Тих и безэмоционален, как всегда, шелестящий голос Мола. Нашего первого пилота и навигатора, добравшегося по лестнице стажа к ступени, что расположена между Кэпом Йо и третьей, Бабулиной. Он, единственный из нас, находится сейчас в своём кресле, на положенном по боевому расписанию месте (вариант «Три Э!» — Экстренная Эвакуация Экипажа!). И когда он объявляет с секундной точностью время, отделяющее ТПМ и грузовые трюмы от старта, до всех нас окончательно доходит, что мы вот-вот взлетим. Поднимемся ввысь всем посадочным «роем» сразу, не дожидаясь основного груза. Наплевать, что успели мы затариться едва ли парочкой пригоршней шиприта. И взлёт наш — самое что ни на есть банальное бегство. Какие-нибудь вояки-освояки выразились бы «трусливое», а не «банальное», но мы подобными категориями не оперируем. Себе дороже!
Улепётываем во все лопатки, что да то да. И прибылей опять не будет, а топливо, учитывая вселенский экономический спад, всё дорожает и дорожает… Ну что ж, правила для всех одинаковы. Кто-то когда-то обязательно должен «продешевить». И остаться в убытке. Без проигравших — откуда взяться выигравшим?
Такова Жизнь. Чтобы кто-то получил, кому-то придётся потерять. И наоборот. Хочешь выжить — старайся приобретать чаще, чем терять.
В Книге коммерцианистов я прочитал: прежде чем возникла проституция как вариант извлеченья прибылей, возникла торговля как таковая. Одним из первых профи-торговцев был сутенёр (бандерша в женской вариации). Умный продаёт не себя. Умный организует проституцию.
Касательно «второй древнейшей» профессии, так называемой «журналистики» то есть… Продавать и покупать информацию двести тысяч лет тому назад, да хоть миллион, было не менее выгодно, чем сегодня. Только называлось это как-нибудь по-другому.
«А самой первой торгующей сущностью, появившейся ещё до сутенёра/бандерши, — как цитирует Книгу Бабуля, и я с ней полностью согласен, — был тот, или та, или то, что вообще ВСЁ на свете создало.»
Оно разделилось на две половины, на Бога и Дьявола, условно говоря, и затеяло бесконечный вселенский торг — само с собою, в сущности.
Надо сказать, это не характеризует Его с лучшей стороны. Умным не назовёшь того, кто проституирует, собой торгуя. (Тот факт, что себе же продаёт — вины не облегчает.)
Но спасибо хоть за то, что чёткие правила игры сотворило…
Как гласит Книга Тиа Хатэ: какой в жизни смысл, если нечего купить-продать? Какое в этой жизни удовольствие останется, если из неё убрать Торговлю, убить процесс «кто-кого переторгует», вытравить извечный дуализм Продавец-Покупатель? На кой ляд что-то вообще нужно, если у него нет Цены?.. (Хотя, похоже, всё-таки бывают исключенья, вроде этого Сияющего Во Тьме Света? Впрочем, они лишь… вот-вот, подтверждают непреложность правила!)
Так гласит Книга Тиа Хатэ. Хорошую религию придумали кирутианцы. Можно по-глупости (но тем, кто привык идти лёгкими путями, дорога одна — в «проститутки») долго и нудно раздумывать, соглашаться или не соглашаться с коммерцианистскими постулатами.
Можно по-глупости (но тем, кто привык идти лёгкими путями, дорога одна — в «проститутки») долго и нудно раздумывать, соглашаться или не соглашаться с коммерцианистскими постулатами. Безапелляционно твердящими, что древнейшая из профессий — Торговая.
Однако безо всяких «если бы да кабы» и «но» — пусть каждый, каждая, каждое оглянется вокруг. Оглянувшись, замыслится над философской подоплекой всего происходящего с нами. И положа руку на сердце, насос, мотор, на что там у кого есть, обескураженно признается: «Да ведь это, дхорр подери, истинная правда!».
