— …Погодите… — слабеньким голосочком просит Номи, когда, придерживаемая и направляемая уверенной рукой Сола, несущегося на своей платформе рядом, её анг-платформа уже приближается к створу блока причалов. — Остановись, Сол! — громче добавляет. — Не могу я в таком виде…
— А-а, понял! — восклицает субкарго и плавно тормозит. Размыкает ленты безопасности… Вырвавшийся вперёд Ург лихо разворачивается на месте, виртуозно изменяя вектор тяги, возвращается, тоже тормозит и спрашивает:
— Что?
— Девочке надо попудрить носик, — комментирует Бой, — намазать губки и причесаться.
— Почему?
— Потому что — человек-женщина она, — вздыхает Сол, — какое ты непонятливое существо, Деструктор.
Для тебя что челжа, что челм — всё едино.
— Я — понятливое. Если объяснить. Камуфляж? Зачем? От кого скрываться теперь?
— Потому что. — Повторяет Сол. — Женщина — она.
— Ррри тоже женщина, — резонно заявляет Ург.
— Ох-хо-хо… Потому что, — терпеливо повторяет Сол, — ЧЕЛОВЕК-женщина — она.
Номи тем временем торопливо приводит себя в порядок, используя извлечённые из косметички окси-салфетку, трансгребень и тонатор. Когда субкарго в третий раз объясняет причину задержки, девушка невольно улыбается… и с удивленьем ловит себя на мысли, что «…вот ведь и этот титаново-стальной, до отвращения самоуверенный, мачо-супермен, оказывается, вполне приятный и сообразительный парень, с которым дружить было бы — очень даже ничего… Ох, была б у него ещё и кожа не столь загорелая! Эх, да был бы он не кареглазым тёмным шатеном, а голубоглазым блондином… А его борода мне — между прочим, нра-авится!»
В подобном ключе о Соле Номи до сих пор не думала, и тут же решает, что у неё временное помраченье рассудка, и гонит прочь глупую мысль, прочь, прочь, однако та, дура, возвращается вновь и вновь…
«И вообще сама я, как дура последняя, — корит себя Номи тут же, — ношусь по всему космосу со своей девственностью, сучка озабоченная! А глазки так и бегают, так и бегают, ищут, кому бы отда…»
[[…как-нибудь, где-нибудь, с кем-нибудь, / Долгожданный встречая рассвет, / Закуси на мгновенье губу / От обиды за то, / Что попала не в цвет, / От того, что гривастый табун, / Кроме снов, ничего не принёс]], — вдруг, из бурлящего эфирного хаоса, врывается ей в голову одна из мириадов песен, наполняющих эфир вместе с прочими компонентами, — [[Как-нибудь, где-нибудь, с кем-нибудь / Не стыдись своих слёз…]], — и Номи поражается: насколько в тему эти слова! Видимо, подсознанье специально выхватило именно эту песн… выхватило?!!
«Я снова напрямую эфир воспринимаю!», — вздыхает Номи с облегчением и, спрятав «женские» причиндалы, вздыхает второй раз, тяжко-претяжко.
— …и Тити делает лицо, — Сол продолжал тем временем просвещать третьеполое существо, — только она делает его постоянно, и ты привыкло, горе моё, к тому, что у неё оно постоянно такое. Как и у всех прочих челж. Видел бы ты их поутру без макия…
— Человеки-женщины ещё более странные существа, нежели человеки-мужчины, — глубокомысленно изрекает Ург. — Надо будет пристальнее изучить этот вопрос. Раньше я не уделял ему внимания. Однако я не могу понять следующего: косметологи без проблем могут создать нужные лица. Насколько я знаю, перемена пола и внешности, замена органов, генетическое программирование для ваших учёных уже сотни, если не тысячи, лет новинками не являютс…
— Во-во, — говорит Сол, в тот самый момент, когда Номи тяжко вздыхает, — и я о том же. Вздыхаю и скорблю.
— В смысле? — не понимает Номи.
— Да об этом нововведеньи, которое грозит превратиться в новую традицию. — И вовсе непонятно комментирует субкарго. Чем окончательно затрудняет понимание смысла сказанного.
Нестандартность и прихотливость ассоциативного мышления Сола (и Ррри) Номи давно отметила. Это у них профессиональное, наверно. Иногда — хитро сплетённые извилины этой парочки изобретают такие фантастичные торговые операции, что просто диву даёшься! Они умудрялись извлечь прибыль буквально из пустого места…
— Новая традиция?
