30
Теперь, когда с ужасными дэвами было покончено, богатыри спокойно огляделись. Впрочем, ужасными дэвы оказались только на вид. Конечно, злости в них было даже больше, чем надо, но победила глупость.
Безмятежная жизнь под землей отучила их от должной реакции на опасность. Местные жители, люди робкие и забитые, не смели сюда и носа сунуть, а стражники Ага Мемнона, как видно, нашли с магическими бандитами общий язык.
Итак, богатыри еще раз осмотрелись и обнаружили, что находятся в огромной пещере. Потолок ее уходил так высоко, что его не было видно, и простиралась она почти до самого горизонта. Возможно, это был один из входов в преисподнюю, а может, и нет. Этот вопрос богатырей совершенно не интересовал. Здесь было довольно светло, красноватый магический свет струился откуда-то сверху. Там, над головой, он сгущался в тяжелое красноватое облако, словно из верхнего мира сюда заползла освещенная закатным солнцем туча, да так и осталась.
Только теперь Илья и Яромир заметили, что мимо пруда, где они вынужденно искупались, проходит хорошо утоптанная дорожка и скрывается в расщелине между скалами. Через несколько минут эта дорожка привела их к настоящему замку. Точнее, это был не замок, а странное нагромождение разных зданий, словно неумелый строитель возвел один дом, но не успокоился, а рядом построил другой и третий, и они так переплелись между собой, что приняли уродливые и страшные очертания. Яромир и Муромец остановились возле чугунных ворот.
— Может, сразу выбьем? — предложил Яромир.
— Нельзя! — шепотом возразил Илья. — А как же конспирация? Этот Гуссейн испугается и убежит. Ищи его потом… Нет уж, вот возьмем скота за чересчур умную голову, тогда и поговорим!
С выводами Ильи трудно было не согласиться. Яромир вздохнул и вежливо постучал. По всему подземному миру прокатился оглушающий медный гул.
— Гуссейн Гуслия! — завопил Яромир что есть мочи. — Выходи! Где ты?
— Чего разорались? — дребезжащий стариковский голос прозвучал у них над головами так резко, что Яромир едва не подпрыгнул. Богатыри в запале не заметили, как в двери открылось окошко и в него просунулась бородатая голова в грязной чалме.
— Ну? И кто вы такие?
— Мы шпионы! — радостно доложил Яромир. — От батьки Трофимыча!
Чародей недоверчиво посмотрел сначала на Яромира, потом на Илью. Илья распушил парик и приосанился.
— А может, вы проститутки? — брезгливо осведомился старик. — Так мне это не надо. Идите к дэвам, они любители… или вы у них уже побывали?
— Вот чудак человек! — фыркнул Илья. — Говорят тебе, что мы демоны из Лодимера.
— Тоже мне, нашлись демоны, — проворчал старик. — А документик у вас какой имеется? Может, вы и демоны, да не те?
— У нас письмо от батьки Трофимыча! — Яромир протянул Гуссейну Гуслии письмо, отнятое у гонца. — Лодимерская нечисть тебе челом бьёт! Просит, чтобы ты всю свою сволочь на ноги поднял. Идем за общее дело биться!
Гуссейн Гуслия задумался.
— Да-да, что-то я слышал. Хотите Идолище Поганое оживить? Ну что ж, дело хорошее, давно пора. Нас и так уже мало осталось, а дальше, глядишь, совсем прижмут!
Маститый мудрец медленно развернул письмо, нацепил очки и стал читать, по-стариковски шлепая губами. В следующую минуту его лицо просияло.
— Вот, значит, как?! Ну что ж, пора моей гвардии принять боевое крещение! Огнем, как говорится, и мечом! Только это… Тару вы с собой привезли или нет?
— Какую тару? — опешил Яромир.
— Обыкновенную! — неожиданно рассвирепел старик. — Куда я буду своих троллей загонять? Где я столько бутылок наберу?
— Нам Трофимыч ничего не говорил! — подал голос Попович.
— Не говорил! Потому что нет у него ни хрена! Только просить да клянчить мастер. Нужны бутылки или кувшины. Лучше бутылки. У меня, конечно, кое-что осталось после торговли самогоном. Ладно, пошли, посмотрим. Но если не хватит, на меня не обижаться!
