— Что здесь происходит? — закричала она, оглядываясь по сторонам.- Где ваша Повелительница? Я хочу, нет, требую, чтобы она немедленно к нам вышла!
За не на шутку разгневанной вампиршей из лесу выехали и выстроились на краю площади около сотни вампиров на обычных лошадях.
— Полагаю, Лереена и сама больше всего на свете желает отсюда выйти, — вполголоса проворчал Лён и крикнул в ответ: — Келла, берегись! Это не вампиры, а принявшие их облик твари, они держат нас в осаде!
Ложняки охотно подтвердили его слова, ощетинившись мечами в сторону незваных гостей.
Травница отшатнулась, Вольт попятился и заплясал на месте, щелкая клыками и злобно порыкивая.
— Ты в порядке? — Келла, быстро овладев собой, сжала конские бока коленями, и Вольт, охнув, встал как вкопанный. Похоже, еще чуть?чуть — и она бы его раздавила.
-Да!
— Они тебя не обижали? — дотошно выспрашивала Травница, как ретивая бабушка, примчавшая на помощь любимому и единственному внучку и готовая собственноручно накостылять гнусным хулиганам, покусившимся на ее драгоценное чадо.
— Келла! — раздраженно возопил Лён.- Нет, они меня всего?навсего убили!
По отряду вампиров прокатился дружный вздох, из взятых наизготовку гвордов с сухими щелчками выскочили длинные строенные лезвия, кое у кого засверкали мечи — к счастью, не гномьи. Несмотря на пяти?шестикратно превосходящие силы противника, отступать никто не собирался. Напротив — смертельно оскорбленные вампиры, злобно нахмурившись и ощерившись, ждали только сигнала к атаке. Оного пока не поступало ни от Келлы, ни от советника, одинаково огорошенных нежданно?негаданно свалившимся на голову противником и лихорадочно продумывающих план действий.
Тем временем с противоположной стороны площади появился еще один отряд, побольше и пошумнее. На сей раз — человеческий, и тоже чем?то весьма недовольный.
— Вы куды мою дочку дели, вомпэры кляты?! — Зычный голос перекрыл гул трех стакнувшихся на площади воинств.
— Батька!!! — радостно заверещала наемница, так пихнув Ролара локтем, что тот уступил ей дверной глазок, свалившись с бруса.-Я здесь! Задай перцу этим гадам!
— Твой отец — командующий приграничными войсками Винессы?! — вытаращил глаза вампир, разглядев горластого седовласого мужика на белой лошади с заплетенной в косицы гривой. Винесские знамена реяли над грозными рядами подчиненных ему всадников; их было не меньше двух сотен.- Ты что же это нам мозги пудрила, отважная наемница, бедная селянская дочка, бескорыстная патриотка?! В пику папочке решила поступить в Легион союзного королевства?!
— Не твое вампирье дело! — взвилась Орсана.- Нет, ну вы только посмотрите на этого мерзавца — самого выперли из Арлисса, даже вампирам надоел хуже горькой редьки, а туда же — поучает! Куда хочу — туда и поступаю, тебя не спросила!
— Меня не выперли, я — в добровольном изгнании, это разные вещи!
— Неужели? — скептически изогнула бровь Лереена, и Ролар сорвался уже на нее:
— А ты, сестренка, лучше помолчи, пока я тебе под шумок шею не свернул! Заварила кашу — сейчас выкинем тебя наружу, будешь расхлебывать!
— Сестренка?! — потрясение ахнули мы с Орсаной.
— Сводная, — неохотно уточнила Лереена. — И нечего так на меня смотреть, все претензии к моей матери! Уж я?то ни за что бы не опустилась до смешанного брака…
— Ну и помрешь старой девой,- окрысился Ролар.- Тебя не то что Повелитель — последний тролль в жены не возьмет, разве что полдолины в приданое наобещаешь! Впрочем, она теперь и даром никому не нужна — кишмя кишащая ложняками, отгороженная от всего мира отравленной рекой! Как ты умудрилась расплеваться еще и с русалками, а? Они?то тебе чем помешали?