— Ага! Команда с ксенологом, поди ж ты.
Иногда — хитро сплетённые извилины этой парочки изобретают такие фантастичные торговые операции, что просто диву даёшься! Они умудрялись извлечь прибыль буквально из пустого места…
— Новая традиция?
— Ага! Команда с ксенологом, поди ж ты.
— Кем-кем?..
— Одним яйцеголовым челмом, — комментирует флоллуэец. — Его Марихуана нашёл. Подобрал где-то и припёр на корыто.
— Древняя марсианская поговорка: незваный гость хуже Гагарина, — бурчит себе под самый нос Бой, и рядом стоящая Номи вновь слышит то, что не предназначалось ни для чьих ушей.
— Что ты сказал? — вновь переспрашивает Ург.
— Ничего. Так, мысли вслух по поводу. Ну-у, вы уже гото-овы появиться в о-обществе, ми-иссс?
…и она появляется в обществе, приветствующем её с искренней радостью; по глазам видно, хотя одна лишь Душечка позволяет себе бурные внешние проявления. И девушка знакомится с новичком, «одиннадцатым лишним» родом с планеты Косцюшко глубоко провинциальной системы Шумер-4-Токката. Его зовут Анджей Лазеровиц, и он диковато таращится на Номи, словно увидал ожившую покойницу, или… втюрился с первого взгляда и мгновенно потерял голову.
«Да неужто?!!», — испуганно думает девушка и тотчас же мысленно вызверяется сама на себя: «Ты что, дура озабоченная, только о том и помышляешь, что все вокруг поголовно тебя хотят как сумасшедшие?!! А ну спрячься в свои угрюмые комплексы и не отсвечив…»
«Стоп-стоп! — парирует «озабоченная дура», используя внутренний голос, — а вспомни, как на тебя пялились прохожие мужики на космобазе, а вспомни, как на тебя посматривает тот же Сол, да и Янычар с Биг Боссом ещё не импотенты, судя по их взглядам, иногда украдкой брошенным на тебя! На тебя, на тебя! Вспомни парамаута, и вспомни, наконец, почему за тобой примчались Бой и Десс, КУДА тебя уличные подонки намеревались выкрасть… Вот!»
«Помню, — ответила себе девушка. — Ещё и как помню! Бельма потусторонние — в особенности. Незабываемо…»
Но бельма (бррр!!!) из памяти хотелось стереть, и она предпочла думать о том, что согревало заполошно бьющееся сердечко: о взглядах мужчин, свидетельствующих, что не одна лишь Душечка способна пробудить в «челмах» Экипажа древнейший инстинкт. Тот самый, что зажигает их глаза огнём вожделения, дёргает в их душах струну надежды, звенящую и вибрирующую от предвкушения, и форсажно катализируюет силу их воображения.
Как гласит одна из заповедей, сформулированных легендарным древнеземным философом, величайшим знатоком человечьей природы: «Тот самый Основной Инстинкт, некогда побуждавший людей выходить из пещер на поиски и отправляться в Дорогу.»
«Не это ли самое свойство нашей натуры, — спросила себя Номи, — подвигло нас покинуть Колыбель и уйти в Космос?..»
* * *
«Пожиратель Пространства» уже отстыкован от шлюза и на антиграв-тяге неторопливо отодвигается от причала, и тут Кэп Йо во всеуслышанье произносит:
— Объявляю Ситуацию У эН. Первая точка выхода рассчитана, можем колоть гипер хоть сейчас, но я полагаю, и уверен, в этом вы со мной единодушно согласитесь, что отправляться в задницу, на поиски неведомо кого неведомо где, не имея понятия, какая зараза у нас на корабле завелась, по меньшей мере — непрофессионально. Не найдём вдруг, объявлю Ситуацию ИВРО.
Не найдём вдруг, объявлю Ситуацию ИВРО. Тогда и решим, стоит ли нам прокалываться, или послать реставраторов самих За Пределы рыскать. В таком случае придётся всячески рвать когти, подразумевая, что уровень враждебности окружающей среды достиг вершины, Ситуации Полнейшего Банкротства. Да, ещё. Скажет мне кто-нибудь, где Зигзаг?
Обращение капитана застало членов команды на положенных по предстартовому расписанию местах, и перед всеми возникло его суровое лицо на фоне громадного обзорного экрана ходовой рубки базового модуля управления.
