— Вот и славно.
Древнее вино оказалось темным, почти черным, на дне стакана мерцали какие-то едва заметные голубоватые искры.
— Хороший знак, Мерилин! — Улыбнулась Меламори, постукивая пальчиком по краю стакана. — Кима говорил мне, что эти огоньки появляются только если вино пьют люди… Как бы это лучше объяснить… Люди, с которыми все правильно. Понимаешь? Не «хорошо» и не «плохо», а правильно.
— Кажется, я понимаю, — задумчиво кивнул я, — только у меня есть другая формулировка: «по-настоящему»… Меня всегда поражало, как мало людей живут «по-настоящему»… Я понятно выражаюсь?
— Уж что вы с Максом действительно умеете делать, Мерилин, так это «понятно выражаться»! — Меламори покачала головой. — Вкусно?
— Спрашиваешь!
— Тогда выкладывай твою историю. Могу принести клятву молчания, если хочешь…
— Нужна мне твоя клятва! — И бархатистым голосом леди Мерилин я с самого начала обстоятельно выложил историю этого дикого костюмированного бала, блистательной королевой которого я являлся. Герой-любовник Мелифаро, разумеется, был главным героем финала.
— Грешные Магистры, я не подозревала, что еще когда-нибудь в жизни буду так смеяться! — Вытирая слезы, простонала обессилевшая от хохота Меламори. — Бедный Мелифаро, не везет ему с девушками! Ты бы подумала, Мерилин, где ты еще такого парня найдешь?
— Спасибо, я учту твой совет!… Смотри-ка уже светает. Когда же ты спать будешь?
— Ну опоздаю на службу, подумаешь! Скажу сэру Джуффину, что давала тебе уроки женского кокетства.
— Да, это мне особенно пригодится. Учитывая кандидатуру моего будущего «спутника жизни»… — Я с трудом поднялся с низенького диванчика. — Пойду-ка я спать, Меламори, да и тебе пора. Лучше мало, чем ничего!
— Не важно сколько, важно как…
.. А сегодня я буду спать как убитая.
Спасибо тебе, Мерилин! Передай сэру Максу, что это была отличная идея.
— Передам. — Я устало улыбнулся и помахал ей рукой. — Хорошего утра, Меламори!
Замечу, что леди Мерилин тоже спала «как убитая», чего с моим старым знакомым сэром Максом давненько не случалось. У этой девочки было отличное каменное сердечко, куда надежней моего собственного!
На закате я пришел в Дом у Моста. Со мной была дорожная сумка, где поместились большая бутылка бальзама Кахара, ворох одежды (леди Мерилин понравилось ходить по магазинам) и моя «зачарованная» подушка, «затычка в щели между мирами», по выражению сэра Мабы Калоха, величайшего из моих многочисленных благодетелей. Что бы там не случилось, а отправиться невесть куда без единственной (и чудесной!) возможности заполучить нормальную сигарету — это не по мне!
Сэр Джуффин Халли оживленно беседовал с каким-то загорелым блондином средних лет в ярком сине-белом лоохи. У парня был вид типичного «тренера», я только не сумел определиться с видом спорта. Не решаясь вмешиваться в их беседу, я послал зов своему шефу.
«Вы заняты, Джуффин? Мне подождать в приемной?»
— Ну что ты, леди Мерилин! — Приветливо улыбнулся сэр Джуффин. — Решил, что у меня посетитель, Макс? А кто говорил, что с внешностью сэра Шурфа у нас будут проблемы? Могу вас поздравить, ребята: вы — отличная парочка!
— Ты прекрасно выглядишь, Мерилин! — Вежливо сказал неузнаваемый Лонли-Локли, поднимаясь с места и (о, грешные Магистры!) заботливо помогая мне сесть. — Должен заранее попросить у вас прощения, Макс, но в дельнейшем я буду вынужден обращаться к вам на «ты», поскольку так принято между мужьями и женами.
— Вы можете говорить мне «ты» и в менее экстремальных условиях, Шурф!
— Теперь меня зовут сэр Гламма Эралга, Мерилин. Разумеется, ты должна называть меня просто «Гламма», дорогая.
