Одно хорошо: заработанные за молчание премиальные — приличная сумма. Очень приличная. Столько даже владелец гостиницы не зарабатывает за сутки. Наверное…
Он прошелся по второму этажу, посмотрел на совершенно целую дверь сто девятнадцатой комнаты, подхватил оброненную отмычку и, все еще недоумевая, спустился на первый этаж и прислушался: в гостинице стояла полная тишина. Сел за стол и вернулся к решению головоломки, которое безуспешно пытался найти уже третью смену подряд.
Часы пробили половину третьего.
Вволю натанцевавшись, Доминик, Эрнест, Лилит и Кащей уселись за одним столом в полутемном углу зала. Советник самоустранился, объявив, что для молодежи он слишком стар, и что поищет себе друзей для разговора в другом месте. Кащей хитро промолчал о собственном возрасте, и по молчаливому согласию остальных был зачислен в ряды сверстников. Почти что сверстников.
— А ты помнишь, как мы играли в шахматы по переписке? Я тогда еще выиграл у тебя практически проигранную партию! — рассказывал Доминик. Эрнест согласно кивал головой.
— Мы три года играли в эту партию! — добавил он, посмеиваясь, — Я до сих пор не могу понять, как ты умудрился пробить брешь в моей любимой защите системы великой шахматистки Ксюши Ник-Коль из северного королевства? Ее ходы практически невозможно было обойти!
— Еще бы, она настоящая легенда! Но ты забыл, что она разработала не только идеальную линию защиты, но и идеальную линию нападения, которой я и воспользовался.
Эрнест потер подбородок.
— Так это что получается? — задумался он, — Мы с тобой оказались добровольными пешками в ее личной игре с самой собой? Ты хоть что-то от себя добавлял, какие-нибудь ходы?
Доминик повеселел.
— Нет. А ты?
— Хм, — Эрнест не оставлял подбородок в покое, — И я нет. Выходит, что точно — не мы сражались, а это она играла сама с собой и победила. Оригинально!
— Мы доказали, что нападение — лучшая защита! — воскликнул Доминик. — Но все же хорошо, что мы играли несколько партий одновременно. Я знаю, что в трех из них играл точно я. А ты как?
— Вообще-то, только в двух, — стушевался Эрнест. — Одну партию за меня играл советник.
— Да? — удивился Доминик. — Это какую? Честно говоря, за меня одну партию тоже играл советник.
— Четвертую.
— И у меня та же история была.
Царевичи посмотрел друг на друга.
— А остальные? Точно ты играл?
— Конечно! Почти…
В разговор вступил до той поры молчавший Кащей. И сразу же перевел разговор на новый виток развития.
— Народ, признавайтесь честно, вы вообще в шахматы играть умеете? — напрямую спросил он. Царевичи смущенно помолчали, потом Доминик с явной неохотой признался:
— Нет. Не умею. Извини, Эрнест. Я три года водил тебя за нос.
— Собственно говоря, я тоже не умею, — отозвался Эрнест. — За меня играли придворные.
Лилит посмотрела на их покрасневшие лица и тихо прыснула от смеха.
— За меня тоже, — раскрыл последнюю тайну Доминик, — Но письма хотя бы ты сам писал???
— Письма — сам!!! — воспрял духом Эрнест, — Писать я с раннего детства научился!
— Ну, вы даете! — усмехнулся Кащей, — Провести в тайне от всего мира международные соревнования по шахматам! Победу кому присвоили?
— Мы никому ничего не присваивали, у нас боевая ничья! — синхронно сказали царевичи.
— Даже так, — пробормотал Кащей. — А в честь чего играть начали?
Царевичи покраснели. Лилит беззвучно хохотала, уткнувшись лицом в ладони.
— Я уже и не помню, с чего именно начали, — вздохнул Доминик, — Эрнест, может, ты припомнишь?
Царевич удобнее расселся на стуле и ответил:
— Ты как-то спросил у меня в письме: умею ли я играть в шахматы? Не вспоминаешь? Нам тогда было лет по десять, не больше.
Доминик отрицательно качнул головой.
