Эрик, заметив, что Вин немного отстала, также отделился от основной группы и, замедлив шаг, очутился рядом с ней.
— Скажи, Вин, — попросил он, сильно понизив голос, почти до шепота, — если, конечно, доверяешь…
— Что за вопрос, разумеется, — так же тихо ответила она.
— Все-таки, в чем состоит твой дар? Как ты предчувствуешь? Видишь картины грядущего, или слышишь голоса, предупреждающие о том, что должно произойти? Китаянка на секунду задумалась.
— Если расскажу, обещаешь сохранить услышанное в тайне?
— Клянусь, ни одна живая душа не узнает ни единого слова!
— Хорошо. На самом деле я тут не при чем. Никаких особых способностей, как уже говорила, у меня нет. Причина в амулете, который я активировала. Мне кажется, он не просто индикатор, а обладает какими-то неведомыми свойствами.
Признаюсь честно, когда держу его в руках, заклинания удаются куда легче, чем обычно — как будто он передает мне откуда-то взятую магическую энергию, или помогает сконцентрироваться. Иногда подсказывает — загадываю вопрос, а потом пытаюсь на него ответить, и, если угадала, камень начинает подмигивать. Или, если предчувствуется опасность, внутри него возникает пульсация, которую я чувствую — ну примерно как вибрацию от мобильника. Именно так было вчера — вначале камень 'заиграл' в предчувствии появления Билли и Майка, а затем рядом с сундуком.
— Но здесь сразу возникает вопрос — разве обязательно подобная пульсация должна указывать на опасность? Может, всего лишь предупреждение о чем-то важном?
— Мэй би. Просто получилось так, что первый мой опыт общения с ним был связан с предотвращением несчастного случая. В одно прекрасное воскресное утро, когда я готовилась к школьным экзаменам, чтобы скрасить тоску от зубрежки законов физики, решила погрызть печенье, упаковка с которым лежала в буфете на кухне. Мать в это время занималась там чисткой и разделкой рыбы. Я уже поднялась, как вдруг услыхала внутренний голос, воскликнувший 'не ходи туда!', и одновременно зажегся камень амулета, лежавшего на полке с учебниками. Я замешкалась, пытаясь вникнуть в суть происходящего, и тут с кухни раздался грохот — мать уронила разделочный нож. Как представила, что он мог бы упасть мне на ногу, так аж мурашки по коже. А ведь не отвлекись я, и такое вполне могло случиться бы. С той поры я все время ношу его с собой.
— А взглянуть на него можно? Вин остановилась и расстегнула защелку надетой на шею цепочки.
— Вот, смотри. Только не урони.
Амулет, представлявший собой распустившийся цветок с шестью остроконечными лепестками, перекочевал в руку Эрика. Неведомый ювелир потрудился на славу — мельчайшие детали, вплоть до отдельных прожилок были выполнены со всей тщательностью, присущей мастерам старой школы. Что за цветок послужил прообразом, Эрик затруднился бы ответить, хотя тот и показался ему смутно знакомым. Лепестки были изготовлены из серебра, потемневшего от времени, а камень-многогранник удерживался в центре тонкими золотыми нитями-крючками.
— Как интересно… Смотри, а он снова начинает светиться!
— Действительно. Неужели опять предчувствует нечто?
— Не знаю. Однако, как ярко светит! Ой, а он жжется! Возьми его скорей обратно!
И Эрик проворно опустил металлический цветок в ладошку Вин, глядя на покрасневшую кожу.
— Извини, пожалуйста. Если бы знала, что он способен к такому, предупредила бы обязательно. Теперь я начинаю понимать, почему мужчинам в нашей семье категорически запрещалось к нему прикасаться. Сияние камня между тем потускнело, и он снова стал холодным.
— А кто-нибудь из наших товарищей знает эту историю?
— Кроме тебя — только Сюэ. Всем остальным, в том числе и Фэну, я говорила, что попала сюда с помощью одного из дальних родственников, знакомых с магией. Самая банальная история — многие появились здесь таким путем, поэтому никаких подозрений не вызвавшая. Надеюсь, что ты сохранишь доверенную тебе тайну.
— Обязательно. Но ты не сказала — как амулет отреагировал на Сюэ?
— Никак. Совершенно никак. Но что здесь удивительного — ведь на других женщин в моей семье он тоже не реагировал. Эрик задумался.
— Очень странно. Получается, что камень каким-то образом различает людей по половому признаку. Ни о чем подобном не слышал. Но в мире чародеев, наверное, и не такое возможно. Прав был Мастер Халид — чем дольше здесь находишься, тем меньше чему-либо удивляешься.
Однако у меня еще один вопрос.
— Давай.
— В тот день, когда мы первый раз приплыли в пещеру на лодках… Ну тогда еще, когда насыпь с ядрами обнаружили. Помнишь, ты сказала, что там, в подземной бухте, что-то ужасное, что некто страстно желает заполучить. Неужели ты почувствовала на таком расстоянии сундук некроманта? К тому же оттуда он ничем угрожать не мог…
— Нет, в тот раз камень не активировался, хотя утверждать с полной уверенностью, что амулет тут не при чем, не стану. Просто вдруг возник образ черного клубящегося тумана, к которому тянется чья-то жадная трясущаяся рука. О чём-то хотелось спросить ещё, но мысль оборвал Жозе.
— Эй, народ, чего отстали? Мы уже пришли! Догоняйте!
Хозяин магазинчика магических прибамбасов, ознакомившись с поданной запиской, свое удивление выразил лишь поглаживанием усов.
— Значит, вы и есть те самые студенты, что нашли посудину прославленного капитана? В поселке с утра болтали, что новые ученики обнаружили пещеру Аладдина, а в ней — несметные сокровища. И даже жезл какого-то чернокнижника. Это правда? Быстро, однако, разносятся слухи, постепенно искажаясь до неузнаваемости.
— Частично. Никаких особых ценностей там не было — в основном личные вещи команды и детали интерьера самого парусника. В трюм не полезли — честно говоря, побоялись. Среди прочего были и вещи волшебника — посох, мантия и книга, которую ректор взял почитать, — с невинным видом ответствовал Гека.
— Ну, пусть будет так, — согласился Мастер Важел. — Мое дело маленькое: отоварить вашу заявку. Какие именно из свитков желаете изъять из перечня моих товаров?
Жозе пожелал заиметь еще один Пространственный Портал, только что поступивший в продажу заместо использованного ими; на том ему пришлось и ограничиться. Олаф хотел выбрать Левитацию, дабы на себе испытать, что она из себя представляет и какие при ней ощущения, но соответствующего свитка в наличии не оказалось. Поразмыслив немного, скандинав выбрал Телепортацию и Создать Иллюзию. Поддавшись его примеру, Таисия тоже взяла 'иллюзорный' свиток, а другой — со Сферой Отрицания.
— Надеюсь, девушка, вы знаете, как пользоваться данным заклятием, — подавая требуемое, произнес пан Франтишек. — Если развернете свиток среди многолюдной толпы, последствия могут быть непредсказуемы.
Что же касается Геки, то тот, недолго думая, заказал два свитка Невидимости.
— Уж теперь-то повеселимся, — шепнул он на ухо своему другу, — давненько не дают мне покоя верхние этажи замка.
Эрик к тому времени знал уже, что таинственный голос, приказывающий поворачивать обратно, слышал не только Гека, но и другие их однокурсники, также любопытствовавшие, что за тайны скрыты на этажах выше второго. И никто не мог похвалиться, что побывал там лично, а не наслушался баек от Мастеров. Волшебники — тоже люди, не лишенные чувства юмора, и потому сказать определенно, что в их рассказах истинно, а что нафантазировано, невозможно, пока не увидишь все сам.
