— А служанки?лунатички у вас нет? — как бы между прочим поинтересовалась Орсана.
Хозяйка удивилась, но ответила, что до недавнего времени была, однако два привидения на один замок — это слишком, и она дала девице расчет.
— Вы уверены, что это именно она? — Ролар кивнул в сторону портрета.
— Уверена,- отрезала хозяйка.- Я ее видела.
— И что? — затаив дыхание, спросила Орсана.
— Поздоровалась и прошла мимо,- невозмутимо ответила хозяйка замка, накалывая на вилку крошечный кусочек капусты и поднося ко рту с воистину королевской грацией. Мы как?то сразу ей поверили. С подобной аристократки станется раскланяться даже с живоглотом.
— А я говорю — ведьма! Ведьма она и есть! — неожиданно рявкнула старуха, заставив Орсану поперхнуться.
— О чем это она? — поинтересовалась я, искоса поглядывая на бабку, как ни в чем не бывало бормочущую себе под нос.
— Ходили слухи, что моя бабушка увлекалась колдовством,- равнодушно пояснила Дивена.- Якобы она приворожила своей внучке, то есть мне, богатого мужа, чего бабушка мужа до сих пор нашей семье простить не может.
— А это правда? — все еще покашливая, прохрипела Орсана, раздраженно пресекая попытку вампира похлопать ее по спине.
— Нет,- отрезала хозяйка.- Да, согласна, в последнее время наш род несколько обнищал, но он куда более древний и знатный, чем род мужа. Только благодаря этому браку он смог проникнуть в высшее общество и дослужиться до советника. Взаимная выгода от союза не нуждалась в подпитке колдовством.
— Кстати, о выгоде,- вспомнила я.- Во сколько вы оцениваете эту… досадную неприятность?
— Пятьдесят кладней,- после недолгого раздумья постановила госпожа Белозерская.
— Шестьдесят! — торопливо поправила сестра, чьи нервы хуже переносили соседство с потусторонним миром.
— Но за каждый разбитый предмет с вас будет вычтена полная стоимость,- меланхолично добавила хозяйка.
— Простите?
— В замке много предметов старины, в том числе хрусталя и фарфора,- пояснила Дивена.- К сожалению, предыдущие колдуны имели дурную привычку сбивать на бегу, а также швырять в призрака бесценные произведения искусства, многие из которых склонны биться. Так, на прошлой неделе я лишилась расписной вазы пятого столетия, в которой попытался спрятаться от привидения некий знахарь Вланимар, впоследствии с позором выставленный за ворота…
Переждав взрыв смеха, хозяйка невозмутимо продолжила:
— Мне бы очень хотелось, чтобы на сей раз моя коллекция средневекового фарфора не подверглась варварскому уничтожению, тем более что сам призрак еще не нанес замку и людям никакого ущерба, кроме морального.
— К сожалению, предыдущие колдуны имели дурную привычку сбивать на бегу, а также швырять в призрака бесценные произведения искусства, многие из которых склонны биться. Так, на прошлой неделе я лишилась расписной вазы пятого столетия, в которой попытался спрятаться от привидения некий знахарь Вланимар, впоследствии с позором выставленный за ворота…
Переждав взрыв смеха, хозяйка невозмутимо продолжила:
— Мне бы очень хотелось, чтобы на сей раз моя коллекция средневекового фарфора не подверглась варварскому уничтожению, тем более что сам призрак еще не нанес замку и людям никакого ущерба, кроме морального.
— Мы тоже на это надеемся, — искренне сказала я.
Ужин затянулся часа на три, и, когда мы наконец поднялись в свои комнаты, перевалило за полночь. Где?то в глубинах замка уныло и протяжно заскрипели половицы, простонала и лязгнула тяжелая дверь. В рассохшихся рамах завывал ветер, за шкафами скреблись мыши; для полноты ощущений не хватало только звона цепей бродящего по коридорам призрака.