— Я подумал, — продолжал Эрнест, — что ты хочешь сыграть со мной партию, а если я скажу, что не умею, то ты поднимешь меня на смех. Вот и предложил сразу шесть партий, для большей надежности!
Доминик коротко рассмеялся:
— А я, наоборот, просто хотел поинтересоваться, знаешь ли ты правила игры, потому что и сам в них не разбирался, а научить меня играть — ни у кого не было времени. Но ты вместо ответа прислал мне листы с ходами, и мне пришлось срочно искать во дворце шахматные доски, чтобы понять, что за цифры и буквы ты там написал? И после этого говорить, что я не умею играть в шахматы, а только спросил, что в них к чему, было как-то неловко. Пришлось перерыть библиотеку, чтобы найти книгу о шахматных сражениях. Там я и нашел знаменитую систему Ксюши Ник.
— Красная книга с королем и ферзем на титульной странице? — уточнил Эрнест.
— Она! — кивнул Доминик. — У тебя такая же была?
— Верно. Я думаю, она у многих была. Цари во всех странах покупают книги в одном международном магазине по птичьей рассылке. Я тоже ее использовал.
— Хохмы царских отпрысков мира, — прокомментировал Кащей. — А что, други мои, может, вам в реальности партию сыграть? Первый ход я могу подсказать сам: е2 — е4. Это очень удоб… Что вы на меня так уставились? Тихо-тихо, мужики, вы ошиблись: эти ножики служат для разделки фруктов, положите их на место!!!
Царевна заливалась от смеха.
— Ну, тогда хоть в крестики-нолики сразитесь, пока не разъехались на долгие годы! Или в «морской бой»?
— Змейго, хорош издеваться!!! — воскликнули царевичи, — Как будто сам ни с кем не переписывался в детстве?
— Ладно, не буду! — сказал Кащей, — А так, конечно, переписывался, иначе, зачем путешествовать по миру? Хоть к друзьям заглянуть на огонек.
— Доминик, а ты помнишь царевну Ниту, с которой переписывался несколько лет назад? — вспомнил вдруг Эрнест. — Между прочим, она еще не замужем, и ты можешь попытать счастья в ее царстве. Я помню, вы были хорошими друзьями.
Доминик ответил не сразу: Кащей увидел, то он на секунду помрачнел, но быстро справился с нахлынувшими эмоциями.
— Она не писала письма последние два года, я думал, что ей надоело со мной общаться! — сказал он.
— Она всем перестала писать, — нахмурился Эрнест, — до меня доходили невнятные слухи о её царстве. Там творилось что-то неладное. Войны вроде бы не было, но любое общение с заграницей там отныне запрещено, и почтовых голубей просто-напросто ликвидировали. Даже тех, кто прилетал из-за границы. Я сам потерял двоих голубей: Ирку и Аську, и друзья писали, что у них аналогичные проблемы. Поэтому мы перестали высылать в ее царство почту, а от царевны с тех пор не было никаких известий. Да и голубей, которые знали дорогу в ее царство, больше не осталось. Тех, что нам в детстве специально по царствами рассылали, стало некем заменить, а новых не было.
Доминик вспомнил, как давным-давно к ним привезли голубей из разных царств. Люди, которые их привезли, объявили, что согласно новой попытке объединить царства и прекратить войны между ними каждый царевич и царевна должны взять по несколько голубей и дать несколько своих для того, чтобы переписываться с царскими детьми из других царств.
Настоящих имен называть было нельзя: в этом и заключался основной план и идея почтовой переписки. Царевичи, не зная, с кем именно переписывались, не могли в будущем нападать на другие страны, потому что могли пойти войной на своего старого друга. Анонимная почта не справилась с проблемой войн на сто процентов, но с каждым годом все больше царств отказывались от войн, предпочитая мирное решение споров. И сами организаторы надеялись дожить до того дня, когда царств с агрессивными царя не останется вовсе.
— Я думал, посол их страны сумеет дать внятный ответ на происходящее — Нита когда-то по очень большому секрету рассказала мне, в каком царстве живет…
