Немного достоверно выглядевшей неправды не помешает. Не говорить же, что его перебросило по приказу Бога — царевич моментально решит, что попал из огня, да в полымя: от разбойников к рехнувшемуся от одинокой лесной жизни сумасшедшему.
— У меня… мне помогли. Когда нас осталось совсем мало, охранники просто вынудили меня покинуть поле боя! — туманно ответил Доминик. Кащей почувствовал, что царевичу становится не по себе.
Кащей почувствовал, что царевичу становится не по себе. — А Вы… ты не поможешь мне спасти советника? Они поймали его и держат в карете.
— Ты думаешь, я в силах победить банду разбойников? — возразил Кащей.
— Думаю, да! — чистосердечно признался царевич.
— С чего ты взял?
— У тебя удивительное оружие!
Кащей посмотрел на шпагоплеть, которую все еще держал в руке. Оружие на самом деле удивительное. Еще более удивительно было то, что оно существовало столько лет, сколько царевич при всей своей фантазии не смог бы представить.
— Вот что, парень, — Кащей внезапно понял, что понятия не имеет о том, сколько царств в мире, и в каком из них находится его сундук. — Сколько всего царств и королевств?
Царевич недоуменно поморгал:
— Сорок три. А что?
— Ну, Боже… — недовольно пробурчал Кащей, — Ну, мелкий приколист, погоди!
Он указал на стрелка.
— Сними с него костюм. Наденешь его сам — для меня он будет тесноват, и побежишь к карете, что было сил. Вторым эшелоном выбегу я, и у кареты разберемся.
— Со всеми?
— Смотря, как убегать будут. Если уже не убежали, увидев полет деревьев.
— А с какого бока здесь страны? — удивился царевич. — Или ты хочешь раскидать разбойников по разным царствам, чтобы они никогда больше не встретились?
«Идея неплохая! — подумал Кащей, — Но неосуществимая! А царевич молодец, быстро в себя пришел!»
— Потом узнаешь! — вслух сказал он, а сам мысленно схватился за голову: как бы не пришлось обойти Землю вдоль и поперек, прежде чем он наткнется на спасительный сундук-пропуск к существованию в новой Вселенной. Хотя, плохая новость о количестве стран кое в чем и хороша: Богу тоже придется изрядно побегать по заграницам в поисках сундука. Это гарантирует, что игра не закончится в первый же день, а продлится достаточно долго для того, чтобы он мог показать полную силу своего злодейского таланта. В крайнем случае, пусть победа и достанется Богу, но в Рай он уйдет так, чтобы всем стало ясно: последние часы существования старой Вселенной стали звездным часом Кащея Бессмертного!
Царевич натянул костюм разбойника поверх своего: размеры позволяли.
— Слушай, а что такого ты везешь, если на карету напала большая толпа?
— Ничего особенного, — сказал царевич, — Там были только я советник. А что?
— Я так думаю, будь ты важнее, разбойники бросили бы карету и побежали за тобой, не сражаясь с охраной.
— Вообще-то, именно охранники не дали разбойникам сразу броситься за мной! А эти уро…
— Стоп! Это потом! — резко остановил его Кащей: только ругани сейчас и не хватало! Не время сейчас для обсуждения, кто там последний гад, а кто просто змея подколодная. — Обзывать разбойников надо ПОСЛЕ их смерти, а не до нее. Это гарантирует, что именно ты будешь их называть их последними словами, а не они тебя. Намек понятен?
— Понятен, — кивнул царевич, и предположил. — Может быть, остальные не побежали, потому что решили, что карета состоит из золотых деталей, и что кто-то из них тайком от остальных отломает себе приличный кусочек?
— Верно подмечено! — согласился Кащей, — Человек человеку — друг, товарищ… и волк!
— Но это не золотые детали, это окрашенное краской дерево! — воскликнул царевич, — Золота там мало, его не соскрести…
Кащей хмыкнул, представив, как разбойники с высунутыми от усталости языки увлеченно счищают золото острыми ножами.
— А разбойники об этом знают?
— Конечно, нет! А ты думаешь, они…
— А кто их знает?
— Ладно, что теперь?
— Выбегаешь из леса.
— А разбойники об этом знают?
— Конечно, нет! А ты думаешь, они…
— А кто их знает?
— Ладно, что теперь?
— Выбегаешь из леса. Обязательно свистни им, что есть сил! Размахивай руками и беги к карете, как смертельно испуганный человек, не обращая внимания на то, что там разбойники. Это их сильно озадачит, я тебе гарантирую. В этом костюме тебя сначала примут за своего. Остальное я беру на себя. Главное условие: не оборачивайся назад, что бы ни услышал, а ты услышишь такое, что тебя потянет обернуться, но тогда вся затея коту под хвост! Бояться можно, это даже лучше. И помни: кроме меня следом за тобой никто не выйдет! Запомнил?
— Да!
— Держи арбалет, — Кащей зарядил его собранными с поля битвы стрелами, — выстрелишь куда-нибудь за спину, когда до разбойников останется самая малость. Стрелять не в разбойников!
— Понял.
— Тогда беги!
И царевич побежал.
Едва он пронзительно свистнул и отчаянно замахал руками, указывая на лес, притихшие после взлета и падения деревьев разбойники схватились за оружие трясущимися руками: казалось бы, полная победа над иноземным царевичем гарантировала им хорошую жизнь, но оказалось, что неприятности только-только начинаются!
Кащей хладнокровно искал в кармашках затерявшийся манок на матерых драконов. Сумев наконец-то нормально разглядеть дорогу, он понял, почему царевичу было не по себе от вопроса о том, как он спасся. Несколько человек в форме лежали на земле, из их спин торчали стрелы: охранники помогли ему убежать и спастись ценой своей жизни. Кащей нащупал тонкую ниточку, дернул, и небольшой манок весело закачался на белой синтетической нитке.
Он смотрел на бегущего к карете царевича и на застывших разбойников. Романтики с большой дороги никогда не относились к разговорчивым типам людей, и предпочитали короткие, но максимально емкие монологи на тему: а где твои деньги, приятель? Вложи их в наше настоящее, и у тебя вновь появится собственное будущее. Во все времена требования разбойников были похожими, как две капли воды. Это становилось до невозможности скучным, и было даже неудобно из-за того, что первым же его приключением на пути к победе стало столкновение именно с такими представителями далеко не лучшей части человечества.
На какой-то миг его посетила мысль о том, что произойдет, если он сейчас самоустранится, и добежавший до кареты царевич остановится напротив притихших разбойников? Ведь ни царевич, ни разбойники не будут знать, что делать дальше, потому все изрядно напуганы происходящим, но не все знают, что к чему?
В следующий миг он отогнал эту мысль: не до экспериментов сейчас. Да и не сделал царевич ему ничего плохого, чтобы вот так все оставить на полдороги. Хотя шуточка получилась бы по-настоящему злодейской.
Царевич, словно пытаясь попасть в того, кто бежал следом за ним, высоко поднял арбалет и выстрелил последней стрелой в облачное небо.
Кащей перестал злодейски фантазировать: пришло время для эффектного выхода на сцену.
— Встречайте, дамы и господа! Величайший злодей всех времен и народов Кащей Бессмертный!!! Аплодисменты, уважаемая публика! — вполголоса произнес он, поднес ко рту маленький манок и дунул в него изо всех сил.
Громоподобный, ужасающий, низкий дикий рев потряс землю. В следующую секунду в радиусе нескольких километров смолкло всё, что издавало хоть какие-нибудь звуки, и наступила полная тишина, нарушаемая разве что умеренной силы порывами ветра.