Я себе в этом признался, когда попал в экипаж Вольных Торговцев.
0.2: «Как неофитка»
«Они меня за дурочку держат», — мрачно думала Номи, задавая последовательность действий стыковочным узлам. Узлы подхватывали и собирали в симметричную «гроздь» грузовые модули, возвратившиеся с поверхности скальной планеты. Серебристо отсвечивающий октаэдр ТП-модуля, не приближаясь и не удаляясь, «висел» поодаль. Словно контролируя сбор.
«Ну ладно, я вам сейчас покажу, где дхорр зимует!», — решила она, мысленно пригрозив старшим партнёр( ш)ам. Для полного сосредоточения опустила веки, отработанным напряжением мышц заблокировала уши, «слепила» крылья носа. Сосредоточившись, включилась в Зеро-Сеть напрямую.
То, что произошло в результате, превзошло самые смелые намерения. Трюмы, выписывая заковыристые пируэты, затанцевали, будто живые. Жонглируя громадными модулями словно цирковыми булавами, Номи соединяла их в обоймы и лихим тройным разворотом ювелирно вгоняла в положенные места.
«То-о-о-то же!», — удовлетворённо подумала она, сцепив замыкающую семёрку и увенчав труды конструкцией кормового боевого блока. Модуля громоздко-неуклюжего, но внушительного в своей угрожающей ощеренности. Теперь только вставь куда следует «кристалл» ТП, наведи и защёлкни силовые захваты, «огранив» его — и смело рапортуй о нулевой предстартовой готовности!..
Однако ТП — не трюмы, этот сложный модуль совершенно автономен. Этакий «Пожиратель Пространства» в миниатюре (не по внешнему виду, но по возможностям). И без подтверждения пилотов, находящихся в его рубке — на Сеть никак не переадресуешь управление им.
…[[Чоко, хакерина бесстыжая! — громкий голос Кэпа Йо раздаётся прямо в мозгу у Номи, и она, поморщившись, снижает уровень восприятия. — Ты там что, обкурилась, негодная девчонка?! Мы уже давно сообразили, что тебя мясом не корми, «ковбойка» виртуальная, только дай изощрённо поиздеваться над несчастными компами!]].
Капитан полагает, само собой, что голос его раздаётся в наушнике личного терминала Номи, или гремит из акустических ретрансляторов…
— Нет, Биг Босс, я трезва подобно Янычару! — вслух отвечает капитану Номи. Пользуясь в разговоре, естественно, «позывными» прозвищами. По обычаю, заведённому на «Пожирателе Пространства» для эфирных переговоров.
Отвечает вслух, в микрофон. Ведь она до сих пор не решила, стоит ли обнародовать тот судьбоносный для неё факт, что при написании ФИО перед фамилией у «Наоми Эвелины Джоан Джексон» вообще-то должна ещё одна буковка значиться… Эта буква не проставлена между её тремя именами и фамилией, что внесены в Судовую Роль под девятым номером, дающим право на получение двух долей прибыли. И без этого символа эти самые пресловутые «ФИО» полными считаться никак не могут. Хотя вся команда и считает их самыми что ни на есть исчерпывающими — ещё бы, аж четыре штуки!
Номи познакомилась в космопорте Кисуму-Сити с Кэпом Йо, и подмахнула постоянный контракт, нанявшись на «ПП» взамен навечно списанной «на берег» Ольги.
Которая добралась аж до пятой позиции в Роли и свихнулась (по рассказам нынешних компаньонов и компаньонок Номи) во время рейса на Пёрплвинд. В том рейсе экипажем был трагически потерян «Пожиратель — 2». Номи сделалась вначале последней в списке, а затем, после предательства головоногого швидданина Пи Че, приподнялась до девятой позиции.
Ещё в самые первые часы пребывания на борту она неожиданно получила прозвище Чоко («Шоколадка»). По ошибочным, не-джеймсбрауновским, понятиям человечьей части команды — словечко это звучало уменьшительно и ласково.
