— Тебя убьют через десять дней, — сказала я шепотом, медленно и старательно разделяя слова, чтобы он понял.
Он понял.
— Ты выведешь меня?
Гм, не дурак, уже сообразил, что без меня ему не выбраться.
— Расскажи, кто ты, и я решу.
Он кивнул, не отрывая взгляд круглых радужек от моих многогранных, а потом начал говорить:
— Меня зовут Павел, для друзей просто Паша. Я — тень своего капитана. Защищаю его от окружающего мира, пока он управляет космическим кораблем, сидя в кресле пилота. Выполняю функции защиты, охраны, разведки. Под моим началом находилось около сорока десантников. Последнее, что помню, это высадка на планете Адора. Там было много скал, героков и нитроплазмидов. Пришлось биться, мы отступили за скалу…
Я подняла руку, прерывая его. Поняла я ну очень мало, но усвоила главное.
— Ты из другого мира.
Он медленно и как-то задумчиво кивнул.
— И ты не маг.
Уверенный отрывистый кивок.
— Как же ты убил короля, которого всегда охраняют самые лучшие маги нашего королевства?
Поднятая ладонь, тонкий луч красного света, вылетающий из указательного пальца, — и глубокая небольшая дырочка в противоположной стене. Я даже не вздрогнула: если бы хотел, он убил бы меня раньше.
— Магия?
— Лазер.
Я встала и, развернувшись, пошла к двери. Шорох за спиной показал, что он тоже смог встать на ноги. Хорошо.
— Не отходи от меня ни на шаг, а лучше, если ты понесешь меня на руках. При телесном контакте я смогу нас обоих накрыть чарами невидимости от охранных заклинаний.
Миг, и меня легко, словно перышко, подняли в воздух сильные руки, а моя коротко остриженная макушка уперлась в его подбородок. Я поерзала, устраиваясь поудобнее, и кивнула, толкая ногой дверь камеры со все еще не очухавшимися от моей магии узорами заклинаний.
Он пронес меня по коридорам, ориентируясь по оставленным мною меткам, и я вновь оказалась в испытательном зале.
— Теперь отпусти меня.
Мне почудилось или он чуть дольше нужного задержал меня в своих руках? Неважно. Я соскользнула на пол и показала на две огромные двери.
— За ними холл и выход из Академии магии. Ворота замка сегодня всю ночь будут открыты, так как многие вернутся из города очень поздно.
Он не шевельнулся, но я поняла, что он не знал, где находится.
— Скроешься в лесу, до рассвета успеешь. Потом начнут искать, но тут уж все зависит от тебя самого.
Он задумчиво изучал мое лицо. Неожиданно мне стало так тепло и уютно, как когда-то давным-давно, в раннем детстве, когда был еще жив отец. Что я делаю, что творю?
— Что будет с тобой?
— Ничего, — пожала я плечами, — я сегодня тоже ухожу отсюда, сменив личину. Мне только нужно подняться наверх и собрать вещи.
Он кивнул и пошел к дверям, а я стояла одинокая и почему-то жутко обиженная, чувствуя себя довольно странно: то ли брошенной, то ли неподобранной. У самых дверей он обернулся:
— Ну ты идешь?
— Куда?
— Собирать вещи, — медленно, как идиотке, пояснил он. С каждым разом он выговаривал слова все лучше, уже почти все ударения ставил верно.
— Иду. — И я быстрым шагом, старательно не показывая, насколько довольна, зашагала к выходу из зала, а потом вверх по лестнице в свою комнату.
Коша сидел под елкой, весь в блестках и обрывках обертки, и раскурочивал уже третий подарок.
— Дракон! — восхищенно ахнул Паша, садясь на корточки перед удивленным Кошей.
— Заключенный! — ахнул Коша и угрюмо посмотрел на меня.
