Вывеска подмигивала над проёмом, завешенным радужно-переливающейся псевдоатласной занавесью. Вход вёл куда-то в недра базы, предлагая возможность покинуть гигантский, размером с верфь для постройки звездолётов, Бартер-холл.
«ТАК ЗНАЧИТ «ГОРДУНЫ»?!
А ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?!!»
Вызывающе вопрошала надпись, и в голове у Номи как будто солнышко зажглось, мгновенно рассеяв мглу отчаяния. Словно в спасительный люк «Пожирателя», успевшего сделаться ей родным домом, ринулась Номи в проём, открывшийся ей между двумя расступившимися нишами-витринами.
В нишах мерцали голограммы Розы Векторов. Эта эмблема всенепременно составляла компанию названиям, нанесённым на борта любого из корыт, числящих себя Вольными Торговцами.
Радужная занавесь разомкнулась посерёдке снизу, и образовавшаяся прорезь устремилась вверх… Она удлинялась, пригласительно открывая расширяющийся треугольный вход.
Девушка поспешно нырнула внутрь.
— Доброго базара! — приветствовал Номи женский голос, хрипловатый, будто после только-только выпитого стакана ледяной си-пи-колы. — И вольного полёта! С прибытием, «Пожиратель Пространства»! Рейс был удачен? Переход гладок?
— Откуда… — начала было изумлённо спрашивать Номи, на миг позабыв о своём бедственном положении. Однако голос властно прервал её и приказным тоном скомандовал:
— Гальюны налево. А ну живо!
И Номи метнулась налево.
У-у-уфф. «Какие мы всё-таки, человеки, уязвимые существа», — подумала она, изнеможенно обмякнув и откинувшись на спинку.
Кабина была просторная, хоть три сантехприбора ставь, но абсолютно голая, функциональная. Унитаз, подставка с гигиеническими средствами, биде, мойка-сушилка, зеркало.
Однотонно-белые стены. И — неожиданное яркое пятно! — единственное граффити, прямо над головой.
Напылённое червонным золотом:
«Посмотри сюда.
Пронзи глазами души Своей вещество, словно и нету его.
Что же увидишь Ты, встретившись взглядом со звёздами, глазами Моими, для взор в бесконечность, внутрь тела Моего?
Ты увидишь и познаешь душу Мою.
А познав её, поймёшь — смотрелся-то Ты в зеркало.»
И знак, выведенный красивым, плавным чёрным росчерком: симметрично обвивающие друг дружку то ли змейки, то ли шланги.
«А-а-а, эти вездесущие боконисты!», — подумала Номи, прочитав текст и идентифицировав логотип. Припомнила древнее: «Нету бога, кроме человека. Бог не во вне, в во мне. Человек = Бог». И честно попыталась пронзить глазами потолок.
Напрямую нервами (или извилинами?) — пожалуйста, сколько угодно. Видно насквозь: только броуновский бардак. Сразу же, и везде: что по эту сторону, что по ту, что внутри вещества…
Но глазами смотря — потолок как потолок, обычное белое покрытие, и золотисто-чёрная заповедь на нём. «Может, со мной что-то не то?», — спросила девушка себя (значит, и Бога?..). Опустила глаза и уставилась в зеркало.
Вроде всё на месте, как и было.
Серо-зелёные глаза, открытый высокий лоб, чёткие дуги бровей, волосы, присобранные спереди обручем-зажимом и ниспадающие сзади свободными, вертикально вьющимися прядями, яркие полные губы большого, резко очерченного рта. Красивая плавная линия подбородка. Доставшийся от белой половины предков прямой нос; характЕрно выдающиеся, в память о чёрной половине предков, скулы…
И где там, во всём этом комплекте, прячется Моя Богиня?
«Да-а, — резюмировала Номи со вздохом, уже переместившись на биде, подмывшись и отрывая клочок пипифакса. — Не гожусь я в богини, невооружённым глазом видать!». Просунув руку между бёдер, она промокнулась, и вдруг ощутила настоятельную потребность сходить «по-большому». Это вышло настолько неожиданно, что она едва поспела перепрыгнуть, вновь на унитаз.