— Они первыми начали! — возмутилась Повелительница.
— Что, вообще без причины? Ты хотя бы пыталась с ними поговорить?
— Я? С русалками, стоя по пояс в воде и выслушивая их вечные насмешки?! — Лереена скорчила брезгливую гримаску.- А для чего мне тогда Совет Старейшин?
— Все ясно,- обречено заключил Ролар, — русалки сразу раскусили ложняков и без разговоров отправили их ко дну, а Лерка, не удосужившись лично во всем разобраться, послала к Данавиэлю кого?нибудь вроде своего фальшивого советничка. А тот, вернувшись, наплел Повелительнице о совсем рехнувшихся русалках и подбил ее протравить реку. Верно?
— А что мне еще оставалось делать? — огрызнулась Повелительница.
— Ничего,- смиренно признал вампир и, внезапно метнувшись к алтарю, так рявкнул, нависнув над Лерееной, что она с писком опрокинулась спиной на плиту, как нашкодивший щенок.- Все, что ты могла, ты уже сделала, идиотка! Насмешки ее, видишь ли, коробят! Неохота в новом платьице в речку соваться! Ну так теперь ты вляпалась по самую макушку, причем отнюдь не в воду!
В другое время мы бы с огромным удовольствием понаблюдали за бурной семейной сценой, но тут за дверью раздался многоголосый вопль, сменившийся топотом, ржанием, лязганьем оружия и разрозненными криками ярости и боли. Орсана снова прильнула к глазку, а я согнулась у щели.
Неизвестно, кто из командиров первым отважился махнуть рукой, но долгожданный жест был воспринят с энтузиазмом, и на площади царило столпотворение. К нашему несказанному облегчению, подкрепление правильно сориентировалось в обстановке и дружно атаковало лжевампиров с гномьими аспидами. Две сходящиеся конницы буквально смяли несколько рядов ложняков, но затем увязли в толпе и пустили в ход мечи и гворды.
За моей спиной Ролар продолжал орать на Лереену, но его голос терялся в общем гаме, и отдельных слов было не разобрать.
Через несколько минут и людям, и вампирам пришлось спешиться — на живых ложняков кони не реагировали, но, учуяв зловоние истаявших трупов, быстренько опомнились и наотрез отказались участвовать в битве. В седле осталась только Келла. Она галопом нарезала круги вокруг площади, благоразумно не ввязываясь в схватку по причине отсутствия оружия, и Вольту приходилось отдуваться за двоих, топча подвернувшихся на пути ложняков.
Мы так увлеклись этим зрелищем, что испуганный вскрик обернувшегося Лёна: «Ролар, прекрати! Она же сейчас…» — несколько запоздал.
«Сейчас» уже наступило.
Лереена как?то странно вывернула шею, судорожно дернула нижней челюстью, и та внезапно раздалась вперед и вширь, вовлекая в трансформацию всю голову, а за ней и тело. Зубы заострились и удлинились, руки неестественно вытянулись, белое платье истлевшими клоками осыпалось на пол. Ролар едва успел отскочить, как извивающаяся на алтаре тварь подняла красноглазую, клыкастую морду, сложила крылья вогнутой полусферой, вытянула шею и беззвучно завопила. Нас разметало по углам и прижало к полу, звуковая волна ударила по спине, как мешком с опилками. В ушах нестерпимо засвербело, потом их словно заломило от ледяного ветра. Еще мгновение — и из них хлынула бы кровь, но, на наше счастье, тварь с лязганьем захлопнула пасть, переводя дыхание и оглядываясь.
В ушах нестерпимо засвербело, потом их словно заломило от ледяного ветра. Еще мгновение — и из них хлынула бы кровь, но, на наше счастье, тварь с лязганьем захлопнула пасть, переводя дыхание и оглядываясь.
— Под алтарь! — громко скомандовал Лён, вдохновляя нас личным примером.
