Альфред резво вскочил на ноги:
— Братья! Товарищи! За революцию! Мы наш, мы новый мир построим, кто был никем, тот станет всем!
— Ура! — шепотом крикнули черти-подпольщики и осушили по первой. Дальше пошло легче. После третьего тоста Альфред вспомнил, что нужно выставить часовых, но после четвертого тоста снова забыл. Да и о какой засаде могла идти речь, если на столе лежал такой сладкий, такой аппетитный жареный гусь! Альфред съел его с костями, даже крошечки подобрал.
Через час стол был чист, а посуда вылизана до блеска. У многих оттопыривались карманы. Запасливые подпольщики растащили даже хлеб. Вино допивали просто так, чтобы не оставалось.
Альфред, тяжело отдуваясь, отошел в сторонку и прилег на скамью.
— Эх, до чего же хорошо… Липучка!
— Я здесь, партайгеноссе! — отозвался Липучка, пытаясь сфокусировать зрение. — Слушаю-с!
Но Альфред уже храпел. Липучка широко зевнул и пристроился рядом. Вскоре весь боевой отряд храпел, развалившись на лавках, а то и просто на полу. Когда Кощей в сопровождении агентов магической безопасности вошел в залу, сопротивляться было некому.
Великий канцлер усмехнулся, пошевелил пальцами:
— Всех связать — и в отстойник. Они еще пригодятся!
Магические агенты хорошо знали свое дело. В считаные минуты все было кончено. Когда унесли последнего черта, Кощей повернулся к коренастому темноволосому человеку, стоящему в стороне.
— Ну что, Петрович, ты уверен, что система подземных ходов существует под каждым домом?
— Так точно, ваше высокопревосходительство! — поклонился Петрович. — Эти подпольщики постарались на славу. Теперь у нас лучшая в мире канализационная система. Теперь все… добро пойдет в специальные чаны. Там мы его будем квасить и выпаривать, а газ продавать Европе. Это неисчерпаемый источник дохода!
— И самое главное, что всю черную работу сделали за нас! — криво усмехнулся Кощей.
— Я преклоняюсь перед вашим гением, ваше высокопревосходительство! — снова поклонился Петрович. — Устроить такую грандиозную провокацию! Ловко вы их… настропалили!
Кощей вздохнул:
— Ну события-то назревали давно. Их нужно было только пустить в нужное русло… Да, для этого пришлось поработать! Итак, к пуску системы все готово?
— Абсолютно все!
— Значит, завтра, в торжественной обстановке…
— В час дня, ваше высокопревосходительство!
36
— Одно из двух, — сказал Али, вглядываясь в глубь острова. — Либо мы пробираемся тихо, как тени, и берем это Проклятое Идолище, либо мы мчимся как слоны и подминаем все вокруг, в том числе и этого урода!
— Я предпочитаю первый вариант, — сказал Вали, тревожно почесываясь. — Вдруг там кто-нибудь еще?
— Согласен! — сказал Али. Тогда действуем по второму плану. Мчимся как слоны, рвем и мечем! Короче, на старт, внимание, марш!
— Вот так всегда, — вздохнул Вали. — Ты слушаешь меня только для того, чтобы поступить наоборот. Это нечестно!
— Честно, честно! Я старше тебя на целых две минуты! Так что, марш?
— Марш! — крикнул Гаркуша, высовываясь из кармана, и богатыри рванули вперед.
— Ты слушаешь меня только для того, чтобы поступить наоборот. Это нечестно!
— Честно, честно! Я старше тебя на целых две минуты! Так что, марш?
— Марш! — крикнул Гаркуша, высовываясь из кармана, и богатыри рванули вперед. Чахлый подлесок они проскочили не задумываясь. Какой-то великан, вышедший из кустов, мгновенно получил в глаз и снова скатился в кусты. Дальше дорога спускалась в ущелье, которое сторожили два пожилых дракона. Увидев мчащихся богатырей, драконы попятились, один наступил на лапу другому, в ответ получил хвостом по морде. В следующую секунду чудовища встали в стойку и принялись лупить друг друга по всем правилам кикбоксинга. Али и Вали пролетели между ними как вихрь, дополнительно наступив на лапу тому и другому. Драконы совсем рассвирепели и, выдохнув вслед богатырям две струи бесцветного пламени, стали поливать друг друга огнем.
