Он кивнул, не глядя на меня. Мне хотелось плакать.
— Так, Коша…
— Нет!
— Подожди…
— Нет!
— Да подожди ты!
— Нет! Я не буду вороной! А-а-а!
Терпение мое лопнуло, и он стал сусликом. Шок в его глазах и красивый обморок завершили картину «Грозная ведьма и истеричные подчиненные».
— Я не хочу быть вампиром, — нахмурился Паша.
Все, с меня хватит, достали! Еще один суслик замер на полу. Пронзив меня взглядом, полным гнева и ущемленной гордости, он пошел пинать Кошу, чтобы сообщить, что тот уже не одинок. Так, все, хватит, где джинн? А, вот он!
Достав из тюка старую, ржавую лампу, я принялась ее активно тереть. Суслики уже общались о чем-то о своем, сусличьем, бросая на меня взгляды исподлобья. Лампа с трудом задымилась, а потом из нее повалил густой черный дым. Все закашлялись.
— Слушаю и повинуюсь! — Из лампы вылез старый беззубый дед в семейных трусах в горошек и, сонно почесываясь, уставился на меня. — Приказывай, о госпожа!
Я пульнула в него молниями, и трусы сгорели… вместе с джинном. Лампа возмущенно заверещала:
— Эй, ты чего хулиганишь?! Чего хулиганишь, я спрашиваю?! Я потомственный джинн, и это мои любимые трусы!
— А я ведьма и еще не то испорчу, если впредь хоть раз явишься передо мной в таком виде!
Лампа задумчиво прекратила прыгать по столу.
— Так ты будешь вылезать или нет?!
Опять куча дыма, и джинн появился вновь уже в полном восточном облачении. По крайней мере это он так считал, доказывая мне, что халатик, едва прикрывающий попу, — полное облачение восточного джинна, пока я за ним носилась по комнате и швырялась пульсарами, бомбя все вокруг. Суслики забрались под кровать, с интересом следя за представлением. Джинн, гад, опять скрылся в лампе.
— Я щас твою лампу!.. — взвыла я, хватая грязную посуду.
— Не надо лампу! — перепугался тот и немедленно вылез уже в штанах и видавшей виды рубашке. — Так лучше? — хмуро уточнил этот гад.
Я кивнула и облегченно плюхнулась на постель.
— Так чего надо-то?
ГЛАВА 3
Скоро мы выходили из ворот академии уже в новом обличье, все такие загадочные и неопознанные. Лес призывно махал нам верхушками своих деревьев, шелестя листвой и звеня песнями начинающих просыпаться птиц.
Джинн не просто сменил нам личины, он нас полностью поменял в физическом смысле. Изменил даже глаза, что меня особенно порадовало, и, что важнее, ни один маг уже не заподозрит подмены, так как магии в нашей внешности не было ни на грамм.
Джинн не просто сменил нам личины, он нас полностью поменял в физическом смысле. Изменил даже глаза, что меня особенно порадовало, и, что важнее, ни один маг уже не заподозрит подмены, так как магии в нашей внешности не было ни на грамм.
Подойдя к зеркалу после пассов джинна, я увидела высокую хрупкую блондинку с ниспадающим до пояса легким облаком блестящих, шелковистых волос цвета расплавленного золота вперемешку с таинственным мерцанием серебра. Получилось — супер: пухлые алые губы, большие темно-зеленые, мерцающие светом далеких звезд глаза и длиннющие пушистые ресницы под округлыми изящными арками бровей. Уже расколдованный Паша, когда меня увидел, ахнул и выдал пару фраз на своем родном языке, а когда я еще и улыбнулась, обнажая жемчужно-белые ровные зубки и мелькнувший между ними розовый язычок, который я с удовольствием ему показала, он… дал подробные инструкции джинну, как именно хочет выглядеть. Только говорили они не столько о внешности, сколько о прочности и расположении мышц, изменении суставов, креплении сухожилий и о прочей белиберде. В итоге получилось вполне ничего: у него остались черные волосы и цвет глаз, а в остальном — смуглая кожа, движения хищника, короче, сила и мощь, воплощенные в смертном существе. Джинн сказал, что очень доволен своей работой, но тут его за штаны подергал Коша и попросил и для себя чего-нибудь.
