Преследователей Йири так и не успел заметить — юркнул в шлюзокамеру, раскрыл внутреннюю створку едва внешние успели загерметизироваться, ощутил упругий толчок воздуха и поспешил в рубку.
«Рулебой» готов был прыгнуть в любой момент. На обзорнике-моделяторе в серой искорке корабля Роя тянули сразу четыре красных точки. Гравитационный гигант — несомненно, база Орион — оставался за границей сканируемой зоны, но его присутствие ощущалось буквально во всем — в траекториях преследователей, в дрейфе самого «Рулебоя».
— Слабаки вы против моей техники! — надменно сказал Йири, и отдал системе приказ прыгать.
Тот факт, что техника была, строго говоря, не его (по происхождению — Роя, по принадлежности — хозяйская), Йири-Йовази ничуть не смущал.
Сфера «Рулебоя» ушла за барьер, оставляя преследователей не у дел. И это был как раз тот случай, когда отследить трек не смог бы никто в этой вселенной. Ну, может быть, кроме инженеров самого Роя. Раз сумели построить такой привод, наверное, и следить за ним умеют?
Но насчет последнего Йири-Йовази мог и ошибаться.
Он глядел на постепенно тающие в объеме моделятора точки — чужие корабли. И жалел, что не может сказать им «Йовази», по-настоящему, по-своему, одновременно с удачным залпом.
«Если Хозяин еще раз доверит мне этот кораблик, — решил Йири-Йовази, — попрошу, чтобы на него установили какое-нибудь орудие. Желательно помощнее…»
С этими бодрящими мыслями он распаковал покупку. Привод был почти такой же, как и разбитый. Йири установил его на штатное место, подключил, загрузил диск и подмонтировал к системе наведения. Компьютер принялся бодро перелопачивать данные.
— Работает! — удовлетворенно гукнул Йири. — Кажется, выкрутился…
Все-таки, он изрядно рисковал, высаживаясь в Скоплении Хромой Черепахи. Но теперь — риск позади.
Мимоходом Йири снова подумал, что заодно отвлекся от видений и странностей с саркофагом.
Вскоре система сигнализировала, что новый курс обработан, трек проложен, и можно начинать первую пульсацию. Йири поспешил подтвердить старт, даже не потрудившись просмотреть трек. Даже не задумавшись — а куда, собственно, собирается прыгнуть ладный и безотказный кораблик Роя?
На беду Йири-Йовази техника супернасекомых не нашла ничего лучше, как использовать недавно использованные данные еще раз. А именно — гравитационную карту окрестностей Тау Хромой Черепахи, ибо случайный прыжок-бегство от Ориона «Рулебой» совершил практически точно в противоположную сторону от намеченного Хозяином курса. А теперь — возвращался.
Небольшой по меркам военных Тахче шарик был засечен сразу же по появлении из-за барьера. Волею случая «Рулебой» финишировал в пределах досягаемости оружия боевого спутника. И некоторое время даже он не мог покинуть зону поражения — пока просчитывались поправки ко второй пульсации.
Военные Тахче медлить не стали. Они сразу дали залп. Смертоносная для всего живого волна метнулась к «Рулебою».
Йири-Йовази, еще не отошедший от легкой эйфории после успешного бегства, вдруг почувствовал неясный холодок в груди. Он резко вскинулся в кресле, и мгновением позже обернулся к выходу из рубки.
У выхода стоял Ангел Смерти. В желтых одеждах. С водяными часами в одной руке, и девятилучевой звездой — в другой. Безмолвный и неподвижный.
Перевертыш-оаонс Йири видел его уже в третий раз за очень короткое время.
В тишине рубки, под еле слышный шелест привода, Йири разобрал полувздох-полуслово:
— Йовази…
Что значит — «Прощай».
И в этот миг импульс со спутника достиг «Рулебоя».
Корабль Роя имел кое-какую защиту, но чтобы полностью заслонить экипаж от импульса такой мощи у него просто не хватило энергии. Поэтому Йири-Йовази успел понять, что умирает.
