— Мсье. — Робко прервал меня он. Не сочтите за бестактность, но… понимаете, меня вызвали к вам не свидание как раз перед обедом. Я думал, что успею вернуться. Но, в связи с этими событиями…
Я поневоле улыбнулся. Война войной — обед по расписанию. Не, нормальный мужик. И, надеюсь, мы поладим. Вот нравятся мне такие людишки, не теряющие головы в нештатных ситуациях. И понимающие, что к чему.
Минутку, мсье. — Я «шмыгнул» в коридор.
Нахватав съестного и не забыв про горячё любимую «Балтику» вернулся.
Было видно, что он удивлён, но проявлять любопытство стесняется. Мы подошли к какой-то лавочке и, смахнув ладонью пыль я стал раскладывать яства на импровизированном столе.
— Ну, за знакомство. — Я отсалютовал жестянкой с пивом и, отхлебнув, протянул руку. — Юрий.
— Морис.
Рука тёплая и довольно таки сильная.
— Тут такое дело, Морис… Мы сейчас как бы и не на Земле. То есть, на Земле, конечно, вот только не на нашей.
Он глянул недоверчиво и, промолвил с набитым ртом.
— Надеюсь, я не сплю.
— Давайте сделаем так. Вы побродите вокруг часик. Я же подожду. Место встречи — Здесь.
Я забрался в Скутер и, поднявшись метров на сто, завис, дабы оставить ориентир, после чего спрыгнул на землю в «кузнечике».
— Залезайте. — Я кивнул на второй модуль. — Очень удобная штука. И управление на интуитивно-понятном уровне.
Морис облачился в «кузнечика» и, спросив взглядом разрешения, сиганул в небо. Что ж, лучший учитель — собственный опыт. Да и, надеюсь, картина мёртвого мира убедит его быстрее слов и видеоматериалов отснятых в прошлые посещения.
Мне не очень хотелось вновь наблюдать безрадостную картину и, выбравшись из прыгунка, я неторопливо побрёл вдоль улицы, подфутболивая разный хлам, попадавшиеся под ноги. Затем, вернулся к скутеру и уселся в позе лотоса прямо на землю. И закрыл глаза, постаравшись выбросить из головы все мысли и отрешившись от внешних факторов…
— Юрий. — Взволнованно говорил Морис. — Откуда вы взялись? Ведь только что на улице никого не было.
— Прости, Морис. — Устало потёр я виски.
— Откуда вы взялись? Ведь только что на улице никого не было.
— Прости, Морис. — Устало потёр я виски.
Наверное, расслабившись, не заметил, как «перешёл».
— Вы чем-то расстроены?
— Да нет… Скорее, просто вымотался…
Я стоял перед французом, и готовился отвечать на вопросы. И они не заставили себя ждать.
— Это… Это всё реально? — Пролепетал он.
— Более чем.
Видимо, от избытка впечатлений, он, сжав кулаки, стал надвигаться на меня.
— Немедленно верните меня назад! — Потребовал он, и в голосе звучала недвусмысленная угроза.
— В тюрьму? — Пошутил я.
— А хоть бы и в тюрьму. — Процедил сквозь зубы.
И, замахнувшись, попытался заехать мне в нос. Я перехватил руку и, проведя подсечку, аккуратно уложил парня на мостовую.
— Будет вам, Морис. — Устало буркнул я. — Только драки нам не хватало. Да и, если вдруг пришибёте ненароком, как назад-то попадёте?
Но он, словно устыдившись опрометчивых действий, насупился и пробормотал.
— Извините. Просто, всё это так… так…
Что ж, я прекрасно понимал его чувтва. Тогда, два с лишним года назад, «выйдя» с Ленкой в этом мире, чтобы отдохнуть от однообразия коридора, я был шокирован не меньше. Но я же был в общих чертах осведомлён, что «мы не одни во вселенной». Так что, нисколько не обижался.
Я подал ему руку и он встал, отряхиваясь.
— Залезайте. — Махнул я рукой в сторону одного из катеров. — И держитесь за мной.