Али и Вали мчались дальше. Уже показался выход из ущелья, когда на дорогу вышел здоровенный лесной шайтан. У него была такая гнусная морда, что любой другой, взглянув на нее, потерял бы сознание от страха. Но богатырям некогда было разглядывать очередного монстра.
— Игра в четыре руки! — крикнул Али, и четыре могучих кулака обрушились на плоскую морду шайтана. Ему мгновенно засветили в оба глаза, вышибли зубы, надрали уши, расквасили нос и набили огромную шишку на лбу. Монстр мешком свалился в пыль и попытался отползти в сторону, но был безжалостно схвачен и тут же допрошен.
— Где тут Идолище Поганое? — заорал на него Али, поднося к разбитому носу шайтана огромный кулак.
— Не скажу! — затрясся шайтан.
— Почему? — удивились братья. — Эй, а может, тебе еще хочется?
— Шайтаны любят, когда их лупят! — пошутил Вали. — А давай мы его бульниками накормим! Ты любишь бульники? Ну булыжники?
Шайтан поморщился.
— Не очень. Только когда совсем жрать нечего.
— Тогда говори!
— Не могу, меня уволят!
— То есть как уволят? — хором удивились братья. — Откуда?
— С Курсов повышения богатырской квалификации! — донесся до них знакомый голос. Али и Вали повернулись и едва не сели от изумления. Перед ними стоял ефрейтор Збруев собственной персоной и посмеивался в усы.
И тут строевая выучка, полученная на курсах, взяла верх над удивлением. Али и Вали вытянулись в струнку и бравыми голосами гаркнули:
— Здравия желаем, товарищ ефрейтор!
— Вольно! — улыбнулся Збруев, испытующе глядя на богатырей. — Быстро добрались, ничего не скажешь! Ну-с, а табачок-то с собой? Привезли, не рассорили?
Али тронул карман, где сидел Гаркуша. Карман был пуст. Кощеевский агент смылся незаметно.
— Ну чего замолчали, отвечайте!
— Не имеем права, — набычился Вали. — Мы выполняем это… как его?
— Спецзадание! — вспомнил Али.
— Найти и погубить Идолище Поганое? — еще шире улыбнулся ефрейтор. — Так это мой оперативный псевдоним. Вы что, с Луны свалились? Да меня на курсах только так и зовут! Не в глаза, конечно, боятся получить наряд вне очереди, ха-ха! Ну давайте сюда табак, черт знает сколько времени не курил!
37
Илья и Яромир стояли на носу судна и с любопытством рассматривали чародеев.
Дуремаг на всякий случай прикинулся мертвым, как тряпка обвис в руке у Яромира и очень художественно закатил глаза. Алхимус, напротив, громко рыдал, звал маму и порывался чмокнуть Илье руку.
— Это все он! — заливаясь слезами, тараторил Алхимус. — Я вообще ни при чем! Он и меня все время палкой по голове бил. И коньяк, от которого глупеют, заставлял пить. Он и ваших друзей этой дрянью напоил, и сам потом напился!
— Хороший коньячок! — похвалил Илья. — Только ведь от любого вина дуреют.
— А от этого еще и глупеют. Да как! Целый день будешь ходить дурак дураком!
— А потом снова поумнеешь?
— Если по башке двинуть, то поумнеешь. Я очень умный! Меня мой учитель каждый день палкой лупит!
— Вот видишь, Яромирка! — развеселился Илья. — Твое учение живет и процветает. Теперь нам надо Алешку с Добрыней найти и настучать им по кумполу, ха-ха!
— Чтобы найти, нужно еще приземлиться, — сказал Яромир, глядя на приближающийся остров. Давай я оживлю этого колдуна и расспрошу его как следует обо всем.
— А как вы меня будете оживлять? — заинтересовался Дуремаг, приоткрыв правый глаз.
