В обычное время морские колдуны не ведали на водных просторах, что такое тайна. Но тут — ничего. То есть — вообще ничего. Самое простые и надёжные способы оказались бессильны. Ни на поверхности, ни на дне — да тут прямо мистика какая-то! Впору подумать, что сам Падший утянул их в свои владения! Хотя, по правде признать, и это смогли бы найти ушлые и опытные Мастера Моря.
Но — ничегошеньки, ни единой зацепки.
И Эккер сделал то, чего хотел менее всего. Зная, что будет тысячу раз проклят и заклёймён, он сделал над собой невероятное усилие и произнёс, задыхаясь:
— Крумт не в состоянии выплатить контрибуцию в указанный срок. Видят боги, мы сделали всё, что в наших силах — но судьба оказалась против нас. И я, старший Мастер Моря, возглавляющий Совет колдун Эккер, прошу вашей — лично вашей помощи…
Последние слова дались ему с таким трудом, что он едва не сорвался. И всё же — слова эти были произнесены, хоть и чуть хрипловатым голосом. Всё — назад возврата нет. Всё-таки оба собеседника официальные лица, и тема разговора вполе и насквозь официальная…
Старый маг горько поник головой, сгорая от унижения. Вино, бокалом которого он попытался смыть осадок, показалось кислым и холодно-безвкусным. Будучи не в силах сдержать чувств, верховный колдун Крумта с размаху швырнул драгоценное изделие гномьих стеклодувов и гранильщиков о стену. Бокал даже не подумал разбиться — лишь заныл высоким чистым голосом, бесшумно подпрыгивая и кувыркаясь на толстом, напольном, харадской работы ковре.
Эккер опёрся локтями о стол и закрыл усталое лицо ладонями. А молодой ещё герцог Саймон пытливо смотрел на него, задумчиво теребя ус. Его величество попросил его — чтобы об этом инциденте он больше не слышал. А что такое просьба Императора, надеюсь, никому объяснять не надо? И вот тут хоть ужом вертись, а доверие самого надо оправдать…
— Если бы у меня была такая сумма, я бы охотно дал вам в долг — под слово честного человека, — произнёс он негромким голосом.
Задумчиво почесал нос с еле заметной благородной горбинкой, привычно оправил кружевной манжет, и продолжил свою мысль.
— Взять кредит в банке не выйдет. Здешние почти на грани банкротства. А в Имперских — проценты будут просто грабительскими. Война взметнула учётные ставки на такую высоту, что вернуть долг вы не сможете никогда…
— Знаю. Этот вариант мы тоже обдумывали. — и всё же Эккер услышал в последних словах собеседника этакую недоговоренность.
Ещё не намёк, но уже и не случайную игру интонаций. Поэтому старый маг убрал руки с лица и внимательно посмотрел на невозмутимого герцога.
— Если вы найдёте выход — я и мои коллеги по Совету колдунов будем вашими должниками.
Тот некоторе время словно обдумывал услышанное, чуть кусая губы, а затем поднял кажущиеся почти чёрными в уютном полумраке комнаты глаза.
— Знаю я человека, что сможет или предоставить вам такую сумму — или найти беглецов.
Колдун молчал, и не надо говорить, как внимательно он слушал слова представителя Полночной Империи.
— Только… только я сам даже под страхом смерти не хотел бы иметь дела с этим человекам. Да и вам, возможно, лучше вынести репрессии, чем связываться с ним. Ибо он в состоянии найти беглецов, даже если они уже и не на этом свете .
Двое сильных и крепких мужчин при этом смотрели друг другу в глаза. Хотя назвать их друзьями было бы крайне неверно. Вчерашние враги, а ныне представитель Победителя — и вовсе не радый этому обстоятельству представитель побеждённых. Однако не зря древняя поговорка гласит — договоры следует соблюдать. И коль скоро Крумт обязан выплатить астрономически гигантскую сумму выкупа в качестве контрибуции — это должно быть сделано.
Потерявши честь единожды, в дальнейшем уже терять нечего.
И всё же, последние слова смутили почтенного Эккера своим вторым, тайным смыслом. Морской колдун был отнюдь не дурак, да и подборку сведений о самых сильных полководцах и магах Полночной Империи изучал регулярно.
Морской колдун был отнюдь не дурак, да и подборку сведений о самых сильных полководцах и магах Полночной Империи изучал регулярно. Да, он сразу понял, о ком идёт речь. И действительно, говорить о чернокнижнике вслух во дворце Совета было бы весьма и весьма опрометчиво.
И всё же, о молодом герцоге Саймоне говорилось в тайных бумагах, как о чертовски порядочном человеке. Не мог он дать совсем уж плохого совета… И, так и не догадавшись о подоплёке дела в силу своей удалённости от тонкостей политических интриг, главный колдун Крумта откинулся на высокую спинку резного деревянного кресла и спросил напрямик:
— Я догадываюсь, о ком пошла речь. И о том, что этот неназванный неслыханно богат. Но с другой стороны, идти на какой бы то ни было договор с тёмной стороной мы не станем. Не зря ведь ваш Император не имеет с этим… скажем так, человеком — никаких официальных дел.
Герцог неожиданно улыбнулся. Тонко, еле заметно, как умеют это делать обладающие огромной властью по праву рождения и древности рода. Он поиграл вином в бокале, любуясь отблесками рдеющих в камине угольев на витиеватой прихотливой резьбе, и только потом пожал плечами.
— Я ни разу не слыхал, чтобы упомянутый мною человек нарушил своё слово или поступил против законов чести. Хотя меня лично точно так же отталкивает цвет его мастерства. И всё же — это лучший совет, что я вам могу дать.
Эккер украдкой почесал изуродованную ещё в юности ногу, отчётливо — куда лучше магии — предупреждающей о непогоде. Что ж… сказано достаточно откровенно.
— Хорошо. Предположим, что ваш э-э… посредник предоставит нам нужную сумму в кредит на некоторое время. А как быть с пропавшими вместе с деньгами регалиями Морских Ярлов? Что, если они окажутся утерянными безвозвратно?
Саймон подался вперёд, и его лицо на миг стало хищным.
— А вот об этом попрошу подробнее. Как вам известно, я в магических делах невежда.
Колдун сделал вид, что поверил его словам. Хотя — всё может быть. Как удалось выяснить, молодой отпрыск герцогского рода действительно не владеет Даром, а посему кое-какие тонкости может попросту и не знать. Ну что ж… история эта очень долгая.
И поспешим добавить — куда более долгая, чем о том знал даже старый Мастер Моря…
* * *
От звука близкого разрыва, показавшегося в глубине укреплённого форта просто ударившей под ноги тряской и глухой волной, со сводчатого потолка просыпалась тонкая струйка песка и древесной трухи. От неприцельных и случайных попаданий дальнобойных, начинённых шимозой снарядов укрепления пока что спасали…
— Merdie… проклятые япошки, — поморщился мичман Деколь, грязным пальцем брезгливо вытащив из стакана попавшую туда щепку.
Покачав седой от известковой пыли головой, добавил:
— Что ж, господа офицеры — упокой бог душу капитана Борисенко… — и опрокинул в рот сладковатую рисовую водку.
Лейтенант Валтонен собрался было последовать его примеру, но, забывшись, почесал немилосердно зудящую рану на плече. Рука наткнулась на несвежего цвета бинт и лишь скользнула по марле. Сквозь зубы помянув узкоглазых примерно такими же нелестными словами, молодой минный офицер с «Решительного» вздохнул.
— Да, етто короший бил человекк. Бравий морякк, и коммандер не из последних… помянем, коспода… — и тоже выпил свою долю местного, отдающего сивухой пойла.