Мы летели на северо-запад, и я любовался рельефом. Надо сказать, что более пятидесяти процентов здешних мест занимают горы. Не очень высокие, но с характерной особенностью, выраженной в чередовании хребтов средней — до четырёх тысяч — высоты, над которыми возвышаются отдельные вулканы, с разделяющими их широкими межгорными впадинами. Сами понимаете, что в моём мире я ни разу не был в этих местах. Но псевдопамять, усиленная мозгом скутера подсказала, что вон та, покрытая снегом вершина, соответствует у нас «пятитысячнику» вулкану Демавенд. Пять тысяч шестьсот четыре метра, если быть точным. И, глядя на обезлюдевшие места, которые в недалёком прошлом населяли люди более чем тридцати национальностей, я снова разозлился на зеленомордых.
Уже на подлёте к европейской части, Морис поинтересовался.
— Юрий, мы можем посмотреть на здешний Париж?
Мазохист хренов. Но, должен сказать, что в тутошний Париж я и сам не посещал, на что имелись особые причины.
— Что ж, давайте заглянем. — Согласно вздохнул я.
— И что для этого нужно? — В его голосе звучала какая-то обречённость.
— Просто представьте, куда бы вы хотели попасть. — Посоветовал я. — Эта железяка умная. Так что действуйте.
А сам пристроился в хвост.
— Какими судьбами вас занесло в эти края? — Задал я вопрос минут через пять.
— Исследовательская работа. В этом регионе множество различных языковых групп. Фарси, арабский, идиш. Я пытался доказать из происхождение из древнеперсидского.
Я не сдержал любопытства.
— А в заключение как попали?
— Ну… Был грех.
— Не стал отпираться Морис. — Но я ничего не крал. Мне предложили — я купил.
— Дорого заплатили?
— В том-то и дело, что очень дёшево. Прямо таки за бесценок. Относительно, конечно. — Тут же поправился он.
— Ага, — подначил его я, — небось, сами же продавцы и стукнули.
— Вы знаете, я тоже об этом думал. Уж больно всё было… — И последовал глубокий вздох.
Причём непонятно, то ли он сожалел о прошлом, то ли ахнул, поражённый видом Tour d»Eiffel* (*Эйфелева Башня. фр.), показавшейся вдали. Хотя, возможно, здесь её обзывали как-то по-другому, ибо внешне она несколько отличалась от своей сестры у нас дома. Но, должен вам сказать, что ненамного.
Мы снизились у подножья и Морис, стиснув зубы и со слезами на глазах, отправился в печальную экскурсию. Я же, оговорив время встречи, «ушёл» в коридор. Ну не хотелось мне видеть мёртвым Париж, с которым у меня связывались такие прекрасные воспоминания. Да и дождь, как назло собрался. Так что, сами понимаете, В Дромосе я себя чувствовал как-то уютнее.
— «Quid sum miser tunc dicturus? Quem patronum rogaturus, cum vix justus sit securus»*? (*Что же буду делать я, грешник, какого покровителя умолять о заступничестве, если даже праведник будет нуждаться в снисхождении?) — Такими словами встретил меня Морис, едва я «проявился» снаружи.
Пропустив умничанье мимо ушей, я поинтересовался.
— Ну как, насмотрелись?
— Насмотрелся. — Подтвердил он. — И, я очень боюсь, чтобы это не оказалось навсегда. Вот пришёл сюда, а вас нет. И вдруг представил, что так и останусь здесь. Один. Среди всех этих мертвецов.
— Жутковато? — Посочувствовал я.
— Не то слово.
— В Москве, здешней разумеется, работают наши исследователи. Так что, ежели заблудишься — Милости прошу. Но, вообще-то, полетели. А то общество и так заждалось. — И, пресекая попытки полюбопытствовать, выставил перед собой ладонь. — Все вопросы — потом.
А мысленно добавил. — «Надеюсь что не ко мне».
Эх, давно надо бы FAQ (Frequently Asked Questions — Часто Задаваемые Вопросы) составить, специально для таких случаев.
Мы летели на восток, и Морис хранил молчание. Я тоже не стремился завязать разговор, ибо все его чувства уже один раз пережил. И не появилось никакой охоты повторять пройденное.