Коша остался драконом, но поменял цвет и немного внешность. Теперь, когда он сидел, его можно было принять за серебряную статуэтку — изящную, красивую и немного загадочную. Опять же хороший способ быстро похудеть, пузо теперь не выпирало.
Джинн, немного успокоенный многочисленными заверениями в благодарности, теперь снова сидел в лампе, ожидая, когда его попросят исполнить оставшиеся два желания.
Утро встретило нас в трех километрах от города. Мы целенаправленно шли вперед. Ну точнее это Паша шел, а мы с Кошей целенаправленно за ним тащились, тяжело дыша от взятого темпа и постоянно и обо все спотыкаясь. Рухнув в очередной раз, я твердо решила больше не вставать и почувствовала, как на спину залезает и облегченно там располагается Коша. Я попыталась его сбросить, но не тут-то было. Коша вцепился в меня всеми когтями и наотрез отказался слезать. Ну и фиг с ним. Я устало прикрыла глаза, вслушиваясь в шорохи леса. Судя по всему, Паша не заметил нашего отсутствия и продолжил свой путь. Ну и ладно, не больно-то и надо было, вот сейчас я отдышусь и…
Меня хамски вздернули за шкирку и привели в вертикальное положение.
— Что случилось? — Он недоуменно рассматривал мое лицо, пытаясь понять, почему я рухнула посреди леса.
— Отдыхаю, не видишь? — съязвила я, покачиваясь и доставая до земли лишь кончиками пальцев. Коша пыхтел на моей спине, цепляясь из последних сил.
— А, ну тогда ладно.
Он разжал пальцы, и я рухнула навзничь. Коша застонал и попытался меня укусить, но тут же затих. Я перепугалась и немедленно села, извлекая из-за спины пришибленное тельце.
— Эй, ну ты как?
Чешуйчик приоткрыл один глаз и слабо застонал:
— Я умираю…
— Угу. Ну тогда придется тебя тут оставить, а то все равно долго не протянешь.
— Могу добить, — заботливо предложил Паша.
Коша тут же сел и возмущенно высказал нам все, что о нас думает. Паша только хмыкнул и забрал у меня этого лодыря, посадил к себе на плечо и протянул мне руку помощи. Я фыркнула и встала с земли самостоятельно. Покачнулась, подумала и снова села.
— А куда мы, собственно, сейчас идем, да еще и так быстро?
Две пары удивленных глаз.
Можно подумать, я несла какую-то несусветную чушь.
— Предупреждаю, я жить в лесу не намерена. Но так как маги — существа довольно въедливые, да еще и обидчивые, а наша компания выглядит весьма примечательно благодаря дракону, предлагаю, пока нас не раскрыли, идти к морю. Там сядем на корабль и отплывем к одному из островов архипелага.
— Я не возражаю, — Паша пожал плечами, — только путь к морю я себе представляю довольно смутно. А карты у нас нет.
Я самодовольно хмыкнула и, сняв с плеча котомку, начала в ней рыться. Это не то, и это не то… Ой, моя ночнушка! Так, что это такое? А фиг его знает. Ну Коша, ведь говорила же не набирать много, чего он столько всего понасовал?.. А, вот же она!
На свет с триумфальным воплем был извлечен довольно потрепанный и испачканный чем-то бурым перстень. Паша вежливо на него посмотрел и даже попытался улыбнуться. Я насупилась.
— Смотри, это карта, — на всякий случай просветила я его.
Взгляд у него стал совсем уж отрешенным. Я поняла, что меня принимают как минимум за идиотку. Коша тихо ржал у него на плече. Гад.
Я надела кольцо, предварительно почистив его о траву, и нажала на камень в центре. Кольцо тут же засветилось, и над ним развернулась плоская и полупрозрачная карта нашего мира, а точнее материка и некоторых прилегающих к нему островов.
