У Семёна Викторовича всё было в порядке. Никто не пытался оспаривать его авторитет, да и бандитов, подобных Чёрному Сэму на горизонте не предвиделось.
— Теоретизирую, знаете ли. — Смущённо хихикая, сообщил он.
— И, что же это за теории? — Живо поинтересовалась Ленка.
Когда-то, давно, когда всё ещё не зашло так далеко, и главой частного предприятия был я, Виктор полюбопытствовал:
— Каких наук профессор Семён Викторович?
Ничтоже сумяшеся я отшутился, махнув рукой:
— Он сумасшедший профессор. Универсал.
Сдаётся мне, что в каждой шутке, таки есть ма-аленькая доля правды.
9
— Дело в том, молодые люди, что любая выдвинутая нами теория будет основана на заимствованных у классической физики концепций пространства-времени. — Профессор, словно перенёсся на несколько лет назад, и снова находился в аудитории. — Но, для объяснения паранормальных явлений, все они гм-м… я бы сказал, несколько устарели. Ведь, если разобраться, они ни на йоту не приближают нас к пониманию телепатии, не проливают свет на перемещение предметов на расстоянии, я у ж не говорю, о Вашем, без сомнения реальном феномене.
Время от времени задумываясь над этой проблемой, я всегда удивлялся тому факту, что энергия и информация, являющаяся, согласно моей теории, одним и тем же — рассматриваются под двумя совершенно различными углами зрения.
Наши, несомненно, заслуживающие уважения, преподаватели физики учили нас этому, но сами никогда не дали себе труда задуматься о последствиях такой практики. И вот, мы имеем, что имеем. Суп — отдельно, а мухи — отдельно.
А ведь ещё французский физик Коста де Борегар писал относительно взаимосвязи этих физических величин: «Должно быть, в природе вероятности существует нечто, обеспечивающее действенную связь между объективным и субъективным, между материей и духом».
Я не был знаком с прославленным французом и, кажется, не много потерял. А объяснения профессора, запутывали меня всё больше и больше, ставя более-менее привычный мир с ног на голову. Однако, тем не менее, Ленка слушала с глубоким интересом, а у Программера уже загорелись глаза.
И Семёна Викторовича, который уловил интерес во взглядах слушателей, понесло:
— Синхронность событий и всевозможные совпадения, которыми изобилует наша жизнь, наводят на мысль, что мир организован скорее как база данных компьютера, в которой файлы расположены случайным образом, чем библиотека с последовательно расставленными книгами. Как в нынешнем понимании выглядит четырехмерная Вселенная традиционной физики.
Я постарался съёжиться, и бочком-бочком начал продвигаться к выходу. Но на плечё мне легла Ленкина рука.
— Сидеть!
А Лёнька, стараясь облегчить профессору задачу, принялся объяснять «на пальцах»:
— Если, допустим, представить, что четвёртое измерение, называемое временем, на самом деле отсутствует, то наш мозг воспринимает события ассоциативно. Так, как это делают современные компьютеры. Пользователь «вызывает» нужные ему записи, прибегая к ключевым словам — управляющим командам. И, если теория Профессора верна, — лёгкий полупоклон в сторону Семена Викторовича, — то мы живем скорее в неком подобии ассоциативной Вселенной, системного программиста, чем в «последовательной» Вселенной физика, взявшего на вооружение классическую идею пространства — времени. И тогда все твои «чудеса» перестают восприниматься как события иррациональные.
Казалось, что мой очумелый вид должен сказать сам за себя, но, по видимому, это было очевидным только для меня.
— Ребята, может, я пойду, а? — Жалобно проблеял я.
Но, к несчастью, они думали обо мне лучше, чем я того заслуживал.
— Сидеть! — На этот раз в Ленкином голосе явно звучали Иннины нотки.
А Лёнька, ободрённый благосклонным кивком Профа, продолжал гнуть своё:
— Ещё в 1957 году Хью Эверетт и Джон Уилер из Принстонского университетат предложили «многомировую интерпретацию» квантовой механики. В рамках этой концепции Вселенная непрерывно разветвляется на альтернативные реальности.
Ну, слава Богу, хоть несколько понятных слов в этой абра-кадабре!
— Совершенно с вами согласен, коллега. — Подал голос проф. Ого, уже, коллега, видали! — Пространство и время могут быть адекватными понятиями, чтобы начертить путь локомотива в графическом изображении, но практически абсолютно бесполезны для объяснения нашего феномена. — И, уже обращаясь ко мне, пояснил: — Пространственно-временные координаты ведут начало от графического представления. Если бы человечество изобрело компьютер до линованной бумаги, сегодня наши суждения о Вселенной могли бы быть совершенно иными. К тому же, в последние годы появились новые, невероятные и более плодотворные идеи. И, согласно им существует гораздо большее число измерений. Хотя, в этом мы успели убедиться на практике. Самые интересные результаты вытекают из теории «суперструн», появившейся в 70-е годы.
И, согласно им существует гораздо большее число измерений. Хотя, в этом мы успели убедиться на практике. Самые интересные результаты вытекают из теории «суперструн», появившейся в 70-е годы. Многие физики-теоретики, работающие сегодня в этой области, полагают, что Вселенная родилась из неустойчивого десятимерного ядра. По мнению Таку и Трейнера, «шесть измерений свернулись, оставив нетронутой нашу четырехмерную Вселенную».
Мать моя женщина! Во встрял, так встрял!
— И что нам со всем этим делать?
Вопрос прозвучал совсем уж по идиотски, но недаром же все мы, вольно или не вольно, приписываем другим собственные качества. И меня снова приняли за умного.
— У меня есть мнение, что «гости», посетившие нашу планету два года назад и немногим раньше уничтожившие Землю-2, прибыли вовсе не из глубин космоса.
— И, откуда же?
— Я думаю, из какого нибудь мира, подобного любому из «наших». Согласно теории вероятности, развитие их науки могло пойти несколько иным путём. И, то, что в нашей реальности доступно единицам на чисто интуитивном уровне, поставлено у них на промышленную основу.
— А зачем тогда космический корабль?
— Вероятно для того, чтобы достигнув световой скорости, совершить первый «прокол» континуума. А уж затем, устанавливаются врата и всё. Ещё один колонизованный мир к их услугам.
— Но, ведь Виктор, то есть, я хотел сказать, Генерал, отправил им «подарочек».
— Ну, в общем да… Но, думая над этим, я пришёл к выводу, что мало вероятно, чтобы в двух параллельных измерениях возникли идентичные условия, приведшие к созданию подобных смертоносных технологий. В то время как моя теория объясняет это более-менее достоверно.
— Но боеголовки-то где-то взорвались?
— Несомненно. И, боюсь, это-то самое плохое. Ведь, ни один нормальный человек не станет всё время отправляться с центральной планеты. И, как мне кажется, заселение происходит постепенно. Из Мира в Мир.
— Так что, они могут прийти и сюда?
— Кто знает, как составлен их поисковый алгоритм. Но, если есть хоть малейшая вероятность этого, то надо продолжать работать в этом направлении.
Вот так вот. В сошедшей с ума Вселенной, подобно клёцкам в супе плавает то, что я называю реальностями. А на клёцках этих живут микробчики. Ма-аленькие такие. И, вот, одним микробчикам стало тесно, на обжитом кнедлике и они решили заселить другой…
