Но, в то же время Возрожденный встанет против предопределения и, несмотря ни на что, вновь дарует нам СВЕТ!
Плачьте, о люди! Рыдайте, и радуйтесь своему спасенью».
Мне снова плеснули водой в лицо и, холодная и мокрая, она потекла за шиворот. Вскочив, я недоумённо уставился на Ольгу а та, вся дрожа, со страхом смотрела на меня.
— Вы… вы так кричали.
Так…
Я поднялся и направился к ручью. И, в самом деле. Что-то часто в последнее время мне стал сниться всякий бред. Может, это частота «переходов» повлияла? Или все мы, по определению, «ку-ку»?
Сон был настолько отчётливым, что я мог повторить каждое слово, каждую мысль, до сих пор звучавшие в мозгу. На этот раз я помнил, что приснился самому себе в роли пророка. Стоя на каком-то валуне, вещал кучке людей весь этот бред. Но, что самое неприятное, у всех моих слушателей были зеленоватые лица.
Или, меня до сих пор подсознательно мучает происшедшее на Земле-2? Вот и обдумываю интуитивно коварный план изничтожить подлого врага?
После всего пережитого, понял, что заснуть всё равно не смогу, и стал потихоньку собираться. Если не очень торопиться, то как раз к рассвету будем готовы выехать.
Ольга молчала, да и у меня, если честно, никакой охоты трепать языком не возникало. Весь день ехали через горы но, по счастью, никаких моджахедов в поле зрения не наблюдалось. Пики и кряжи, вздымавшиеся по обе стороны иззубренными стенами серо-коричневого цвета, создавали угнетающее впечатление, и невольно наводили на мысль о коварстве аборигенов и притаившихся за ближайшим поворотом засадах. Но, как видно, мы уже заплатили входную пошлину и Злой Бог, отвечавший в этой местности за военные действия, престал обращать на нас внимание. Иногда, бросая на Ольгу косые взгляды, я видел, что она улыбается но, так как молчание не прекращалось, не спешил относить её хорошее настроение на свой счёт.
Ближе к сумеркам горный ландшафт уступил место холмам. С округлыми и словно сглаженными вершинами, они тесно стояли, поросшие редким кустарником и какими-то деревьями с кривоватыми стволами. Дорога как-то вдруг сошла на нет, превратившись в узкую тропинку, наподобие тех, по которым чабаны гоняют отары. В одной из впадин, меж холмов мы увидели такого пастуха, сидящего возле костра. По мере того, как мы приближались, он всё больше и больше напрягался и, в точке наибольшего сближения, метрах в тридцати, встал в полный рост, недвусмысленно сжимая в руках ружьё. Вряд ли он мог быть нам полезен и, не останавливаясь, мы проехали мимо.
Немного погодя показались поля, врезанные наподобие террас в некоторые холмы. Подобно гигантским ступеням, они колосились какими-то злаковыми но, в силу позднего времени, были пустынны и безлюдны.
Уже почти совсем стемнело, когда мы увидели первые городские огни. Рассудив, что в столь поздний час вряд ли мы встретим радушный приём в незнакомом городе, я остановил машину. И мы снова стали разбивать лагерь. Олька, вооружённая мною пистолетом, отправилась набрать хвороста, а я принялся устанавливать палатку для дамы. Сам же, как и в предыдущие ночи, намеривался ночевать возле костра в спальном мешке.
Если честно, я побаивался, что меня опять посетит кошмар но, тьфу, тьфу, тьфу, дрыхнул как младенец. Даже, по-моему, снилось что-то приятное. Жаль только, не помню что. Но, всё равно, продрал глаза я в прекраснейшем настроении и, так как ручьёв поблизости не наблюдалось, «сходил» к водопаду. Балансируя на одном из валунов, умылся и набрал воды, чтобы взять с собой. Как ни странно, но ставший в последнее время таким привычным рёв действовал успокаивающе. Или, быть может, это общие свойства коридора приводили меня в норму, излечивая от психопатии и приводя в божеский вид? Во всяком случае, «выйдя» я удостоился комплимента по поводу.
