Он куда-то сбегал и явился с бутылью, в которой тускло плескалось что-то мутно-желтое.
— Наливай!
Липучка нацедил в кружку пива и поставил на стол орешки.
— Угощайтесь, партайгеноссе. У нас сегодня по-походному.
Альфред, задержав дыхание, выдул пиво и потянулся за орешками.
— Что уж, прожарить как следует не могли? Да и не орешки это, а какие-то полешки! — он сжевал без аппетита угощение и снова взял в руки листки. — Прочти, что там?
— Последние сводки, — доложил Липучка. — Богатыри ликвидированы кумарскими магами… это раз!
— Что ты мне про богатырей? По делу давай!
— Теперь по делу. Короли сидят в трапезной и пьют самогон. Их можно брать тепленькими! С острова Буяна сообщений пока нет, но мы ждем их с минуты на минуту.
Идолище Поганое скоро проснется и…
— Пусть просыпается, лишь бы к нам не совалось, — перебил его Альфред. — Это лесные чертяки по нему соскучились, а нам и так хорошо, верно?
Липучка захихикал.
Альфред покосился на остальных. Все были заняты делом. Кто-то чертил на бумаге план переворота, кто-то выписывал фамилии членов будущего правительства, но Альфред остался недоволен.
— Ша! — гаркнул он, перекрывая общий шум. — Ситуация известна всем. Кто не с нами, тот против нас! Промедление смерти подобно! Что скажет по этому поводу мой ученый секретарь?
Липучка сбегал в угол и принес ведро с Гарри. Альфред поднял крышку и посуровел.
— Почему Гарри осталось так мало? Где остальное? Кто сожрал моего секретаря? Гарри!
— Я слышу вас, партайгеноссе! — донесся из ведра слабый голос секретаря.
— Гарри! — Альфред невольно обмахнулся хвостом. — Нам нужен твой совет. Сегодня… точнее, сейчас мы должны выступить и захватить в заложники всю королевскую рать.
— Идите к чертовой матери! — слабым голосом ответил Гарри.
— Мы там уже были, — растерянно сказал Альфред. — У меня до сих пор бока болят! Она велела торопиться.
— Вот и идите, только крышку закройте, — попросил Гарри и смолк.
Альфред встал со стула.
— Гвардия! Слушай мою команду! Время «Ч» наступило! Мы идем брать заложников. Отныне наша свобода и благополучие в наших руках. Долой гегемонию людей! Да здравствует Учредительное собрание!
— А что это такое? — прошептал Липучка.
— Не знаю, но звучит внушительно, — признался Альфред. — Ну чего застыли?
— Дык…
— Командир, а может, ну его на фиг? Пиво есть, орешки тоже…
— Разговорчики! — рявкнул Альфред. — На рога насажу! А ну марш на выход! Разложились, понимаешь, лентяи, лоботрясы! Я вам устрою!
При помощи пинков и рогов он быстро навел порядок и даже добился известного энтузиазма. Отряд чертей, вооруженных палками, мотыгами и дрекольем, шустро припустил по подземной галерее. По мере продвижения к ним присоединялись новые бойцы, элита подпольного спецназа. Наконец они замерли у входа, ведущего в царский подвал, и затаили дыхание.
Альфред постучал условным стуком — тринадцать раз, и дверца распахнулась. На них уставилось испуганное лицо Ульриха.
— Где короли?! — сурово спросил Альфред.
— Были в трапезной! — залепетал Ульрих. — Они там пить изволят! Свинничают как поросята, передрались все…
— Я тебя не спрашиваю, что они делают, — прервал его Альфред. — Главное — они там! Вперед!
И толпа чертей-подпольщиков ринулась вверх, по дворцовым коридорам.
Малочисленная стража сопротивления не оказала. Напротив, один из стрельцов даже вызвался проводить жутковатую гвардию до места.
В тот же миг дворец наполнился визгом и воплями перепуганной дворни. Кто-то из поварят, не раздумывая, запрыгнул в котел, но там уже сидел и дрожал шеф-повар. Кто-то из слуг попытался прижаться к стене, но был избит и засунут в уборную.
