Впрочем, Скади мало интересовали ставки. То есть, не то чтобы они Скади совсем не интересовали — но уж куда меньше, чем сама игра.
Она встала и прошла к выходу — осмотреться. Шлюзы оставались открытыми, автомобильчик таможни укатил, а вдалеке маячили фигуры братьев Пануччи, направляющихся пешком к административному корпусу. Скади осталась на «Карандаше» совершенно одна.
Вторично вызвать инопланетянина-фехтовальщика было минутным делом.
На этот раз он предстал перед Скади в строгом сером костюме, очень похожем на земные френчи. Впрочем, Скади видела собеседника только выше пояса, а масштабирование изображения было заблокировано передающей стороной.
Только теперь Скади отметила, что у чужака были непропорционально большие глаза, и это было самое заметное отличие от людей, от Homo.
— Я рад, что вы точно следуете моим рекомендациям, — без всяких приветствий и предисловий начал чужак. — Если вы будете следовать им и впредь, уверяю — у вас не найдется причин жалеть об этом. Итак, вы на корабле в одиночестве?
— Да. Я совершенно одна.
— Тогда слушайте. По законам Скарца, вы имеете право выкупить «Карандаш», прямо сейчас, пока не закончены идентификационные формальности.
— Но «Карандаш» все равно должен будет пройти досмотр, даже если я его куплю, — возразила Скади, глядя в огромные глаза чужака. Смущения или неловкости она не испытывала, хотя знала, что у многих галактических культур прямой взгляд в глаза не принят.
— Исключая один случай, Скади Фри. Исключая один-единственный случай, — поправил чужак. — Если ты немедленно стартуешь и покинешь область пространства, принадлежащую республике Скарца, формальности будут опущены.
— У меня может не хватить денег. Руководство космодрома наверняка заинтересуется мотивами моей покупки и заломит непомерно высокую цену. И, кстати, обращайтесь ко мне лучше на «ты» — а то я нервничаю.
— Как скажешь, — человек на месте чужака пожал бы плечами. Этот остался неподвижным.
Сам переходить на «ты» чужак пока не пожелал.
— Что касается денег — ты не забыла, что один миллион пангала уже твой? Вставь кредитную карту и вводи пароль. Миллиона тебе с лихвой хватит, чтобы выкупить «Карандаш» со всей начинкой, а остаток всецело твой, причем независимо от результата дальнейших переговоров.
— А будут дальнейшие переговоры? — вкрадчиво поинтересовалась Скади.
— Несомненно. Но уже за пределами республики Скарца.
Скади умолкла на некоторое время, прикидывая собственные шансы.
Но уже за пределами республики Скарца.
Скади умолкла на некоторое время, прикидывая собственные шансы.
— Будет трудно убедить начальство продать яхту. Особенно после того, как таможенники заинтересовались грузом.
— Ты справишься, я уверен. Кроме того, таможенники убеждены, что в саркофаге сокрыто нечто опасное. Токсичное или активное. Это не так, но они-то об этом не знают. Стало быть, если ты переправишь угрозу куда-нибудь в другое место, им останется только облегченно вздохнуть и умыть руки. Так, кажется, говорят люди?
— Так, — пробормотала Скади. Ей почему-то казалось, что Донадони-старший непременно упрется и не захочет продавать «Карандаш» до тех пор, пока не удостоверится, что в этом, как выразился чужак саркофаге нет ничего по-настоящему ценного.
«Карандаш» в его теперешнем состоянии тянул приблизительно на сто-сто пятьдесят тысяч пангала. Ну, на двести — но это уже обдираловка. Сто двадцать-сто тридцать — наиболее подходящая ему цена, если астрогационная аппаратура исправна и настроена (а это легко проверить), и если икс-привод рабочий (а они исключительно редко выходят из строя).
«Игра, — подумала Скади. — Большая игра. Ни за что не откажусь…»
Она достала из нагрудного кармана кредитную карту и уверенным движением вогнала ее в паз считывателя.
