Убедившись, что все внимание вновь направлено только на мою особу, я продолжила:
— Завтра отправимся в лес, я кину клич, авось какой зомбик и прибежит.
— Я выколупаю у него глаз, — тут же встрял Пашка.
Нита устремила на него донельзя восхищенный взгляд. Я закашлялась, но возражать не стала.
— А я знаю, у кого можно ухо откусить! — внезапно подпрыгнул Коша, сидевший до этого в сильной задумчивости.
— У кого? — удивилась я, разглядывая выражение самодовольства на серебристой мордочке.
— А вон у него.
Тигр удивленно обнюхал палец, которым в него ткнули, потом перевел взгляд на обалдевшую меня, подняв обе брови сразу.
— А-а-а… э-э-э… ну вообще-то…
Тихое, возмущенное рычание.
— Он не совсем оборотень, — пришел мне на помощь Паша.
— Да, точно, именно это я и хотела сказать.
Тигр удовлетворенно фыркнул прямо в мордочку Коше и снова положил голову на аристократически скрещенные лапы. Коша возмущенно вытер мордочку и рванул мстить, старательно кусая тигра за ухо, тот мгновенно включился в игру, не боясь раздавить покрытого сверхпрочной чешуей дракошу и катаясь с ним по полу. Мы продолжили обсуждение, изредка поднимая ноги, когда шумная рычащая парочка пробегала или прокатывалась неподалеку.
— Итак, сейчас все расходимся по своим делам, кстати, Паша, ты идешь на рынок за продуктами и амулетами от нечисти. Не скупись, бери то, что гарантированно спасет тебя от ее укусов.
Рычащая парочка врезалась в ножку стола, нас ощутимо тряхнуло, я принялась пинаться под столом ногой, но ее кто-то укусил, и я, ойкнув, залезла на стул и с удивлением заглянула под скатерть.
— Ладно, но я думал, что ты и сама с этим справишься.
— С ловлей зомби? — отвлеклась я.
— Нет, — мотнул Пашка головой, — с защитой от его укусов.
Я опустила скатерть и задумчиво почесала нос. Коша, распластанный под лапами тигра, орал, что сдается и вообще это нечестно, а тигр в свою очередь увлеченно рычал, демонстрируя Коше прекрасный набор клыков. Не знаю, как Коша, а я была впечатлена. Так, о чем это я?
— Понимаешь, Паш, мало ли когда еще нам может пригодиться моя сила, а она, как ты знаешь, имеет свойство не вовремя кончаться, так что будет лучше, если мы перестрахуемся.
— У меня есть амулет… моей бабушки, — робко вмешалась Нита.
Мы молча ждали продолжения, глядя на смущенную домовую. На стол с трудом взобрался Коша, всхлипнул, что умирает, и живописно на нем распластался. На мою ногу легло что-то теплое, пушистое и тяжелое.
— Понимаете, — все-таки решилась Нита, — этот амулет, он особенный, того, на ком он висит, не сможет покусать ни одна нежить, правда, сможет ударить.
— Неважно, это уже что-то, давай тащи свой амулет, — заерзала я.
Нита удивленно на меня взглянула, отогнула ворот рубашки и, потянув за серебристую цепочку, извлекла небольшой оранжевый медальон с пустым окошком в центре — видимо, раньше в нем что-то было, возможно, фотография, а может, и еще что.
Мне передали его с величайшей осторожностью, и, пока Пашка любовался своей возлюбленной и пел ей дифирамбы о том, какая она смелая и щедрая, я внимательно изучала безделушку.
Амулет был непростой, и сработан он был не людьми, не гномами и не эльфами, магия была явно другого сорта. Я водила пальцами по тонкой вязи металла, плотно сомкнув веки и пытаясь понять, что же это такое, а потом… Вспышка, понимание, запрет. Я вздрогнула и сжала его в ладони так, что края пребольно впились в кожу. Из-под стола тут же вышел тигр и ткнулся носом мне в руку, я с трудом разжала ладонь, где весь в крови лежал подарок Ниты. Шершавый язык лишь раз прошелся по исцарапанной коже, и вот уже на мне нет ни царапины.