Кто-то из слуг попытался прижаться к стене, но был избит и засунут в уборную. Настоящее сопротивление оказал только стрелец Васька, стоящий у дверей трапезной. Он засучил рукава и бросился на чертей с кулаками. Свалка получилась изрядная. В суматохе Альфреду подбили глаз, наступили на хвост, кому-то отломали рог, кому-то сломали копыто. В конце концов Ваську удалось усмирить, связав хвостами, оторванными у двух боевиков. Боевики стоически перенесли эту операцию. В следующую секунду Альфред рванул дверь, и гвардия чертей-подпольщиков ввалилась в трапезную.
В просторном помещении никого не было.
— Нас предали! — затрясся Липучка. Если бы он мог побледнеть, он бы, наверное, побледнел.
— Ерунда! — отмахнулся Альфред, понимая, что они влипли. — Скоро эти королишки появятся! Жрать-то всем охота. А пока, братцы, навались! Ба, да тут и выпивка!
И гвардия с восторженными воплями налетела на стол.
33
Али и Вали выбрались за стены Лодимера через здоровенную дыру в стене. Дыру проделали давно, ею пользовались кумарские купцы, чтобы торговать безданно, беспошлинно. Лесные упыри устроили тут сторожевой пост, чтобы ловить припозднившихся горожан, а лихие люди из шайки атамана Жужи через эту дыру проникали в город.
Власти об этой дыре знали. Каждый понедельник сюда приходила артель плотников и заколачивала дыру досками, но вечером доски уже были оторваны и разобраны по дворам хозяйственными слобожанами.
В карманах у Али и Вали позвякивали золотые монеты — аванс за будущую работу. Предполагалось, что полный расчет они получат по возвращении. Правда, сказано это было так легкомысленно, что Али понял — никто и не верит в то, что они вернутся. Но братьев это не беспокоило. За пазухой у Вали лежал мешочек с «солдатским табачком» и длинная цыганская трубка. Табачок вонял так, что у богатыря перехватывало дыхание, особенно тогда, когда ветер дул прямо в лицо. Из-за этого сидящий в кармане специальный агент Гаркуша раскашлялся и перебрался в карман к Али.
Оказавшись за городской стеной, друзья осмотрелись и резво припустили к ближайшему лесочку. Там, по уговору, их должен был дожидаться дракон Груня.
До лесочка они добрались в один момент, сразу нашли нужную поляну, только дракона на ней не было.
— Может, уже улетел? — засомневался Вали. — Не дождался?
— Ты думай, когда говоришь! — разозлился Али. — Его специально наняли. Он должен быть на месте, если мы чего-то не напутали… Эй, дракон, выходи!
— Чего разорался? — из чаши выскочил чудной старик, на ходу поправляя штаны. — Глотка небось пестом прошиблена? Оглушил, крикун ушастый!
— Извините, дедушка! — смутился Али. — Мы не хотели вас обидеть. Мы дракона ждем. Кстати, а вы его не видели? Нет? А может, дракон — это вы?
— Сам ты это слово! — беззлобно ответил дед и почесал красный и распухший, словно от простуды, нос. — Я Трофимыч, главный лесной чертяка. А вы, видать, те самые богатыри? Табачок-то при вас?
Вали похлопал себя по груди и табачок отчаянно завонял. Трофимыча скрутило как от неведомой хвори.
— Вижу, вижу, что у тебя! Ну и крепок зело! Если такого курнуть… теперь понятно, почему Идолище Поганое должно проснуться! — Он захихикал, потирая ладошки. — А вы, значит, Груню ждете?
— Ждем, — неохотно ответил Али.
— А его не будет! — радостно заявил Трофимыч.
— Как не будет?! А кто же нас повезет? Нам на Буян надо!
— Подлый Груня в последний момент струсил! — сказал старик. — За шкуру свою испугался. Но, я так думаю, Кощей его перекупил. Так что добираться придется по-другому. Без удобств. Ну да ничего, придется потерпеть. — Старик подмигнул богатырям и встал перед ними на карачки.