Незнакомец наблюдал за ней цепким взглядом, как показалось Скади — одобрительным.
— Прежде чем наша сделка состоится — а у меня включена фиксирующая аппаратура — ты должна пообещать одну вещь. Мы договоримся только в том случае, если ты дашь обещание, и, естественно, выполнишь его.
— Какое обещание?
— Ты должна пообещать, что ни при каких обстоятельствах не попытаешься вскрыть саркофаг и никогда не станешь интересоваться его содержимым. Ты просто доставишь его куда тебе укажут. Впрочем, об этом мы поговорим позже. Итак?
— Саркофаг — это тот ящик в грузовом отсеке?
— Да.
«А ведь я его еще и не видела», — подумала Скади с неожиданным весельем.
— Я обещаю не вскрывать саркофаг, который сейчас находится в первом грузовом отсеке «Карандаша» и не интересоваться его содержимым в период действия договора. Скади Фри, Скарца, Рома, — проговорила Скади ровным естественным голосом, каким обыкновенно надиктовывала официальные документы.
— Сразу видно профессионала, — чужак изобразил подобие улыбки, что ему совершенно не шло. Скорее всего, он исключительно редко улыбался, и Скади смутно посочувствовала его роду занятий. — И последняя рекомендация: если цена, назначенная космодромом, будет значительно превышать реальную цену яхты — не торгуйся. Плати, и взлетай. Кстати, что с топливом и пайком?
— Я не проверяла. Если надо — загружусь и дозаправлюсь.
— Хорошо.
Инопланетянин опустил глаза, протянул руку за передний срез экрана и чем-то там поманипулировал. Пискнул считыватель; Скади машинально ввела приход-пароль и проверила счет.
Он увеличился ровно на миллион пангала.
Эти ребята даже расчеты проводили по мгновенке — а проценты там немаленькие, Скади знала.
— Все в порядке, — сообщила Скади, поднимая взгляд к экрану. — Деньги получены.
— Действуй, — отрезал чужак.
— Действуй, — отрезал чужак. — Результат немедленно сообщай мне.
— Минутку, — задержала его Скади. — Как мне вас называть?
Чужак молчал целых три секунды, не меньше. Наверное, ему редко задавали подобные вопросы.
— Называй меня коллегой, Скади Фри. Это лучшее, что я могу тебе посоветовать.
И, не дожидаясь реакции на свои слова, отключился.
Не теряя времени даром, Скади принялась вызывать шефа. К ее удивлению Донадони-младший ответил только после десятого или одиннадцатого сигнала.
— Что там, Скади? — спросил он, как показалось — недовольно.
— У меня идея. Обращаться к тебе или непосредственно к твоему отцу? — сухо поинтересовалась Скади. Она знала — с шефом надо разговаривать именно так.
— А что за идея? — сразу оживился шеф.
— Я хочу взять отпуск без содержания, выкупить «Карандаш» у космодрома и немедленно стартовать.
Донадони-младший чуть не поперхнулся на очередном вдохе.
— Выкупить? А на кой тебе яхта? — он машинально взъерошил волосы — Скади Фри знала это, словно стояла сейчас в кабинете шефа. — Постой… А откуда у тебя деньги? У тебя что, хватит на яхту?
— Деньги я украла. Вчера в «Ромбанке». Сломала защиту и перевела на свой счет. Ты что, новости не смотришь?
Донадони фыркнул, только сейчас сообразив, что это шутка. Скади всегда шутила с самой серьезной миной, из-за чего у нее порой даже возникали проблемы с сослуживцами.
— Так что, шеф? Мне самой вызвать директора, или ты подсобишь?
Продажа «приросших» яхт всегда была делом для космодрома муторным и долгим, и каждый найденный покупатель расценивался как удача, поэтому Скади была уверена, что шеф мгновенно сообщит отцу. Вот только в реакции Донадони-старшего она совсем не была уверена.
