— Ох!… — Тихо вздохнул я. — Неужели тебе и это не нравится, ворчун ты этакий! Посмотри на эти мосты! Ты только посмотри!.
— Неужели тебе и это не нравится, ворчун ты этакий! Посмотри на эти мосты! Ты только посмотри!… Грешные Магистры, как называется эта речка, ты часом не в курсе?
— Понятия не имею, — с некоторым смущением пожал плечами Лонли-Локли, — надо посмотреть на карте.
— Вот где-то здесь мы и поселимся! — Мечтательно сказал я. — А потом уедем домой, и мое бедное сердце еще раз будет разбито.
— «Еще раз»? — Спокойно спросил Лонли-Локли. — Извини, но сэр Макс не производит впечатление человека с разбитым сердцем!
Я весело кивнул.
— Одно из мерзейших свойств моего организма. Чем хуже идут дела, тем лучше я выгляжу. У меня не раз возникали проблемы, когда в свои самые черные дни я пытался одолжить денег у знакомых с такой счастливой рожей, словно только что выиграл большой приз в лотерее. Ясное дело, что моим правдивым расказам о целой неделе, проведенной на хлебе и несладком чае, верили с ясно слышимым скрипом…
— А ты знавал и такие времена? — Общение со мной явно способствовало развитию подвижности лицевых мускулов сэра Шурфа. Теперь на его каменной физиономии имело место неумело, но определенно написанное удивление.
— Подумаешь… Я еще и не такого дерьма поел, поверь уж на слово! — Я пожал плечами. — К счастью, все меняется… Иногда.
— Это многое объясняет, — задумчиво кивнул Лонли-Локли, — потому-то с тобой так легко иметь дело… Невзирая на твое безумие.
— Что?! Ну и комплимент!
— Это не комплимент, а констатация факта… Возможно, ты несколько иначе понимаешь термин…
Я вздохнул. Кто бы уж говорил о терминологии! Мне и так было ясно, что хвалить меня Лонли-Локли на этот раз не пытался…
— Ничего обидного я тоже не имел в виду, — примирительно сказал сэр Шурф, — абсолютно нормальный человек попросту не подходит для нашей работы.
У нас в Ордене гворили: «Хороший колдун не боится никого, кроме помешанных».
Некоторое преувеличение, конечно, но думаю, что сэр Джуффин Халли отчасти руководствуется этим принципом при подборе сотрудников…
— Ладно уж! — Я махнул рукой. — Я — это я, и как меня не назови, это ничего не изменит… Останавливаемся, Гламма. Я собираюсь прогуляться по набережной и пообщаться с местным населением. Сердцем чую, оно изнывает от желания приютить двух богатых столичных бездельников!… Не переживай: я помню, что меня зовут Мерилин, так что собираюсь пощебетать с какими-нибудь милыми старушками…
— Поступай, как считаешь нужным, — пожал плечами Лонли-Локли, — в конце концов, нам обоим не следует забывать, что сэр Макс — мой начальник.
— Скажешь тоже! — Я не удержался от нервного смешка. — Ладно, я скоро вернусь.
Мои ноги, кажется, были в восторге от возможности ступить на янтарный тротуар набережной. Сквозь тонкую подошву сапожек я ощущал нежное не правдоподобное тепло этих желтых камней. Мое тело было легким и счастливым, кажется у меня были все шансы взлететь, если бы я очень постарался. Кеттари был прекрасен, как мой любимый сон… Черт, кажется, этот городок был даже еще прекраснее!
Легкой походкой леди Мерилин я пересек улицу и легкомысленно улыбаясь до ушей, медленно пошел по тротуару, восхищенно разглядывая маленькие старинные домики. «Старая Набережная», — вслух прочитал я название на табличке. Что ж, мне и это нравилось!
«Ох, Джуффин, — весело подумал я, — если бы я мог сейчас докричаться до вас, я бы непременно сказал, что такой изумительный дядька, как вы, мог родиться только в таком изумительном месте! Вряд ли мне захочется говорить это, когда мы встретимся, так что просто примите к сведению, ладно?» Я так размечтался о возможности поболтать с шефом, что чуть не сбил с ног невысокую худенькую старую леди.
