Тогда девушка поняла, что произошло что-то очень важное, но когда спросила об этом возлюбленного, он ушел от ответа. Позже она узнала: «Аллори’а» означает «идущая рядом», и только очень много лет спустя — что это на самом деле означает.
Когда друг выпрямился, эльфы еще несколько мгновений буравили друг в друге дырки.
— Что случилось, Элевиэль?
Тот шумно выдохнул.
— На нас напали, — признался он. — Кроуль.
Т’ьелх изменился в лице. С трудом сглотнул:
— Сколько… не ушли?
Эльф покачал головой и улыбнулся — скупо, сдержанно, но было видно, что радость и облегчение переполняют его.
— Все живы. Один раненый.
— Но… как?! — потрясенно воскликнул Т’ьелх. — Как вам удалось уйти?!
— Нам крупно повезло, друг. — Улыбка — даже такая скупая и сухая — делала эльфа неотразимым. Ива аж загляделась. — В ночь перед этим событием к нам во время привала подошла девушка и попросила посидеть у костра. Именно она и расправилась с кроулем.
— Человеческая девушка?
— Да. Молодая, даже по человеческим меркам.
— Воительница?
— Сражаться умеет — это да. Скорость, ловкость, гибкость — все при ней, но техники нет. Ее или не обучали боевому искусству, или это было очень давно и недостаточно.
— И смогла победить кроуля?
— Очевидно, он решил подчинить ее.
— Значит, она не чистокровный человек.
— Выглядит как человек.
— Господа эльфы, простите, что вмешиваюсь в вашу беседу, но объясните мне, кто такой кроуль, — возмутилась Ива.
— Прости, милая. Кроуль — это такой вид нежити, созданный специально против эльфов. Он невероятно быстр, но его главное оружие — это колдовство, с помощью которого он подчиняет чужую волю. На эльфов действует уже одним своим присутствием. Они тут же становятся кем-то… или точнее будет сказать чем-то вроде зомби. На людей это проклятое колдовство практически не действует. Но скорость его остается. Поэтому все выглядит просто невероятным — простая человеческая девушка, не воительница, смогла с ним справиться. Кстати, кроули чувствуют эльфийскую или другую нечеловеческую кровь, как охотничьи собаки зайцев, поэтому мы и говорим о примеси другой крови в девушке. Она ведь может и не быть ярко выражена. — Т’ьелх снова повернулся к эльфу: — Хотелось бы побеседовать с героиней дня.
— К сожалению, это затруднительно. Дело в том, что это она ранена. Я не успел рассказать, что сразу после кроуля мы подверглись нападению людей, наемников.
Но мне кажется, они действовали по приказу мага. Мы быстро с ними разобрались, вот только первая стрела попала-таки в девушку. Если бы мы не находились под воздействием колдовства, такого не произошло бы, но что уж поделаешь.
— Серьезно ранена?
— Эктересса поколдовала над ней. Но сложность в том, что нам пришлось срочно уходить с того места, а девушке нужен покой. К тому же ты сам знаешь, какая Эктересса маг.
— Она слишком молода для таких приключений, Элевиэль. Да и не целитель она. Зачем же вы ее взяли?
— Об этом позже… — многозначительно умолк тот.
Т’ьелх повернулся к возлюбленной, ласково ей улыбнулся, заставив сразу насторожиться.
— Любимая, ты не посмотришь раненую девушку? Как ты поняла, мы ей многим обязаны, а лекари здесь собрались неважные.
Не успела знахарка заявить, что видит его как облупленного, как Элевиэль пришел собрату на помощь:
— Это было бы просто замечательно. Давайте я вас провожу.
А что ей оставалось делать?
Впрочем, ворчала она только для очистки совести. Ей не нужны были чужие разговоры и тем более чужие секреты.
Когда они вышли на поляну, взгляды присутствующих обратились к ним. Знахарка никогда не видела столько эльфов сразу. Во многом они были своего рода отражением Элевиэля, но она не могла не признать, что лица их хоть и были похожи, как водится, друг на друга, но каждый обладал индивидуальностью. Еще знахарка заметила, что при всей схожести каждого отдельного эльфа с человеком — судите сами: одна голова, две руки, две ноги, два глаза, гладкая бледная кожа и прочее — они все же отличались от людей очень сильно. Когда имеешь дело с одним эльфом, разница не так заметна, а стоит собраться нескольким представителям этого странного народа, как тут же появляется это ощущение. Девушка не могла определить, что именно стало тому причиной: то ли их чуть более вытянутые лица, то ли немного другая форма глаз, то ли более совершенные тела со слишком хорошей координацией, а может, волосы, что отливают дорогим заморским шелком, — но, безусловно, различия просматривались. Ива не могла быть уверена, что эльфы вызывали в ней трепетный восторг, скорее, в их присутствии она настораживалась, но не могла не согласиться, что без них мир не был бы так хорош.
Т’ьелха здесь знали. Ее же представили:
— Ива, аллори’а Т’ьелха.
Взгляды эльфов тут же смягчились. Хотя некоторые светлые, наоборот, нахмурились.
Дальше последовало несколько слов на эльфийском, и знахарку проводили к раненой. Рядом с той сидела девушка тоже эльфийской расы. Ива никогда не видела эльфиек. Она всегда считала, что они должны быть как минимум прекрасны. Очевидно, так и было, но это правило не касалось девочек, уже переставших быть детьми, но еще не успевших стать женщинами, сознающими свою силу и власть. Ива ясно видела, что красота уже готова вступить в свои права, но пока на бледном личике девочки слишком много было тревог, сомнений, усталости, неуверенности. Словно наяву она видела в бледно-голубых глазах ожидание счастья и боязнь взросления. Иве захотелось провести по ее волосам и пообещать, что все будет хорошо. Также знахарка заметила, что она чуть ли не с ног валится от усталости: слишком много колдовала за последнее время.
Потом Ива перевела взгляд на пациентку. Человеческая девушка была черноволоса, с парой цветных прядей, какими так любят украшать себя жители южных островов. На ней была странная одежда, но в целом девушка производила впечатление вполне обычной. «И что эльфы так переполошились? — подумала знахарка, занимаясь осмотром.
«И что эльфы так переполошились? — подумала знахарка, занимаясь осмотром. — Может, и есть в девушке капля чужой крови. А в ком нет? Кто поручится за то, с кем прабабка гуляла по молодости. Даже в их глухой деревне и не такое случалось. Правда, там все больше черты орков и троллей были видны, что уж греха таить. Вот кроуль и попытался ее зачаровать. Девушка не поддалась и, пока этот гад изображал из себя великого волшебника, вытащила у кого-нибудь из эльфов меч да и рубанула. Повезло, и потом сразу видно, что эта красавица не неженка. Гибкая какая-то вся. Мышцы как у кошки».
Надо сказать, что повязка была наложена вполне грамотно. Эльфийка смогла остановить кровь. Остальное — за временем и покоем. Ива в принципе могла только ускорить излечение.
— Сколько у нас времени?
Т’ьелх посмотрел на Элевиэля.
— Сегодня заночуем здесь. Завтра с утра снимемся.
— Это не опасно?
Эльф нервно передернул плечами:
— А что нам остается? Катерине надо дать хоть эту ночь.
— Катерина — это ваша спасительница? — уточнил Т’ьелх.
Светлый кивнул.
— На этой поляне двенадцать эльфов-лучников, маг и знахарка, потом еще один маг, если не ошибаюсь?
— Не ошибаешься, — за Иву ответил Т’ьелх. — Просто еще не обученный.