— Может быть, пока мы можем поговорить нормально? — Взмолился я. — Так и свихнуться можно!
— Сэр Шурф абсолютно прав, — заметил Джуффин, — чем скорее ты привыкнешь к вашим новым именам, тем лучше. Потом у тебя будут и другие заботы…
Я с изумлением уставился на руки Лонли-Локли: впервые я видел его без грубых защитных рукавиц и без смертоносных когтистых перчаток, которые я привык считать его настоящими руками. (Теоретически я знал, конечно, что это не так, но сердце, которое сильнее рассудка, было твердо уверено, что эти ледяные хищные руки — и есть настоящие!) — Грешные Магистры, что у вас с руками, Шурф… Гламма?
— Ничего… Если ты имеешь в виду перчатки, то они со мной, в ларце. Не думешь же ты, дорогая Мерилин, что такого рода перчатки есть у всех горожан?
— Не думаю, конечно… Просто я никогда раньше не видел вас… тебя без них.
— Разумеется… Только ты должна говорить «не видела».
— Да, конечно. Извини, милый! — Усмехнулся я. — А что у тебя с ногтями?
— А-а-а… Это первые буквы слов одного древнего заклинания. Без них перчатки убили бы меня самого… Боюсь, что мне прийдется носить вот это…
— Лонли-Локли брезгливо показал мне шикарные перчатки из тончайшей синей кожи. — В дороге они не помешают, но когда я буду в них обедать, это может вызвать некоторые подозрения…
— Ничего, — я легкомысленно махнул рукой, — у каждого могут быть свои милые причуды…
— Привет, красотка! — В кабинет ворвался Мелифаро. — Ну как, не надумал остаться девчонкой и принять мое предложение?.
— Ну как, не надумал остаться девчонкой и принять мое предложение?… Моя мама была бы просто в восторге! — Он взгромоздился на ручку моего кресла. — Наш Локилонки, конечно, здорово похорошел, но я все равно лучше!
— Сэр Мелифаро, не приставайте к моей жене! — Невозмутимо сказал преображенный Лонли-Локли. — И будьте так любезны выучить мою фамилию, хотя бы к нашему возвращению, мы с вами все-таки не первый год знакомы!
— Съел? — Ехидно спросил я. — Не такая я уж беззащитная барышня!
Больше всего удовольствия от нашей бредовой беседы получал сэр Джуффин.
Все правильно: он начальник, ему положено!
— Джуффин, я надеюсь вы не станете возражать? — Сэр Кофа Йох, несравненный Мастер Слышащий и по совместительству мой личный косметолог-визажист, зашел в кабинет, бережно прижимая к груди объемистый сверток. — Вы еще успеете объяснить этим несчастным мальчикам, в какое пекло они отправляются, у вас вся ночь впереди, а у меня с собой такая вкуснятина!
— Дырку над вами в небе, Кофа, когда это я возражал против вечеринок? — Бодро отозвался сэр Джуффин. — Только зачем вы все это тащили? Можно было послать курьера…
— Нет уж! Такие вещи я никому не доверяю… Шутта Вах, один из лучших виртуозов старой кухни, сейчас отошел от дел и готовит только для себя, но когда я заказал ему семь пирогов Чаккатта, он просто не смог мне отказать!
Нам повезло: кажется, кроме него этого уже никто толком не умеет.
— Вы это серьезно, Кофа? — Кажется Джуффин не на шутку разволновался.
— Еще бы! Такими вещами не шутят! Девочка, иди к нам, пока я не передумал!
Меламори не заставила сэра Кофу повторять приглашение.
— Хороший вечер, Мерилин! — Улыбнулась она, положив руку мне на плечо.
— Жаль, что ты так скоро уезжаешь…
— Если бы мы не уезжали, не было бы пирога Чаккатта. — Философски заметил я. — За все надо платить!
— А про сэра Луукфи, беднягу, забыли, — с упреком сказала Меламори, — надо бы его позвать.
— Обижаешь, леди! — Хмыкнул сэр Джуффин. — Я уже послал ему зов, но сперва он должен вежливо попрощаться с доброй сотней буривухов… Доставайте свои сокровища, Кофа, никаких сил нет его ждать!
