Продолжается тем временем деловое обсуждение.
— Я слушала, мне не понравилось… — говорит одна из кирутианских торговых мафиози, кажется, её зовут Срриб. — Именами тех, кто делал подобную музыку, я бы звёзды не назвала, но это — дела воспитания и вкуса, к нашему делу нынче не относящихся.
Я оскорблённо ворчу:
— Интересно, а кого именно леди изволили-ссс прослушать-то… — и ворчание моё звучит неожиданно громко. Испуганно затыкаюсь. Но «мама» Крруб властно велит перевести на спам и повторить сказанное мною. Никуда не денусь, на чужом корыте со своим уставом правА не покачаешь… Повторяю, как могу, на спаме. «Мама», секунду подумав, с интересом спрашивает:
— А они что, чем-то ещё и различаются?!
— Я слушать изволила «Оскаленные Лучемёты», — информирует Срриб. И добавляет, зар-раза ехидная, передразнивая меня: — Ссс.
— А-а, ну тогда понятно, — киваю я. — Если бы моё знакомство с рок-музыкой началось с этих постпост-в-кубе-припанкованных завываний Крэйзи Кока, бездуховного наследника бесноватого Сида Вишеза, я бы потом всю жизнь испытывал стойкий и безусловный рвотный рефлекс при одном слове «рок».
— Объясни. — Приказывает Крруб.
И я объясняю.
Закатываю им музыковедческую лекционную композицию минут на шесть с половиной. С кратким обзором дошедших до нашего времени записей, сделанных в своё время на первых примитивнейших «лазерках», и с коротеньким, всего в несколько фраз, анализом нынешнего состояния в рок-музыке.
Действительно оказавшейся невероятно живучей. Видимо, чувства, которые она будила в нас, человеках, пару-тройку тыщ лет тому назад, не отмерли в нас и сегодня. И проблемы нас волнуют такие же самые.
Вечные. Любовь, Смерть, Смысл Жизни…
Завершаю я патетической агиткой:
— Вечная госпожа и вечная рабыня — МУЗЫКА! Все подвластны ей, и всем служит она. Самый ходовой товар всех времён и народов. Но, и в этом вы совершенно правы, леди, под музыкой могут подразумеваться очень даже различные наборы звуков. И даже НЕ звуков.
И даже НЕ звуков. В зависимости от среды обитания, в которой сформировался потребитель. Однако, что касается проблем восприятия конкретно рок-музыки нечеловеками, то не могу не упомянуть любопытный факт: обитатели галактики семь-семь-семь-ноль девяносто восемь-шесть-пять-восемь-ноль девять, некогда известные в ОПэ как заоны, не покупают у нас ничего, кроме рока и его производных! Они пришли в столь неописуемый восторг именно от рок-музыкальных записей, угодивших к ним с первыми земными экспедициями, добравшимися в те края Пределов. Аборигены переименовали себя из заонов в рокфанов и создали собственный божественный рок-пантеон. Мы должны с почтением и пониманием отнестись к их чувствам, как бы комично ни смотрелись, на наш взгляд, эти маленькие горбатенькие и пузатенькие гуманоиды, пляшущие рок-н-ролл, твист и хип-хоп в дискотечно-молельных залах с громадными изображениями своих божеств Джона, Элвиса, Ричи, Роджера, Виктора, Майкла, Элтона, Пола, Дэвида, Дженис, Джимми, Кож Гарадвака, ч'Гези, Ок Ро Бунка, Хеадониарваеши, Сиеты О, Либивы, Петра Симова, Винджо Белька и прочих. Эти существа дождались своих мессий, и теперь они счастливы, сливаясь в рок-экстазе! Спасибо за внимание, предостопочтеннейшие леди.
Замолкаю и только сейчас соображаю, что выдавал «в эфир» свою страстную речь не на спаме, а на интерлогосе.
Ох, что ж я наделал-то!..
Но не успеваю умереть от ужаса, потому что спиной едва не впечатываюсь в стенку. Кирутианский эквивалент аплодисментов человеков — конечно же, рык в специальной тональности. И меня буквально сносит с места чёртова дюжина слившихся в ураганный хор рыков этих.
