— Ты смотри, с подобными вещами не шути.
— Ерунда! Если бы было слишком стремно, думаешь, стал бы попусту рисковать? У него в ящике этих отверток еще больше десятка осталось!
На 'улице' оказалось довольно прохладно, и Эрик вернулся, чтобы накинуть легкую куртку. Его друг уже вовсю обследовал окошко комнаты, куда собирался проникнуть.
— Та-ак, сейчас попробуем на прочность. Посвечивай, чтобы я видел, куда вставлять.
Просунув лезвие отвертки между двумя внешними рамами, Гека воспользовался ею как рычагом. Ставень неожиданно легко подался.
— Смотри-ка, похоже, незаперто! Эрик внимательно оглядел окно.
— Нет, просто тебя опередили. Видишь царапины и сколы древесины?
— Вот так всегда. Куда ни сунься, а там уже побывали. Однако следы взлома явно несвежие: потемнели, и по виду почти неотличимы от прочей поверхности. Значит, ни Билли с Майклом, ни кто-либо другой с нашего курса, все происходило намного раньше. Как видишь, не я один такой смелый и предприимчивый! Сейчас посмотрим, что осталось на нашу долю.
Внутренняя рама подалась так же легко, как и внешняя, и их взору предстало нутро комнаты, окруженной ореолом мистических сплетен и мрачных легенд. Сразу стало заметно, что в ней действительно очень давно никто не жил — на вещах и предметах обстановки толстый слой пыли, повсюду паутина. Приятели осторожно забрались внутрь.
— Видишь? Тот, кто вскрыл окно, побывал и здесь. Во многих местах видны следы, там пыли значительно меньше.
Под порывом ветра проржавевшие оконные петли жалобно заскрипели. Друзья инстинктивно напряглись.
— Не боись, всего лишь сквозняк. Ну и что дальше?
Действительно, за инстинктивным порывом сорвать покров тайны не стояло ничего конкретного.
Ну и что дальше?
Действительно, за инстинктивным порывом сорвать покров тайны не стояло ничего конкретного. Если отбросить налет заброшенности, то обстановка почти такая же, как в их апартаментах. Точно так же имеются шкаф, кровать, стол и стул — правда, иной конструкции, более привычной для XIX века, а в настоящее время выглядевшей как мебельный антиквариат. Нет рукомойника, что вполне понятно — их установили в преддверии открытия Академии. Лампочки и розетки отсутствуют тоже, единственный предмет, пригодный для освещения — потемневший медный подсвечник с тремя огарками давно сгоревших свечей. Рядом старинная чернильница с высохшей плесенью внутри, да истлевшее перо. На стуле — остатки одежды, когда-то именовавшейся халатом. Кровать застелена, но вряд ли кто-нибудь из них отважится на нее прилечь — хотя бы из чувства брезгливости.
— Тот же самый запах, — задумчиво произнес Эрик.
— Ты о чем? — недоуменно переспросил Гека, занятый своими мыслями и не сразу сообразивший.
— Как в подземном заливе. Тлен и запустение. Неужели не чувствуешь? Ощущение — словно вновь очутился там…
— А что ты хотел? Опечатай свою комнату и возвращайся лет через сто — небось, пахнуть будет не лучше. Вау! Вот и предмет, выпадающий из общей картины. Гека нагнулся и поднял с пола шариковую ручку.
— Она явно принадлежала нашему предшественнику. Интересно, он забрался сюда из чистого любопытства, или искал что-то? И где обещанные развалины?
Эрик не ответил. Ему показалось, что темнота сзади него стала сгущаться. Всего лишь Луна зашла за тучу, сообразил он минутой позже, однако впечатление жутковатое. Пора сматываться отсюда, а то мало ли что…
— Может, лучше вернемся сюда днем?
— Нас сразу засекут. Меня больше беспокоит — не напрасно ли мы сюда забрались? Вдруг я неправильно расшифровал твое четверостишие?
Самонадеянность вредна — соберись они компанией, совместными усилиями нашли бы более адекватное решение.
— Ладно, будем считать нашу вылазку разведкой боем. Ну разве что на прощание заглянем в шкаф.
Гека осторожно потянул на себя массивные ручки. Дверцы подались с трудом, но без леденящего душу скрипа, как живо представил себе Эрик. Оттуда, к счастью, не выпрыгнуло какое-нибудь кошмарного вида чудовище, лишь усилился аромат разложения. Внутри оказалось висящее на вешалке изъеденное молью старомодное пальто, на нижних полках — комплект постельного белья, заплесневелое тряпье неизвестного предназначения, а на верхней — книга в мягком переплете. Любопытствуя, Гека взял ее в руки и смахнул слой пыли.
— Да это же учебник по Красной магии, 'Искусство повелевать стихиями'!
— Репринтное издание 2017го года?
— Точно. Вывод однозначен: здесь побывал кто-то из студентов предыдущих выпусков!
— Очень ценное наблюдение, — с долей язвительности отозвался Эрик. — Великий Мастер не стал бы морочиться с вскрытием оконных рам, орудуя, словно заправский домушник. Там случайно не указана фамилия? Гека осмотрел обложку и титульный лист.
— Пусто. Но если хочешь, проверь сам. Эрик взял протянутое ему учебное пособие.
— Не сейчас. Успеется. Если никаких следов, сдам его в библиотеку. Мастер Халид как-то жаловался, что волшебники, не исключая и учеников, слишком рассеянны и регулярно забывают возвращать книги.
Оглянувшись в последний раз, они покинули злополучную комнату и вернулись в резиденцию Геки.
— Значит, до завтра?
— Именно так.
Глава 56.
Команда единомышленников, собравшаяся в беседке сразу после обеда, с интересом выслушала доклад о ночном посещении комнаты ? 13.
— А чё нас не позвали? — сразу осведомился Жозе.
— Так ведь ночь на дворе была, а намерение заглянуть туда как-то спонтанно возникло — ну не будить же из-за этого! Зато теперь комната открыта для посещения.
— Однако и смотреть там особо не на что, правильно мы вас поняли?
— Ничего заслуживающего внимания, так скажем. Скорей всего, в стишке не о том шла речь.
— Да, толкований тут может быть предостаточно, — согласился Олаф. — Но, может, твой куплет — лишь часть какой-то поэмы? Наступит вечер, я проверю свое приглашение.
— Мы тоже! — разом отозвалось еще несколько участников беседы.
— И на найденном учебнике владелец не оставил автограф?
— Нет.
Отвечая так, Эрик формально не грешил против истины. Пожелав спокойной ночи приятелю и вернувшись к себе, он осмотрел книгу более внимательно. Действительно, ни в начале, ни в конце даже росчерка не обнаружилось. Однако бывший владелец оставил немало прочих следов активной работы с ней — не иначе как в Мастера Красной магии готовился. Многие страницы были буквально исчерканы пометками, поправками, комментариями, а то и просто рисунками от руки — так бывает подчас, когда человек обдумывает непростую мысль, или ведет напряженный разговор, а рука его, держащая ручку, непроизвольно чертит или рисует. Почерк тем не менее довольно аккуратный, хотя и мелкий — неужели отважным первоисследователем являлась девушка? Надписи сделаны по-английски, так что прочесть большую их часть не составит труда. Интересно будет как-нибудь сравнить официальные тексты формул с отредактированными. Особенно заинтриговала одна запись: 'и вот еще неплохое заклинание (дальше шла формула) пригодное… (кусок текста отсутствовал из-за вырванного клочка бумаги) …а также в случае опасности'. На всякий случай он скопировал и её в гримуар, решив как-нибудь опробовать.
— Значит, на том и порешим, — подытожил Фэн. — Посмотрим, есть ли другие лунные послания, а дальше по обстоятельствам. А ты, Эрик, попробуй все-таки уточнить в библиотеке, кому принадлежит книга. Однако визит в библиотеку не дал ничего.
