Глава 41.
Утром следующего дня сразу после завтрака заскочил Гека — похвастаться своим первым свитком.
— Вот! Заклинание Рой Насекомых. Наконец-то он у меня получился!
— А каких конкретно насекомых вызывает?
— Не знаю. Я использовал общую формулу. А это мы сейчас проверим!
Гека развернул свиток, и в то же мгновенье в комнату влетел жужжащий клубок мух.
— Бли-ин! Зачем ты это сделал?!? Гони их обратно!
Схватив, что попало под руку, приятели погнали в окно противных созданий. Те, кого они не успели выгнать, исчезли сами, когда закончилось действие заклинания.
— Ну, не сердись. Я как-то не сообразил, что им можно было просто приказать улететь. И свиток теперь назад не свернешь, осталось лишь его выкинуть. А все-таки признайся, было здорово! Первое заклинание, сработанное собственноручно! А я ведь к тебе не только по его поводу шел. Хочешь немного прогуляться? Есть что показать.
— Что именно?
— Проще продемонстрировать, чем рассказывать.
— Если оно того стоит, то пошли.
Они покинули замок и направились прямиком в лесные заросли. Вначале Эрик подумал, что его приятель направляется к поляне, где давеча проходило занятие по Зеленой магии, но нет — Гека свернул совсем в другую сторону.
— И долго нам еще топать?
— Совсем нет: расщепленную березу вдали видишь? В нескольких шагах от неё.
Подойдя к дереву, Эрик оглянулся по сторонам. Что же такого здесь необычного, ради чего Гека притащил его сюда?
— Вон там, у старой сосны.
В указанном направлении находился побег ели — небольшой, не более метра в высоту. И ничем он не отличался бы от сотен других таких же, растущих по всему лесу, если бы не был весь покрыт налетом сажи.
— Видишь? То же самое, что и с бамбуковым побегом. Ты и теперь считаешь, что это случайность?
Подойдя поближе, Эрик внимательно осмотрел несчастное деревце. Снова впечатление, будто кто-то облил его бензином и поджег, но почти сразу затушил, чтобы не обратилось в пепел. Он попытался отломить маленькую веточку — удалось не без труда: растение не засохло, и на сломе сразу проступила капелька смолы. Но что же такого случилось с ним? Ведь рядом точно такие же побеги преспокойно зеленеют.
— Есть и еще кое-что, — сказал Гека, отломив ветку с соседнего дерева. — Сок здорового растения не вызывает никаких неприятных ощущений, в то время как больного жжется. Можешь убедиться сам.
Эрик приложил слом ветки к тыльной стороне ладони. Действительно, вскоре появилось чувство, будто на кожу попала кислота.
— Я это установил случайно, когда детально обследовал одно из таких растений, — продолжал его приятель, — вообще на острове я видел их три, причем разных видов.
Действительно, вскоре появилось чувство, будто на кожу попала кислота.
— Я это установил случайно, когда детально обследовал одно из таких растений, — продолжал его приятель, — вообще на острове я видел их три, причем разных видов. Вначале тоже подумал, что болезнь или грибок какой — ну не может нормальное растение быть черным! — пока не увидел, во что буквально за минуты превратился бамбуковый стебель.
— Ты по-прежнему считаешь, что без магии не обошлось?
— А разве нет? Погоди, я еще доберусь до истины и разоблачу того гада, что природу портит.
— Смотри только, чтобы он, обидевшись, не попытался применить то колдовство на тебе.
— Не думаю, что он настолько безумен, чтобы не понимать, что ему это с рук не сойдет. Помимо товарищеского порицания скорей всего пропишут исключение из Академии. И — прости, прощай вольготная студенческая жизнь, придется тяжким трудом зарабатывать себе на хлеб и пиво.
— А если девушка безобразничает?
— Тогда — на косметику. Правда, что-то не верится, чтобы наши очаровательные однокурсницы способны творить подобные мерзости.
— Ты слишком идеалистически относишься к ним. В их душах тоже кипят нешуточные страсти, иногда даже похлеще, чем у нас. Кто знает, может, кто-то из них замыслил попортить жизнь однокурснице, а пока тренируется на растениях?
— Возможно, ты и прав. Совсем как в анекдоте про маленькую девочку. Знаешь его? Идет как-то мужик мимо песочницы, смотрит — сидит в ней маленькая девочка и рвет на части плюшевого медведя. Мужик обалдел, спрашивает:
— Ты, наверное, девочка, животных не любишь? А та ему в ответ:
— Да я, дяденька, и людей-то не очень… Приятели от души посмеялись.
— В таком случае остается найти, кому перешла дорогу Рамина.
— Боюсь, это не так легко осуществимо. В чужую личную жизнь лучше вообще не залезать. К тому же где гарантия, что идем правильным путем? Мой тебе совет — не лезь на рожон.
— И не собираюсь. Пока просто понаблюдаю. Если такие 'заболевания' будут продолжать возникать снова и снова, поговорю с Баджи. Надо же что-то делать!
И, прогулявшись немного по округе, дабы полюбоваться семейством экзотических птиц, они вернулись к себе: Гека — колдовать новый свиток взамен истраченного зря, Эрик — дочитывать книгу.
'…Вскоре после сражения с черным хищником в долину пожаловал белый дракон. То был Ууррш — учитель подрастающего поколения обитателей всех окрестных гор. Он осмотрел раненых, выдал им корешки и листья лечебных трав и мази для заживления кожи, обожженной ядом (наши аптекарские препараты, увы, оказались малоэффективны для ящеров с их оранжевой кровью, в чем мы имели честь удостовериться собственноручно), а также засвидетельствовал произошедшее. После выполнения всех необходимых формальностей мы были удостоены чести побеседовать с ним.
Я слышал о том, что в одной из пещер поселились инопланетники — гости Шаррассу, сказал Ууррш. Все собирался посмотреть лично, да никак не мог выбраться — стар стал, летать на дальние расстояния уже трудновато. Аррашша и Рушшисс рассказали, что вы не смогли вернуться в свой мир и потому вынуждены были остаться в наших краях.
Удостоверившись, что это действительно так, и мы не отказались от мысли рано или поздно оказаться дома, он заявил, что представителей человечества лично ему видеть не приходилось. Но если ваши ученые знают формулу нашего мира, добавил он, значит, кто-то из них уже бывал здесь и, соответственно, вступал контакт с моими соотечественниками (не факт, мелькнула у меня мысль, если другие люди проникали сюда с той же целью, что и мы, но в отличие от нас не вели переговоров).
Я попробую помочь вам, расспрошу своих коллег — вдруг кто-нибудь случайно знает магический адрес вашей планеты.
С тем Ууррш и отбыл, на прощание нацарапав на одной из небольших каменных плит (использующихся ящерами в качестве табличек для письма) несколько иероглифов. Смысл надписи сводился к тому, что принадлежащие нам трофеи добыты в честном бою с черным разбойником, напавшим на деревню. Без этого, пояснил он, за пределами поселения зеленошкурых нас могут привлечь к ответственности за убийство или надругательство над телом умершего. Табличка та до сих пор хранится в моей коллекции как бесценная реликвия.
Понятие времени у белых драконов отличается от нашего: живут они долго и никуда не спешат. И потому мы прожили в благодатной долине еще два праздника окончания сбора урожая, прежде чем в нашей судьбе произошли изменения. После той битвы наш авторитет среди драконов-тружеников весьма вырос; нас уравняли в правах с главами семейств и, если бы того пожелали, могли бы принимать участие при решении вопросов, касающихся всего племени. Но мое личное мнение — куда большую пользу принесли мы, обучив драконов виноделию.