Шершавый язык лишь раз прошелся по исцарапанной коже, и вот уже на мне нет ни царапины. Я удивленно уставилась на тигра, а потом несмело улыбнулась и даже провела рукой по мягкому загривку. Меня наградили бархатистым урчанием и хитрым прищуром черных кошачьих глаз.
— Так, ну все! Я тут умираю, а эти… эти!.. — Коша возмущенно расхаживал по столу, помахивая в раздражении хвостом. — Один облизывает Ди, второй уже готов облизать Ниту. А я, между прочим, помираю у всех на виду! И хоть бы один!..
Я отвлеклась, посмотрела на Кошу и… выдернула у него из хвоста чешуйку. Мощный вопль, струя пламени, и скрип покачивающейся люстры, на которой повис дракоша. Мы удивленно посмотрели наверх. Коша опомнился и мягко спланировал на стол, тяжело сопя и глядя на меня как на предателя.
— Ну извини, только с твоей чешуйкой этот амулет будет работать еще лучше, а то заряда осталось всего на два укуса.
Коша прижал к себе хвост и гордо улетел… на кухню. Жалостливая Нита бросилась следом, утешать и кормить оглоеда. Мне стало стыдно, но я осталась сидеть, приваривая чешуйку к амулету волшебством.
— На, готово.
Паша бережно принял амулет из моих рук и тут же нацепил его на шею.
— Итак, все свободны, а я пошла спать, чего и вам желаю. Завтрашнее утро будет очень трудным, а встаем мы в шесть утра.
— Зачем так рано? — удивился Пашка.
— А затем, — я сладко зевнула, — что зомби лучше искать днем, а не при свете звезд. Ночью они набирают силу и их не остановишь просто так. Нам оно надо? Вот и я так думаю.
Уже засыпая в своей мягкой постели, вся чистая после принятой ванны, я почувствовала, как ко мне под бок забирается что-то сопяще-пыхтящее. Коша долго возился, вытаскивал из-под меня одеяло, таскал по всей кровати подушку, но потом все же успокоился и, свернувшись колючим, но теплым клубочком, засопел рядом со мной, устроившись на подушке и накрывшись с головой одеялом. Я только улыбнулась, даже и не думая открывать глаза и сграбастывая подушку поближе к себе. Когда бы и как бы мы ни ссорились, мы всегда потом мирились, как и положено настоящим друзьям.
ГЛАВА 11
— Подъем!
Я застонала и дернула пяткой, одновременно накрываясь с головой одеялом.
— Так, все ясно, добром не встанет, давай!
Одеяло рывком сдернули, и холод утра тут же прошелся по телу. Но я упорная: пара слов, буркнутых под нос, высунутая из-под подушки фига, грохот падающих тел — и вот уже одеяло ласково опускается обратно на мои ноги.
— Паша, вставай, переходим к плану Б!
Я возмущенно засопела, но встать и высказать им все, что мне хотелось, просто не хватало сил. Спать хочу!
— Раз! — Подушка отлетает в одну строну.
— Два! — Ведро воды опрокидывается мне на голову. Блин, она же ледяная!
Я встала, а точнее, вскочила с постели, злобно и нечленораздельно рыча, но в комнате уже никого не было, кроме тигра, удивленно держащего в зубах подушку.
— Ага!
Тигр выплюнул наволочку и посмотрел на меня. Я вдруг задумалась. Ведь я его уже заколдовала, причем так, что любое новое мое колдовство разрушит старое. А оно мне надо? Плюхнувшись обратно на сырой матрас, я поморщилась и убрала со лба мокрые волосы. Тишина стояла просто оглушающая: то ли все, испугавшись такой грозной меня, смылись из дома вообще, то ли притаились за дверью и теперь ждут.
Я засопела, но, плюнув на злостных вредителей, все же решила встать и пойти в ванную — закончить умывание.
Когда я, чистая и уже одетая, вышла из комнаты, меня встретили аж три виноватые улыбки. Кстати, от тигра пришлось отбиваться буквально ногами, он так и лез посмотреть, как я принимаю душ. Ага, фигу!
