Все оставшиеся дни перелета Кеннистон порывался вновь зайти к Варне
Аллан, йо каждый раз мысль о невесте удерживала его. К счастью, вскоре ему
стало не до личных переживаний — впереди по курсу с каждым часом все
отчетливее проступал красный маяк Солнца. Войдя за орбиту Плутона, корабль
начал торможение.
За время полета техническая группа успела провести все работы по
подготовке оборудования к эксперименту. Ион Арнол целые дни напролет
пропадал в грузовом трюме, появляясь лишь к обеду, усталый, с мешками под
глазами. Джон как-то посоветовал Иону отдохнуть, но тот лишь взглянул на
него покрасневшими от недосьшания глазами и усмехнулся:
— Когда мы прибудем на Землю, нам придется действовать предельно
быстро, — глухо ответил он. — Как только в небе над вашим городом появятся
корабли Патруля, будет уже поздно что-либо предпринимать.
Джон промолчал — его мучили те же сомнения. И все же больше всего
тревожила мысль о предстоящей встрече с горожанами. Люди так ждали и
надеялись на него — а что он принес? Надежду на новую жизнь или
окончательную гибель?..
Глава 13. Миддлтаун принимает решение
С взведенными нервами Кеннистон шел через бурую безжизненную равнину
по направлению к сияющему куполу Нью-Миддлтауна. Чуть позади шагали его
друзья — Ион Арнол и Горр Холл. Холодный утренний ветер бросал им в лица
пригоршни пыли, косматое от протуберанцев Солнце нехотя выползало из-за
горизонта. Все вокруг было таким, как и несколько недель назад, — и все
должно будет вскоре измениться.
— Отлично! — бодро воскликнул Арнол, с любопытством оглядываясь по
сторонам. — Остывающая, массивная планета, наверняка содержащая в коре
много железа!
То, что нужно для моего опыта.
— Ион, спуститесь с небес, — усмехнувшись, сказал Горр Холл. —
Сначала нам надо убедить в этом землян. Кстати, они уже нас поджидают…
Узнав Кеннистона и капеллянина, солдаты вышли из-за баррикад и
приветствовали их, размахивая фуражками. Вслед за ними через проходы в
ограждении ринулись толпы горожан. Они окружили Джона и его друзей, едва
не смяв их в порыве восторга. Казалось, у них не было сомнений в успехе
его миссии…
Кеннистон узнал в толпе хорошо знакомые лица — Буд Мартин, Джек
Борзак, Лаубер… Вскоре к нему сквозь плотную массу людей протиснулся
высокорослый Мак Лаубер и с энтузиазмом пожал ему руку.
— Джон, приветствую вас на старушке Земле! Как ваши — вернее, наши —
дела?
— Эти безголовые звездожители отменили, конечно, свое дурацкое
решение насчет эвакуации? — крикнул ктото из толпы.
— Нам разрешено
остаться в городе?
Волнение в толпе нарастало. Джон закричал во весь голос, пытаясь
перекричать всех:
— Идите на центральную площадь! Я расскажу вам там обо всем!
— К площади! Идем на площадь! — прокатилось по людскому морю.
Толпа подалась назад. Основная масса горожан быстрым шагом
направилась к порталу. Наиболее любопытные роились вокруг Джона и гостей
со звезд. Личность никому не известного Иона Арнола вызвала всеобщий
интерес, и Кеннистона забросали вопросами, но он в ответ только качал
головой. Он намеревался рассказать обо всем на площади, в присутствии
десятков тысяч людей.
По дороге он постоянно выискивал в людском море Кэрол. Он жаждал хоть
издалека увидеть ее лицо — и одновременно в глубине души боялся этого.
Джон огорчился, не увидев невесту рядом, и в то же время испытал странное
облегчение.
Мэр Гаррис нетерпеливо ждал его у портала — чуть позади него стояли
несколько столь же взволнованных членов муниципалитета.
— Джон, наконец-то вы прибыли! — закричал Гаррис и снизошел до того,
что шагнул навстречу Кеннистону и первым протянул ему руку. — Вы
остановили этих наглецов? Надеюсь, они теперь поняли, кто хозяин на Земле?
Джон не стал делать для мэра исключение.
— Я расскажу обо всем там, на площади, где меня сможет услышать
каждый горожанин.
Гаррис нахмурился, в его глазах промелькнул испуг. Тем временем Джон
обменялся крепким рукопожатием со своим шефом.
— Хуббл, проводите меня, — тихо сказал он. — Я сделал очень серьезный
шаг — не знаю уж, к нашему спасению или гибели…
По дороге к площади Джон торопливо рассказал старому другу о своей
миссии к, звездам. Как он и ожидал, Хуббл помрачнел.
— Кен, что вы наделали… Взрыв энергобомбы, «солнечная печка» в
недрах Земли… да это же безумие!
Кеннистон посвятил его в немногие известные ему детали эксперимента —
и Хуббл слегка успокоился.
— Это звучит логично, даже с точки зрения нашей «первобытной» науки,
— сказал он, с любопытством оглядываясь на идущего в нескольких шагах
позади Иона Арнола. — Кен, мне хотелось бы обстоятельно поговорить с вашим
гением с Беги.
— Напрасно потратите время, — угрюмо ответил Джон. — Наука ушла на
миллионы лет вперед, так что Арнол разговаривал со мной так, как, скажем,
я бы разговаривал о ядерной физике со средневековым монахом.
Хуббл подошел к Горру Холлу, с которым проработал много дней плечо к
плечу при ремонте атомных генераторов, и спросил:
— Горр, скажите — вы верите в метод Арнола?
Джон перевел его слова — и капеллянин не колеблясь ответил:
Я верю в Иона настолько, что даже готов рискнуть своей драгоценной
шкурой и остаться рядом с тепловой шахтой во время эксперимента.
Устраивает вас это, старина Хуббл?
Тот кивнул — он знал Горра Холла как прекрасного инженера-ядерщика и
всецело доверял ему.
— Похоже, Джон, мы будем участвовать в большой игре, — усмехнулся он.
— И эта игра, кажется, стоит свеч…
Через несколько минут Джон уже стоял на дощатой трибуне, оставшейся
на Центральной площади со времен неудавшегося «праздника города». Он
сжимал в руке микрофон и с замиранием сердца смотрел на море
взволнованных, возбужденных, ожидающих глаз. Сейчас он произнесет
жестокие, тяжелые, как глыбы, слова, и тогда… И он произнес их,
решительно отбросив колебания:
— Я принес вам недобрую весть, мои дорогие сограждане. Совет
Губернаторов, несмотря на мой протест, утвердил решение о нашей эвакуации
на другую планету.
Толпа отозвалась глухим ропотом — лица многих людей исказились от
грева и возмущения.
Мэр Гаррис, стоявший на трибуне рядом с Кеннистоном, выхватил у него
из рук микрофон и закричал, багровея от ярости:
— Нет уж, дудки, мы не оставим Землю! Пусть только эти Губернаторы
попробуют применить против нас силу — мы дадим им достойный отпор!
Джон недовольно посмотрел на мэра и не без труда вновь отобрал у него
микрофон:
