— Заходите, молодой человек. И я даже поверю на слово вашему обещанию вести себя как следует. Похоже, этого достаточно.
Весело огрызнувшись в том смысле, что опять бедных-замученных некромансеров крайними делают да вешают на них всех собак, гость переступил порог. Линн смотрела во все глаза, но так и не поняла, каким образом на вошедшем поверх кольчуги оказался добротного покроя чёрный кожаный плащ, заколотый фибулой в виде зелёного листика.
— Мир этому дому, — привычно пробубнил чернокнижник, запросто вешая на имеющиеся вместо вешалки оленьи рога плащ и меч.
Сердечно поздоровавшись и обнявшись с доном Карлосом, коего ради такого дела Линн пришлось выпустить из объятий, молодой человек приложился к ручке тётушки Фло, а затем щёчке эльфийской волшебницы. Хотя она в последний момент и ухитрилась подставить губки… да и приветствие их чуть затянулось — так, раз в пять-десять дольше приличий. За руку поздоровался с господином Эккером, и наконец, подошёл к Линн. Осмотрел критически сверху вниз, улыбнулся — открыто, дружелюбно.
— Тётушка Фло, вы позволите проверить вашу ученицу магическими импульсами?
Немного заинтригованная волшебница ответствовала, что лучше спросить соизволения самой ученицы. И поспешно добавила:
— Больно не будет.
Линн осторожно пожала плечами. Покорно вытерпела несколько незримых, но отзывающихся то звоном в голове, то чесоткой пониже спины импульсов. От последнего она вообще рассмеялась лёгким смехом, чуть поёживаясь от наплывающего ощущения радости.
— Занятно. Ну что ж… здравствуйте, маленькая леди.
Девушка воззрилась на него с круглыми глазами, хлопая ресницами от удивления. Затем перевела взор на хозяйку дома, требуя объяснений. Та только пожала эдак озадаченно плечами в ответ и переадресовала взгляд самому чернокнижнику. Тот призадумался.
— Тётушка Фло, а назовите-ка мне навскидку несколько старинных фамилий, прекративших ныне своё существование в истории.
Задумчиво слушая ответы пожилой волшебницы, он вдруг поднял взгляд.
— О, вот как раз это. Линн имеет полное право называться леди Мэшем. Благодарю вас, тётушка.
Но тут вмешался господин Эккер, заметив, что похоже — кто-то из Мэшемов выжил. И даже весьма лихо отомстил обидчикам, нынешней зимой с завидной ловкостью раскроив горло самому графу Ледвику.
Линн чуть не подпрыгнула.
— Ой. Ой-ой! Ой-ёй-ёй!!!
Морской колдун нахмурился.
— Уж не хочешь ли ты сказать…
Девушка потупилась. А затем, набравшись воздуха и решимости, бросилась словно в холодную воду.
— То как раз я и была. Выходит, оставила сама свой знак на месте прест… случившегося?
Эльфийская волшебница в волнении взмыла из кресла и прошлась по холлу нежно-розовым лепестком весны.
— Боги ничего не делают просто так. Валле, если я правильно понимаю, ты вызвал и допросил дух того негодяя, что прежде руководил воровской гильдией? Как там его?…
Линн разом навострила ушки. Оказывается, и от некромансеровских заморочек иной раз может быть прок!
— Салдан, по прозвищу Упырь, — чуть хрипло от волнения подсказала она эльфийке.
Барон некоторое время размышлял. Прошёлся по холлу, в задумчивости достал курительную трубку. Но, заметив показанный ему хозяйкой кулак и её же красноречивый жест — на веранду! — спохватился. Пожав плечами, ответил.
— Если боги решили утаить от тебя, Линн, кое-какие сведения, имею ли я право вмешиваться в их дела?
Та усмехнулась и с сожалением выдохнула:
— Да уж, это было бы опрометчиво. Но хоть что-то ты можешь сообщить?
Молодой некромант хитро улыбнулся, прищурив на тётушку Фло тёмные глаза.
