Ульрих забился в истерике:
— Вы не имеете права! Я государю пожалуюсь! Что вы себе позволяете? Кто вы?
— Контрразведка! — тихо, но отчетливо произнес незнакомец, и Ульрих мгновенно потерял сознание.
Между тем Дормидонт, оставшись один, мгновенно стянул с себя штаны и закинул их в угол. Парадные брюки упали, едва не проломив пол. Государь осторожно приоткрыл дверь. Дюжий стрелец тотчас вытянулся в струнку.
— Ну что замер, как болван? — прошептал Дормидонт. — Иди-ка сюда!
— Слушаюсь, ваше величество! — пробасил стрелец, входя в царские покои и затравленно озираясь.
— Ну что замер, как болван? — прошептал Дормидонт. — Иди-ка сюда!
— Слушаюсь, ваше величество! — пробасил стрелец, входя в царские покои и затравленно озираясь.
— Тебя как зовут? — ласково спросил Дормидонт.
У стрельца запершило в горле.
— Кхе! Кхе! Вася, ваше величество!
— Ну вот что, Вася… Говорят, в городе появился особо модный магазин, называется «Секонд-хенд».
— Так точно, ваше величество! — вытянулся стрелец. — Заезжий биварец торгует штанами и шароварами.
— Это-то мне и надо. Вот что, Вася: тебе задание государственной важности! Беги к этому биварцу в лавку и немедленно купи мне три пары штанов, да покрасивше! И чтобы с рюшечками, как положено, ясно? Вот тебе деньги! Сделаешь все как следует — возьму тебя постельничим заместо Ульриха. Мне его сладкая рожа давно надоела!
— А кто же дверь в ваши покои будет сторожить? — озаботился стрелец.
— Я и посторожу! — сказал Дормидонт. — Давай сюда свой бердыш и кафтан, а я постою. Только быстро, одна нога здесь, другая там!
Дормидонт стянул со стрельца мундир, взял бердыш и встал у двери. Прислушиваясь к удаляющемуся грохоту сапог, он облегченно вздохнул:
— Все-таки хорошо иногда побыть простым человеком!
Тут ему вспомнились пересуды и разговоры о том, что халиф Гарун аль Рашид тоже переодевается в простое платье, чтобы тайно покинуть дворец и узнать, как живет обычный люд.
— А что, неплохо живет, — подумал Дормидонт, сжимая бердыш и искоса посматривая вокруг. Возле двери, ведущей в царские покои, было полутемно. Поэтому на стоявшего в карауле царя никто не обращал внимания. Только какой-то поваренок вытаращился на него, присев от испуга, но Дормидонт рыкнул на мальца, и тот порскнул за угол. А через минуту из-за того же угла выскочил целый наряд стрельцов.
— Кто таков? — издали заорали они. — Куцы Ваську дел, отвечай!
— Да вяжи его, братцы, это вор! — завопил кто-то. — Ваську-то небось пришиб! Теперь до государя добирается!
Стрельцы бросились на царя. Дормидонт и крякнуть не успел, как оказался скрученным по рукам и ногам.
— Тащи его в тайную канцелярию, сейчас разберемся!
— Братцы, да вы что! Я же ваш государь! — завопил Дормидонт не своим голосом. — Неужто вы меня не узнали?!
— До чего обнаглел, сволочь! — возмутились стрельцы. — Ну ничего, сейчас не так запоешь! Сейчас все расскажешь и сообщников выдашь!
Подхватив Дормидонта под микитки, стрельцы поволокли государя в тайный приказ, награждая тумаками и тычками.
Наконец Дормидонта втолкнули в темное помещение, увешанное странными крючьями, кольцами и ржавыми шипами. В углу стоял стол с большими тисками. Возле стола суетился высокий худой человек в монашеской рясе. Человек посмотрел на Дормидонта и многообещающе улыбнулся.
— Давай его сюда, в тиски! Сейчас мы ему башку давить будем!
— А может, сразу на крючок? — засомневались стрельцы. — Он, собака, возле царских покоев ошивался! Бердыш у Васьки спер и кафтан, а самого, видать, убил до смерти. На государя покуситься хотел!
Мужик в монашеской рясе испугался.
На государя покуситься хотел!
Мужик в монашеской рясе испугался.
— Братцы, да это же, выходит, государственный преступник! Бегите к его высокопревосходительству, зовите канцлера! Только он один и разберется.
— Немедленно позвать Кощея! — обрадовался Дормидонт. — А вам всем я прикажу отрубить головы, руки, ноги…
— И хвосты! — весело подхватил палач. — А ну-ка тащите этого говоруна к столу! Все-таки я зажму его в тиски, а то мозги, видать, поперли не в ту сторону. Давай, давай, вот так! Сейчас мы тебе, болезному, сделаем маленькое бо-бо!..
В мгновение ока палач раздвинул свои страшные тиски и вставил туда многострадальную голову государя.
26
Стрелец Вася справился с государевым поручением по-военному. Как ветер он домчался до лавки с таинственным заморским названием «Секонд-хенд», оттолкнул приказчика и прямым ходом направился к Петрушке. Хозяин пребывал в самом благодушном состоянии духа, он подсчитывал барыши. Увидев взмыленного стрельца, он испугался, прикрыл денежки рогожкой и вопросительно уставился на Васю.
Вася не стал пускаться в долгие объяснения.
— Вот что, морда твоя купеческая! — нелюбезно начал он. — Государь послал меня к тебе за покупкой. Его величеству срочно нужны штаны. Ну и вообще приодеться. Понял? И если ты, разбойник, не хочешь оказаться в пыточной, то поспеши, ибо дорога каждая минута!
Петрушка, конечно, понимал, что стрелец грозится зря. Какая там пыточная, за что? А вот лицензии могут лишить запросто. Поэтому спорить со стрельцом не стал, а повел его в такие закрома, где хранятся вещи получше. На продажу, конечно, но только своим, самым нужным и влиятельным.
— У меня по случаю оказался комплект одежды херцога Кентурийского, — прошептал он. — Вот тут все: и штаны малиновые, и рубашка, и камзол. Даже берет с пером. А сапоги до чего хороши, почти не ношены!
Стрелец молча сгреб одежду в узел, заплатил сколько надо и даже сэкономил для себя. Через минуту он уже вбегал в терем.
— Государь! — крикнул он, подбегая к двери, ведущей в царские покои. — Ваше величество!.. Где его величество? — растерялся стрелец, увидев толпу перед дверью.
— Братцы, глянь! — радостно завопил кто-то из челяди. — Васька-стрелец нашелся! Вот он, значит, сбежал от душегубца! Спасси! А это что?
Тут дверь, ведущая в государевы покои, распахнулась, и на пороге возник Кощей. Лицо великого канцлера было покрыто фиолетовыми и зелеными пятнами.
— В масле сварю! — страшно зарычал он, втаскивая стрельца в залу. — Признавайся, злодей, куда государя девал?!
— Да никуда я его не девал! — завопил стрелец. — Его величество послал меня в магазин, вот! А сам взял у меня бердыш и встал у двери. Он велел, чтобы я быстро, ну я и обернулся.
— Так, так, так! — Кощей схватился за голову. — Говоришь, государь стоял у дверей с бердышом?
— Ага, стоял.
— А теперь, значит, не стоит. Почему? Почему, я спрашиваю?! — загремел он, вытаращив глаза на перепуганную дворню.
— А его в тайную канцелярию уволокли! — крикнул поваренок. — Я сам видел, честное слово!
— Башки поотрываю! — взревел Кощей и бросился на первый этаж, где располагались комнаты секретного отдела.
Он успел вовремя.
Сладко улыбаясь, палач подкрутил винт еще на полторы нитки и присел рядом с Дормидонтом.
— Продолжим, соколик?
В этот момент в пыточную ворвался Кощей. Стоявшие у стен стрельцы вытянулись в струнку. Палач обернулся, увидел Кощея и низко поклонился:
— Ваше высокопревосходительство! Он во всем признался!
— В чем признался?! — Великий канцлер на секунду замер.
— А во всем! В том, что он — атаман Жужа, что извел государя с помощью волшебных штанов, что…