К счастью маневренность ее хрупкого тела оказалсь превыше всех похвал: в последнюю секунду бабушка резко метнулась в сторону и ухватилась за резную ручку маленькой садовой калитки. Она недоумевающе посмотрела на меня.
— Что с тобой, детка? Где ты оставила свои прекрасные глазки? В табакерке своего мужа?
— Простите, — смущенно сказала моя леди Мерилин, — всего полчаса назад я приехала в город, о котором слышала с детства. Мне в голову не приходило, что он так прекрасен! Поэтому я немного сошла с ума, но это скоро пройдет, как вы думаете?
— Ой, и откуда же ты приехала, милая? — Расстрогалась старушка.
— Из Ехо. — Я виновато развел руками. Когда признаешься обитателю милого провинциального городка в своем столичном происхождении, непременно испытываешь какую-то неловкость, словно только что стащил серебрянную ложку из буфета этого бедняги.
— А говор-то у тебя не столичный, — заметила наблюдательная жертва моей задумчивости, — да и не наш. Откуда ты родом, девочка?
— Я родилась аж в графстве Вук, — обезоруживающе улыбнулись мы с леди Мерилин, — мои родители уехали туда еще в Смутные Времена и очень неплохо там обжились. А я вышла замуж за мужчину из Ехо, всего несколько лет назад… Но моя прабабка родом из Кеттари, поэтому… Словом, когда я говорила моему мужу: «Гламма, я хочу хороший кеттарийский ковер», я имела в виду нечто совсем другое. Я хотела…
— Ты хотела попасть в страну сказок, которых наслушалась в детстве! — Понимающе кивнула старушка. — Я вижу, тебе здесь действительно понравилось!
— Не то слово! — Искренне сказал я. — Кстати, вы не расскажете мне, какие порядки в вашем городе? Мне хотелось бы найти жилье на пару дюжин дней. Не гостиницу, а нормальное человеческое жилье. Это у вас практикуется?
— И еще как практикуется! — С энтузиазмом сказала старушка. — Можете снять один этаж, или целый дом… Но целый дом — это довольно дорого, даже на короткий срок!
— Ой, — весело сказал я, — мне бы только найти человека, у которого на примете есть что-нибудь подходящее, а дорого, или недорого, это мы с ним обсудим! — И я дважды стукнул указательным пальцем правой руки по кончику собственного носа.
— Добро пожаловать, девочка! — Весело сказала моя собеседница. — Ты действительно заслуживаешь небольшой скидки! Представь себе милая, я возвращаюсь домой от своей подруги. Мы с ней как раз говорили о том, что вполне могли бы поселиться в одном доме, поскольку все равно ходим друг другу в гости с утра до вечера… А второй дом можно было бы сдать жильцам, чтобы позволить себе некоторые приятные излишества. Мы обсуждаем этот план уже чуть ли не дюжину лет, и все не можем решиться. Пара дюжин дней — это именно то, что нам нужно для начала: за это время мы с Рэрой успеем понять, способны ли мы ужиться под одной крышей… Мой дом здесь неподалеку, это обойдется вам в десять корон за дюжину дней…
— Ого! — Весело сказал я. — Цены-то почти столичные!
— Ладно, восемь, но вы с мужем поможете мне перевезти к Рэре свои самые необходимые вещи! — Решительно сказала старушка. — Их не так уж много, а в твоем распоряжении амобилер и большой мужчина, так что это не составит труда…
«Самых необходимых» вещей оказалось столько, что перевозка проходила в шесть этапов. Впрочем, мы провели время с немалой пользой: леди Харая, как звали нашу квартирную хозяйку, успела показать нам места, где можно заказать хороший завтрак и места, где стоит ужинать по вечерам. Кроме того она раз триста предупредила нас, чтобы мы не вздумали играть в карты с местными жителями… После того как мы заплатили за две дюжины дней вперед, счастливая старушка пожелала нам «хорошей ночи» и скрылась за дверью дома своей подруги.
.. После того как мы заплатили за две дюжины дней вперед, счастливая старушка пожелала нам «хорошей ночи» и скрылась за дверью дома своей подруги.
— Кажется старые леди собираются здорово покутить этой ночью! — Одобрительно сказал я. — Поехали домой, сэр Шурф. Не сердись, но мне ужасно надоело называть тебя Гламмой!