Он открыл дверь и провел богатырей в дом. Какой там царил беспорядок! Всюду валялись битые осколки, под ногами темнели гадкие липкие лужи, пахло спиритусом и нечищеным туалетом.
— Тут у меня тролли вылуплялись! — пояснил Гуссейн Гуслия, отшвыривая ногой яичную скорлупу. — Мне удалось скрестить ифрита с саксаулом. Получилось нечто!
Вслед за Гуссейном Гуслией богатыри прошли в следующую комнату. Несмотря на открытое окно, здесь вообще нечем было дышать. Илья невольно закашлялся, а у Яромира заслезились глаза. Гуссейну Гуслие это понравилось. Старик расцвел, словно ему сделали нежданный подарок. Он повел ноздрями, поглубже втянул дремучую вонь и радостно улыбнулся.
— Бутылочки благоухают, да… Так ведь я их на помойке собирал! Эх, когда это было! В самом начале моей карьеры. Я тогда самогоном занимался. Какую дрянь я выгонял! Стоило кому-нибудь хлебнуть моего первача, и человек пропадал. Он весь был мой, без остатка! А какие очереди стояли у стены поутру? А ночью… О, как они выли ночью, как просили — дай хлебну-уть! Да, весь Хохломабад был покорен мне! Впрочем, он мне и сейчас покорен.
— А как же стража? — поинтересовался Яромир. — Небось доставала?
— Не. Стражу я поил по льготной цене. А начальнику их, Ага Мемнону, так и вовсе бесплатно наливал. Как они рыдали, когда я завязал с самогоном! Но я понял, что нужно развиваться. Стал торговать травкой, так дело-то еще лучше пошло. Почитай, вся здешняя нечисть мной воспитана! А когда поднакопил деньжат, занялся наукой.
Стал торговать травкой, так дело-то еще лучше пошло. Почитай, вся здешняя нечисть мной воспитана! А когда поднакопил деньжат, занялся наукой. Вы думаете, легко было скрестить ифрита с саксаулом? А ежа со змеей? У меня там по забору — видели? — колючая проволока. Так то не проволока, а гибрид! Длинная и ползать умеет! А уж если обовьет… — тут Гуссейн Гуслия зацокал языком. — У меня тут лаборатория, я ее называю — блудильня, там все и происходит…
— Погоди! — заинтересовался Илья. — Может, и дедушка Джафар — твоя работа? Не ты ли чертей вывел?
— В точку! — с гордостью заявил Гуссейн Гуслия. — Я скрестил алкаша с дворняжкой и получился первый сорт… первый черт! А дальше — больше. Дедушка Джафар — помесь разбойника и шакала. Очень способный экземпляр. За двести лет я много чего сделал. Дэвы, например — смесь бульдога с носорогом. Только вот не припомню, когда я вас выводил? Или не выводил? Да, память уже не та! Кстати, мой товар пользуется большим спросом. Вот, например, за партию зеленых троллей Трофимыч заплатит мне чистым золотом. Кстати, золото у вас с собой?
— С нами, — легкомысленно пообещал Илья и похлопал себя по упругому животу.
— Вот и хорошо. А теперь собирайте бутылки и несите их в блудильню. Там сейчас весь рой сидит.
— Сидит? — уточнил Яромир.
— Ну это я так, фигурально. На самом деле они только и делают, что размножаются. Это их самое любимое занятие, конечно, после драк, безобразий и пьянства.
Гуссейн Гуслия скабрезно подмигнул богатырям и открыл следующую дверь.
Яромир был готов ко всему, но то, что он увидел, поражало воображение. В огромной комнате, лишенной всякой мебели, от стены до стены катался огромный шевелящийся зеленый шар, сплетенный из рук, ног, хвостов, перепончатых крыльев. Он узнал тот самый рой, который попался им во время полета на Хохломабад. И этот постоянно меняющийся подпрыгивающий шар сладостно ухал, урчал, мяукал, тявкал, квакал, кряхтел и пыхтел.