— Могу — например, я жутко проголодался. Учтите, злой и голодный я вдвойне опаснее! Но хорошая телячья отбивная может спасти вас от страшной и ужасной смерти.
Учтите, злой и голодный я вдвойне опаснее! Но хорошая телячья отбивная может спасти вас от страшной и ужасной смерти.
Линн хохотала как сумасшедшая, едва будучи в состоянии глотнуть немного воздуха.
— Ой… пощадите! — задыхаясь и снова разражаясь смехом, простонала она кое-как.
История о незадачливом купце, и какую шутку устроил с ним плутоватый леани, рассказанная бароном в перерыве между салатом и десертом, привела всю компанию в просто неописуемый восторг. Обе волшебницы утирали платочками выступившие на глаза слёзы — и вновь принимались хохотать. А почтенный господин Эккер едва не съехал со своего стула под стол, на который заметно трусящая Зела подавала перемену блюд. Даже дон Карлос, слыхавший об этом недоразумении раньше, заливисто смеялся.
— Ох и выдумщик же ты, Валле! — Кана понемногу пришла в себя, хотя всё ещё хихикала, отчего её магический светильник приплясывал под потолком трапезной залы.
Тот в шутку возмутился.
— Да что вы! Чистая правда от первого до последнего слова. Начальник полиции самолично показывал мне допросные листы. При этом хохотал так, что его чуть не хватил удар — при его-то комплекции!
— Мэтр Иларио? — уточнил дон Карлос.
Получив утвердительный ответ, молодой человек переглянулся с Линн. И они оба снова прыснули смехом, а там и за остальными дело не стало. Поддержали дружным хохотом, да так, что стёкла растворённых в вечер окон жалобно зазвенели.
Перед самым ужином в холл, где собравшиеся негромко обсуждали сложившуюся ситуацию, снаружи робко заглянул сосед-молочник.
— Тётушка Фло, у вас всё в порядке? — и, получив утвердительный ответ, осторожно продолжил. — Там тово… народ собрался, чтобы вас в обиду не дать… бают, чернокнижник мор навёл, аль порчу какую…
И тут же, на всякий случай, дал дёру подальше.
Молодой барон не без сожаления оторвался от обсуждения и посмотрел на хозяйку дома и земель.
— Навести страху на этот сброд? Или применить меры пожёстче, чтобы чернь знала своё место?
Линн, перехватив его взгляд, содрогнулась — такое она увидела там. И всё же пошла вслед за тётушкой, что, облокотясь на руку своего гостя, пошла через сад к калитке. На улице и впрямь собралось едва ли не всё население Тиренолла. Сосредоточенные и изрядно напуганные лица, а в руках тех, кто поупрямей, даже заметны были дубины да кухонные ножи.
— Однако! Уважают вас тут… — проворчал Валле, незаметно оглядываясь, пока волшебница представит его горожанам.
А затем высказался перед ними и сам. В таком духе, что у многоуважаемой госпожи Эскьери возникли очень серьёзные неприятности — как магического, так и политического характера. И всесильный повелитель Полночной Империи прислал его, барона и некроманта, эти самые неприятности улаживать.
— Ну, вы понимаете, почтеннейшие, — чуть рокочущим голосом громко вещал молодой чернокнижник. — Иногда нужно и чрезвычайные меры принимать. Тётушке Фло грязными делами руки марать никак нельзя, а моя репутация всё стерпит.
Толпа, изрядно успокоенная тем известием, что грозный чёрный маг вовсе и не злоумышляет против уважаемой госпожи, загудела, обсуждая новости. А морской колдун Эккер, поблёскивая сияющим синим камушком в мочке уха, весьма авторитетно добавил, что политика дело тонкое, тут сплошные секреты.
— Так что, сограждане, не беспокойтесь понапрасну и отдыхайте спокойно. Что-нибудь придумаем, и госпожу волшебницу из беды выручим.
На том и порешили. Люд с улицы стал потихоньку расходиться, а Кана уже на обратном пути к дому вздохнула тихонько:
