Паша сел рядом, с восторгом тыча пальцем в карту и с интересом ее разглядывая.
— Это голограмма, что ли?
Я самодовольно задрала нос, сунув ему кольцо чуть ли не в глаз.
— Это никакая не глагирамма, а самая обыкновенная карта. Кстати, она меняется каждый раз, когда что-то реально меняется в мире. Ну там остров затопит или еще чего.
— Здорово, как съемка со спутника! А увеличить ее можно?
Я надулась. Думала, что это-то уж точно будет сюрпризом, но тут влез Коша:
— Можно-можно. Ткни куда-нибудь пальцем и покрути им вправо или влево, вот и будет тебе увеличение или уменьшение. Только не больно-то ты там чего увеличишь, мощность заклинания невысока, и людей мы явно не разглядим.
Паша сосредоточенно ковырялся пальцем в карте, я благосклонно держала руку с кольцом над землей.
— Ладно, — я встала, и карта немедленно свернулась, повинуясь мысли, — пошли, нечего тут сидеть.
— Куда? — Паша и не собирался вставать.
— На север, к морю, — терпеливо объяснила я.
Коша тоже удивленно смотрел на упрямца.
— Север там. — Паша указал в противоположную сторону. Мне стало стыдно. — Да и к тому же у меня есть предложение: отдохнуть, перекусить и только потом, с новыми силами идти дальше.
Коша уже залез в брошенный Пашей мешок, разыскивая съестное. Я огляделась, нашла дерево потенистее и села у его ствола на переплетение корней. В моей сумке тоже было чем поживиться. Закупать провиант я начала еще неделю назад. Гм… долго не понимала, почему он так быстро исчезает из холодильного шкафа, пока не поймала Кошу с поличным за разграблением продовольственного запаса. Там рядом еще валялись два здорово объевшихся домовых, которым Коша, догрызая кусок колбасы, вдохновенно врал, как он лично эту колбасу поймал:
— А она как прыгнет, мням-ням, я как дыхну огнем! — Последовала впечатляющая отрыжка, домовята попадали, сраженные наповал. — Ну и усе, после такого ее только на колбасу и можно было.
— Ну и усе, после такого ее только на колбасу и можно было.
— Какой ужас, — посинел правый домовенок, — а я это съел! Все, я пошел. — И целенаправленно пополз к туалету, где был пойман мною и довольно невежливо выставлен за дверь так же, как и его друг.
Коше же я, невзирая на бурную истерику, закатывание глаз и заверения, что всю еду в него буквально запихивали коварные домовые, я устроила хорошую нахлобучку, а на холодильный шкаф повесила заклинание замка.
— О чем задумалась?
Я тряхнула головой, по плечам заскользил водопад золота и серебра. До сих пор не могу привыкнуть.
— Да так, ни о чем… Я вот все тебя спросить хотела.
— Спрашивай.
Его улыбка была ласковой и в то же время проказливой, как у мальчишки, и эта ямочка на щеке… Так, о чем это я?
— Ты надолго с нами?
Он вопросительно поднял левую бровь. Я тоже так умею.
— Ты пошел с нами просто потому, что в этом мире, кроме нас, никого не знаешь, плюс тебя сейчас ловят всем королевством, а значит, меня тоже. Коша, вылезай из мешка… Ну так вот, внешность мы тебе изменили, глаза подправили, язык ты знаешь, до моря мы тебя доведем. Вот я и спрашиваю… Коша, положи мясо, оно на завтра!
Коша висел на куске мяса, который я подняла в воздух, и наотрез отказывался разжать челюсти. Глаза его умоляюще косились в сторону Паши, но тот только улыбался, разглядывая парящий в воздухе продукт. Первым сдался Коша, и обслюнявленный кусок мяса улетел на дерево, зацепился за нижнюю ветку и там повис. Я угрюмо уставилась на понурого дракошу, сидевшего передо мной на земле.
— Вот теперь иди и доставай.
Коша кивнул, с третьего раза взлетел, достал кусок, с натугой отцепил его от ветки, кое-как на нее вскарабкался и… продолжил грызть. Я запыхтела, но решила, что все равно бы не стала есть грязное и обгрызенное мясо.
— Ну так как? — Я снова посмотрела на Пашу.
— Боюсь, что надолго. Я теперь ведь ваш должник.
Ему на голову шмякнусь что-то мягкое и влажное; взяв это в руку, Паша с удивлением узнал в этом мясо. Коша ястребом рухнул с дерева, выхватил кусок и опять улетел наверх. Паша на всякий случай отодвинулся в сторону.
— Что значит должник? — нахмурилась я.
— Ты спасла мне жизнь, теперь я должен спасти твою, только тогда мы будем квиты.
— Кто такие квиты?
Он объяснил, я решила, что это не больно, и встала с земли, отряхивая штаны от грязи. Кошка спрыгнул парню на плечо, Паша чуть не упал, но храбро выстоял.
— Вперед! — вякнул дракоша и полез в заплечный мешок, где вскоре и захрапел, уютно свернувшись калачиком.
Я шла чуть позади Паши, лес обступал нас высокими стволами с тенистой шевелящейся листвой, под ноги постоянно ложились бугристые корни деревьев, а кустарник стремился уцепиться за штаны или куртку. Жаль, что мы не можем идти по дороге: как я уже говорила, даже несмотря на маскировку, наша троица чересчур сильно выделялась бы, а это сейчас нам совершенно ни к чему.
— Не понимаю. — Пашка все же остановился, ошарашенно оглядываясь по сторонам.
Я устало на него посмотрела. Ну что еще? Он так растерянно озирался, что стало ясно: без объяснений не обойтись, но для этого надо сначала дождаться вопроса.
— Почему весна? Ведь только что был снег. Я помню, когда мы выходили из стен замка, лежал снег, и в лесу тоже, а теперь… да и время суток другое, ночь резко сменилась ярким днем… не понимаю. Может, я сошел с ума?
Тяжелый вздох вырвался из моей груди, но объяснить я объяснила:
— Наш материк поделен на зоны, в каждой из таких зон лето, осень, зима и весна сменяют друг друга в обычном порядке, только вот в разных зонах, пусть и находящихся по соседству, и время года, и время суток совсем не обязательно будут совпадать. Более того — совпадений почти нет, по крайней мере я о них никогда не слышала. В одном из моих учебников была нарисована карта таких зон, да и кольцо вполне отчетливо их показывало. А вот почему и когда именно так повелось, что наш мир состоит из климатических лоскутков, — никто не знает, а может, и просто не помнит. То ли маги когда-то пошалили и соединили воедино несколько миров, то ли еще что, только все уже давно к этому привыкли и внимания особо не обращают, разве что, собираясь в дальнее путешествие, сверяются с картой, чтобы знать, какую одежду запасать да что из вещей брать. Кстати, купцы сказывали, что такой порядок заведен лишь у нас, а вот на островах за морем все вполне пристойно и никаких зон нет. Верили им неохотно и не все, но у нас теперь есть хороший шанс убедиться в правдивости этих историй.
Пашка шел и кивал с умным видом, успокоившись насчет погоды и высоты солнцестояния. А я, зевая от усталости, брела следом, ужасно завидуя похрапывающему в мешке дракоше.
ГЛАВА 4
— Смотри, Ди, там пещера.
Я ткнулась носом в спину Паши и вежливо его обошла.
М-да, перед нами и впрямь был холм, и в нем зияла довольно широкая нора с темным входом.
— Пусть Коша слетает, — предложила я.
Из мешка вылезла чешуйчатая фига и тут же скрылась обратно, причем Коша так и не перестал храпеть.
— Ладно, пойду я.
— Нет.
Я удивленно посмотрела на Пашку, который уже сунул мне в руки мешок с драконом. Я не удержала, и мешок рухнул на землю, послышался сдавленный стон, храп тут же оборвался.
— Там может быть опасно, так что пойду я.
— Ты больной, да?