У-у-уфф-ф, облегчённо выпускаю я воздух, набранный было для извинений, и судорожно цепляясь за солому. Похоже, интерлогос они успели себе в башки мохнатые загипнопедить.
«Крёстная мамаша» Крруб поднимает обе «забойные» лапы, и оглушительные (мягко говоря!) овации постепенно стихают. В не менее оглушительной (ревущей, я бы сказал!) тишине, наступившей на мои уши после рёва аплодисментов, я с трудом различаю чётко и безаппеляционно приказанное:
— Назначаю твоего малыша-человека, о прехитромудрейшая товарка, профессиональным экспертом в вопросах рок-музыки при дити-дити. Гарантирую пятнадцать процентов комиссионных от любой сделки, совершённой по его совету.
— Тридцать пять, — быстро говорит Ррри. Я — молчу. Я — в отпаде, хотя торговаться-то должен именно Я!!!
— Хорошо, семнадцать с половиной.
— Тридцать.
Крруб, после паузы:
— Двадцать.
Ррри, без малейшей паузы, твёрдо и непреклонно:
— Тридцать.
— Ладно, согласна, двадцать два. По лапам?..
И тут в торг вступаю наконец-то опомнившийся Я, и демонстрирую всему высочайшему собранию, что зовусь «лучшим подмастерьем прехитромудрейшей» не за красивые глазки!
— Двадцать пять, и ни полупроцентом меньше. — Заявляю я таким уверенным тоном, что даже Ррри смотрит на меня изумлённо. — Полагаю, торг в вопросах рок-музыки — неуместен. Это — святое.
Миледи Крруб с минуту, в полнейшей тишине, зырит на меня вылупленными глазками, подслеповатыми, как и у всех кирутианок, рождённых в тёмных дремучих чащобах. И вдруг хлопает себя по бедру, совершеннейше человечьим жестом, и ревёт восторженно:
— По лапам, двадцать пя-я-ать!!!
Бабуля не раз мне говаривала:
«Ты можешь плести что угодно, нести такую чушь, что псевдоковыль в радиусе километра завянет, слушая твои бредни.
Но! Ты должен гнать дезу настолько самоуверенным тоном, словно изрекаешь святую истину, вложенную в твои уста самолично Тиа Хатэ. И тебе поверят. А если ты скажешь неуверенным тоном эту самую что ни на есть святую истину, тебя пошлют куда подальше, и окажутся правы. Учись убеждать, малыш. Убедил, что у тебя монополия на истину, значит — продал.»
Похоже, уроки Ррри даром не пропали. Ещё бы. Меня же Солидом Торасовичем Убойко по прозвищу «Бой» звать, а мы, Убойки, сроду дурнями не слыли.
По семейным преданиям, что подтверждает чудом уцелевший файл, разысканный мною в скудной архивной базе данных одной из библиотек столичного Мыколограда (в жалких остатках почти уничтоженного сладымарями информационного наследия), — наши предки прибыли на Стэп в одном из кораблей последнего каравана, прорвавшегося из гибнущей в ядерных взрывах системы Вэлыкого Трызуба.
Наши предки выжили в полустолетней войне с крысами шиа-рейцами — это само по себе свидетельствует о том, что у них под черепами розумные мозги находились, а не холодец.
* * *
…мы с трудом вырываемся из пещеры. Условия сделки обговорены, по лапам ударено (моя отбитая ладонь напрочь онемела!); союз, имеющий целью тотальное охмурение рокеров, заключён. План молниеносной, свирепо-наступательной кампании детально разработан.
Но нас долго не отпускают. Я настолько очаровал чёртову дюжину Владетельных Леди (предводительниц разбросанных по всем Пределам торговых кланов, объединяющих кирутианских сестёр-товарок), что они готовы простить мне даже то, что я — типа как мужчина. И намекни я хоть ползвуком, что испытываю к ним сексуальное влечение, — расшибутся в лепёшку, но изыщут способ меня ублажить. Хотя — особо положительных эмоций к противоположному полу не испытывают. Даже к своим соплеменникам. Ясный пень, выражаясь по-кирутиански, какими причинами сие неприятие обусловлено.