Ангел Смерти подождал, пока то, что еще совсем недавно было живым существом, не замрет на полу рубки комком безмозглой протоплазмы, и медленно растаял.
Он не умел долго существовать вне иллюзий тех, кому являлся.
Он не умел долго существовать вне иллюзий тех, кому являлся.
Этап шестой: Павел Неклюдов, Homo, Тау Хромой Черепахи — Рой-72.
Момент гибели Йири-Йовази.
— Да вы с ума посходили! — разорялся генерал Титаренко. — Кто отдал команду стрелять?
— Дежурный, капитан Седых.
— Какого хрена?
— Но генерал, этот корабль ускользнул от нас… И вдруг вернулся… Мы не можем отслеживать его треки… Вдруг бы он опять ушел за барьер?
— А вдруг это другой корабль? Вдруг это Рой? Да нас на атомы разнесут, если мы напали на Рой, понимаешь это, капитан, или нет?!
— Господин генерал, это тот самый корабль. Мы поставили метку перед его уходом.
— Ага! Вы еще скажите, что успели считать метку до залпа!
— Виноват, господин генерал… Метку мы считали после залпа. Но это тот корабль. Значит, мы рисковали не зря. И у нас в руках теперь корабль Роя, оборудованный последним икс-приводом.
— По десять суток ареста всей вахте, — отрезал генерал. — И радуйтесь, потому что вам еще повезло… Раздолбаи, вашу мать…
Генерал подумал, что десять суток ареста — рай по сравнению с тем, что устроит ему командующий. Это здесь, на Тахче генерал Титаренко царь и бог. Однако колония есть колония, она зависима от метрополии, и если генштаб на Селентине решит, что Титаренко провинился… Плохо, в общем, будет.
Подумав некоторое время, генерал вызвал капитана малого крейсера «Вагрант».
— Семен? Титаренко… Вот что: возьми-ка ты э-э-э… добычу сегодняшнюю в тактический трюм, погрузи исследователей, и уберись куда-нибудь к черту на рога в рэндом-режиме. Чтоб даже я не знал — куда. И пока привод не отмонтируют — сиди тихо, как мышь в норе. Даже тики не отдавай на следящую. Разумеешь?
— Разумею, господин генерал, — отозвался Семен Куксевич, самый молодой капитан эскадры, приданной Тахче. — Пока, кстати, все тихо, на ключевых станциях Роя не отмечено особой активности.
— Ее и не отметят. Просто у Черепахи вынырнет флот. Как всегда без предупреждения. И полетят из нас перья…
— Исследовательскую группу подбирать с Ориона? Или с поверхности?
— С Ориона. Там, кстати, не только наши, есть и гражданские. Пожестче с ними, никаких сеансов с семьями, никаких писем и видеомостов.
— Есть. Разрешите выполнять?
— Выполняй…
В результате именно этого диалога Павел Неклюдов, специалист-ксенотехник, был поднят с постели на три с половиной часа раньше обычного. Верещал не будильник, как ему спросонок показалось, а модуль экстренной связи. Все еще во власти дремотного полуреального состояния, Павел нашарил клавишу ответа.
— Полундра, Паша, — сказал модуль голосом Шеманихина. — Командировочка. На сборы пятнадцать минут, за тобой послали ослика. Из вещей бери только приборы, ну, и тревожный чемодан, конечно.
— А чего стряслось-то? — Павел сразу пробудился и сел на койке, коснувшись ступнями холодного пола. — Только вкратце.
— Шарик Роя вернулся. Ну, наши вояки по нему сразу нейтронщиной и долбанули. Почти час уже торчит в нашей зоне и драпать не собирается.
Ну, наши вояки по нему сразу нейтронщиной и долбанули. Почти час уже торчит в нашей зоне и драпать не собирается. Рядом уже «Вагрант» вьется и техничек целая туча. По-моему, на нас повесят взлом охранных систем и запоров, а потом, скорее всего, и корабельный комп. Ты вставай-вставай, — поторопил Шеманихин. — Пятнадцать минут — это не так много.
— Ладно, не сикутись. Встаю, — буркнул Павел и побрел в сторону удобств.