Вид у него был довольно забавный. Золотая корона съехала набок, в одной лапе он держал небольшое красивое зеркальце, вставленное в оправу в виде пышущего золотым пламенем серебристого изгибающегося дракона, а в другой — яркий, сверкающий бриллиант. В магазине я определила его как «крутую блестюшку» и купила не раздумывая на последние деньги.
— Так ты еще и говоришь. — Паша явно был в замешательстве. Сев рядом, он нагло схватил все еще находящегося в ступоре Кошу поперек туловища и теперь вертел его в руках, разглядывая со всех ракурсов.
Когда Кошу еще и перевернули вверх лапами, изучая хвост, дракон не выдержал и полыхнул огнем в наглеца. Пашка от испуга выронил тут же улетевшего на стол Кошу и начал сбивать с рубашки пламя. Вид у него был серьезный и спокойный, будто ничего особенного и не произошло. Странно, а я думала, иномирцы очень впечатлительны и с воплями удивления и счастья пускают слюни над каждой увиденной вещью, пребывая в глубоком шоке от их назначения и функций.
По-моему, все это я сказала вслух, потому что пришелец вдруг резко встал и отошел к двери, застыв там словно изваяние и явно ожидая, когда же я наконец соберусь. На его лице было написано твердое намерение ничему больше не удивляться.
Ну и пусть ждет, мне-то что. Сев под елкой, я выгребла из-под нее еще два свертка и ощутила резкий порыв ветра от опустившегося рядом со мной дракоши. Он нетерпеливо поблескивал глазками, ожидая реакции на свои подарки. Я приступила к торжественному разворачиванию красочной обертки, даже Паша заинтересовался и наблюдал за мной от двери.
В первом свертке оказались янтарные бусы, которые очень мне подошли, а во втором мягкая плюшевая игрушка — крохотный котенок.
— Правда, он хорошенький? — радостно поинтересовался Коша и тут же у меня его выхватил, с выражением счастья на мордочке разглядывая игрушку и прижимая ее к себе.
Я усмехнулась, но отбирать свой подарок не стала, мне и бус хватит.
— Не хочу вмешиваться в вашу идиллию, но скоро рассвет, — напомнил Паша, и я со вздохом начала собираться, понимая, что вряд ли еще когда вернусь в эту уютную комнатку.
Вещей набралось гораздо больше, чем было, когда мы пришли в академию, но я решила проблему, попросту сунув основную часть поклажи в руки пришельцу. Тот мужественно не возражал, хотя его еще немного пошатывало от слабости. Но не зря же я, пока он меня таскал на руках по подземельям, незаметно влила в него свою силу, довольно значительно уменьшив собственный магический запас. Только на личинную магию и осталось.
— Ди, ты что, вправду возьмешь его с собой? Он же преступник! — Коша сидел на втором тюке, явно желая путешествовать на нем, а не с помощью крыльев. В лапах была зажата крохотная игрушка.
— Кош, не переживай, щас мы все сменим личины.
— А глаза ты ему тоже изменишь? Учти, личины не меняют ни цвет, ни форму глаз.
Я это знала, но предпочла промолчать, листая книгу и подбирая нужную внешность. Коша немедленно полез с советами. Паша не выдержал и присоединился. Они оба орали мне в ухо, тыча пальцами в очередное изображение и сопровождая все это комментариями типа: «Ни за что!», «Да я — да никогда!» и «За кого ты меня принимаешь? За вампира?! Ага, щас!».
— Так! — заорала я, перекрывая гвалт. — Кем скажу, тем и будете, недовольные могут наколдовать что-нибудь сами или и вовсе идти так, а потом радостно качаться в петле виселицы!
Они притихли, возмущенно сопя и всем своим видом выражая несогласие с матриархатом. Я попыталась успокоиться.
— Паша, вампиры — такие же граждане нашего королевства, как и люди. Они пьют кровь только животных и врагов, да и то лишь как полезную добавку к пище, так что здесь нет ничего страшного. Плюс тебя будут побаиваться и никто не полезет с вопросом «А почему у вас такие необычные глаза?». Понял?