— Ролар возьмет себе первый этаж и подвальное помещение,- по праву дипломированного специалиста распоряжалась я, тыча пальцем в потрепанный план замка.- Ты, Орсана, поброди по второму этажу, от хозяйских спален до нашей комнаты, — вдруг привидение захочет навестить гостей? Я же проверю третий этаж, крышу и башенки.
— А если мы его увидим, что нам тогда делать? — с содроганием уточнила наемница.
— Ничего,- пожала я плечами.
— Ничего?!
— А что вы можете сделать? Если язык не отнимется, попробуйте его разговорить. Может, оно чего?то хочет? Вдруг — сущую безделицу: перекинуться в картишки, предсказать чью?то гибель, указать замурованный в стену клад или собственный скелет?
— Его скелет лежит в фамильном склепе,- скептически буркнула Орсана.
— Ну и что, вдруг оно давно мечтало сводить экскурсию к собственному скелету? Может, ему на спине лежать неудобно? Может, просто одиноко?
— Не стану я его переворачивать! — возмутилась Орсана.- И рядом лежать не собираюсь. Пусть жалуется кому?нибудь другому, меня этим не проймешь.
— А тебя никто и не просит. Извинишься и сбегаешь за мной.
— И за мной,- вмешался Ролар,- если оно такое же, как на портрете, я согласен скрасить его одиночество!
— Если в контакт вступить не удастся,- продолжала я, пропуская мимо ушей не относящиеся к делу реплики,- запомните, где вы его видели, и опять?таки позовите меня. И, ради богов, держитесь подальше от этого проклятого фарфора! Одно блюдце — и мы не только не заработаем на овес для лошадок, но еще и останемся должны.
— Постараемся! — в унисон пообещали оба. Я давно заметила, что, когда Ролар и Орсана не грызутся, их мысли и поступки приходят в удивительное соответствие.
— В таком случае — не будем терять времени. Я еще хочу выспаться до утра.
— А может, сразу ляжем спать, а утром скажем, что никого не видели? — робко предложила Орсана.
— Чтобы привидение само разбудило нас посреди ночи, звеня цепями под ухом? Нет уж, спасибо. Если не изгоню его, то хотя бы попрошу, чтобы не мешало спать. Заодно осмотрим замок и убедимся, что его хозяева не ложняки и не собираются посреди ночи открыть разбойникам ворота.
— Ну, тогда ладно,- нехотя согласилась наемница, поправляя пояс с кинжалами.
Перед сном служанка потушила все свечи, оставив только по масляному светильнику на каждом этаже да еще вдоль лестницы. Сначала я таскала с собой канделябр с двумя свечами, но вскоре сообразила, что мне вполне хватает лунного света, сочившегося из узких витражных окошек, забранных пластинами хрусталя.
Бродить по замку было одно удовольствие. Привидения я не боялась; напротив, мною двигал азарт сродни рыболовному. Я начала с крыши — обошла вокруг стояка башни, пытаясь отыскать вход (потом оказалось, что башенка со шпилем — всего лишь архитектурное излишество и подняться в нее невозможно), осторожно глянула через высокий парапет, полюбовалась прекрасными видами, расстилавшимися внизу, прислушалась к шелесту ветра и, не заметив ничего предосудительного, спустилась вниз, на третий этаж.
Моим глазам открылось дикое, завораживающее и красочное зрелище.
По коридору, задрав пышные юбки и высоко подкидывая толстые ноги, галопом неслась няня в ночном чепце и длинной кружевной рубашке. Ее разинутый рот застыл в беззвучном крике; глаза мчались быстрее тела, выпучиваясь из глазниц.
За няней шумно летело привидение. Ярко?лилового цвета, в форме головастика с руками, обмотанное цепями и увешанное пудовыми гирями, оно стонало, хрипело, выло и улюлюкало. Волны громового эха плескались о каменные стены. Стоящие вдоль стен доспехи злорадно скалились прорезями забрал.