— Хорошо выглядите, Юрий! Сон явно пошёл вам на пользу.
Я скромно потупился и еле сдержался, чтобы не шаркнуть ножкой. Ещё подумает, что подлизываюсь. Но, как видно, Олька не умела долго злиться и встретила улучшение моего самочувствия с явным облегчением. Вообще-то, я её понимал.
Вообще-то, я её понимал. Ну, ещё бы. Забраться чёрт знает куда с практически незнакомым человеком и вдруг обнаружить, что у того явные отклонения от нормы. Любая бы потеряла самообладание. Так что, Олька молодец. Или молодица? Да, какая к чёрту разница.
Пока я совершал утренний моцион, девушка уже разожгла костёр и моя вода пришлась как раз вовремя. В ожидании чая я раскрыл шкатулку, прихваченную «оттуда» неизвестно зачем и принялся разглядывать осколок стеклянного камня.
— Откуда ЭТО у вас?
Голос девчёнки звенел, а по лицу разлилась мертвенная бледность.
Я пожал плечами.
— Да так, приобрел по случаю.
— Не лгите! — Она в упор смотрела на меня и глаза, казалось, метали молнии. — Вы не могли это купить по случаю.
— Как это не мог?! Да, если хотите знать, я полчаса отнекивался, прежде мне практически насильно всучили эту дребедень. И, вообще, если хотите — пожалуйста.
Я протянул ей странной формы кусок стекла, но она в ужасе отшатнулась.
— Нет, уберите!
— Да что происходит, чёрт возьми? Или вы решили составить мне компанию, и тоже съехали с катушек? А то я удивляюсь, почему это всё тихо-мирно с утра.
Но, отодвинувшись на метр, Олька заметно повеселела и принялась объяснять:
— Согласно преданию, нигде, впрочем не афишируемому, этот осколок является половинкой целого. В это практически никто не верит, да и легенда известна только узкому кругу специалистов. Но вот что странно. Перед тем, как ознакомить каждого из нас с этим мифом, со всех взяли подписку. Знаете, типа «перед прочтением уничтожить». И ещё… В течении трёхсот лет действует положение о награде тому, кто не то что найдёт, а даже просто укажет ЛЮБОЙ след, ведущий к этой, по вашим словам, безделушке.
— Сколько дают-то?
Она посмотрела на меня с сомнением и назвала сумму. Видимо, ей таки удалось произвести впечатление, так как спустя с пол минуты, она в точности повторила жест, который когда-то, в моей московской квартире сделала Инка.
Подошла и, как можно деликатнее установила пальчиком на место мою челюсть.
— Так и вывихнуть недолго!
Да, хитромудрый торговец сам себя перехитрил. Ведь даже запрошенные им золотые были карманными деньгами младшей школьницы по сравнению с обещанной кем-то огромной суммой.
— Скажите, Ольга. А какова вероятность подделки? Ну, допустим, прослышали народные умельцы про награду, и давай, пусть и кустарным способом, но зато в массовом порядке, шлёпать изделия пользующиеся спросом.
Но она лишь покачала головой.
— Во-первых, об этом, как я говорила, знает лишь узкий круг специалистов. Да и потом, легко проверить. Если это действительно интересующий нас артефакт, то его нельзя уничтожить.
Насколько я знаю, самй твёрдый минерал — алмаз. Но и тот поддаётся обработке. К тому же, в моём мире самый крупный подобный «булыжник» по имени «Куллинан» весил 621,2 грамма или 3106 карат. И стоит знаменитый камешек ни много ни мало а 290 миллионов «наших» родных американских долларов. В этом же куске стекла грамм семьсот. То есть, я сейчас держал в руках эквивалент более чем 100 тонн чистого золота высочайшей пробы!