«Неужто Знаменье?!», — то ли с грустной иронией, то ли с удивленьем, подумала Номи, когда вышло, и она вновь передислоцировалась на биде.
…Прочь из гальюна, несколько шагов налево по коридорчику, и вторая занавесь. Распахнутая. А за нею…
«Ой-ёй-ёй! — изумилась девушка. — Да это же…»
— Частный клуб, содержащийся на паях Экипажами Вольных Торговцев, приветствует тебя. Судя по конфигурации татуажа, ты совсем недавно подписала первый постоянный контракт? — вкрадчиво поинтересовался из-за спины уже знакомый Номи хрипловатый голос. Теперь он звучал вживую.
Она резко обернулась, и взгляду её (вместо Бога, того, что «во мне»?..) явилось самое что ни на есть ВИДЕНИЕ. По-иному и не выразишься… Женщина выглядела настолько для человека неординарно, что эпитеты вроде «экстравагантно», «эклектично», «прикольно» и сходные — просто-напросто блекли и не передавали сути. Ближайшим по смыслу было словечко «отпадно», но и оно выражало едва ли половину сногсшибающего впечатления…
«В таком наряде разве что на эстрадных подмостках миру являться», — подумала Номи.
Уж очень нереально смотрелась женщина, со всех сторон оснащённая блёстками, перьями, разноцветными вспышками, ленточками, оборочками, прибамбасами и «фенечками». Всё это великолепие фантастически смотрелось в сочетании, в общем ансамбле. Выполненная неведомым гением парикмахерского искусства причёска — превратила волосы женщины в некий живой водопад… или застывший серебристый огонь… Феерический макияж, светящаяся обволакивающая дымка, голографические вставки…
В итоге складывалось визуальное впечатление стопроцентно ирреального, абсолютно виртуального существа, порождённого прихотливой компьютерной графикой, а не живой матерью.
— Д… д-да, — заикнувшись, ответила Номи на вопрос этого фантастического видения, — но… я не совсем новая, уже девятая…
— Вижу, — усмехнулась виртуальная женщина. А может, Номи показалось, что усмехнулась. Попробуй разбери в мерцающей дымке…
— Рода, позывной «Молния», десятая в долевом списке «Неустрашимой Стервы». Я её новый капитан. — Ирреальная женщина представилась первой. — С этим корытом тоже первый контракт подмахнула, вчера. Дуг-Бритва погиб на Гиндзе, пускай полёт его да продлится вечно! — женщина-видение произвела ритуальный жест поминовенья. — Раньше-то я на «Аятолле Шабра» вторым пилотом ходила… Потом в клубе тут, временно кантовалась в метрдотелях. А ты кто?
Номи вспомнила: Вольный Торговец «Аятолла Шабра», несусветно древний громадный транспортник ещё земной постройки, был атакован пиратами на стац-орбите у Лингфорда.
А ты кто?
Номи вспомнила: Вольный Торговец «Аятолла Шабра», несусветно древний громадный транспортник ещё земной постройки, был атакован пиратами на стац-орбите у Лингфорда. К моменту атаки почти все члены команды находились на поверхности планеты, загружая и отправляя наверх шаттл с волокнами нильгейры; в покупку этого сырья они вложили все свои финансы, до последней копейки.
Пираты угнали корабль, выпотрошили его и направили прямым курсом в местное светило. В точке ожидания на орбите они оставили труп навигатора с издевательским посланием. На челноке, с невероятными мучениями, девятеро вольных добрались в соседнюю систему, имеющую космопорт. Торговцы остались в живых, но были полностью разорены. Поэтому, не имея средств на покупку нового корабля, вынужденно разбрелись кто куда.
— Номи, позывной… Чоко. Субчиф. — Запнувшись, представилась Номи. — До «Пожирателя» на другой посудине никогда не ходила. Я неофитка.
