Взбодрившись холодной водой, и выпив кофе, снова обрёл в глазах любимой статус мужчины. Нет, нет, не подумайте, никто не говорил мне тёплых слов и не пытался преданно заглянуть в глаза. Всё обстояло гораздо прозаичней, и запрягли меня как ломовую лошадь. Все свёртки, пакеты и пакетики из холодильника снова перекочевали в багажник «Мерса». И тут выяснилось, что все ждут только меня.
— Хватит, Инка, совсем беднягу загоняла. Давай я поведу.
Я благодарно взглянул на Лену, но та уже уселась за руль.
— Куда едем-то?
— Вот те раз, — деланно удивилась ведьмочка, — совсем мозги отпил?
— К Рае. — Коротко бросила Лена. — И взглянула на меня внимательней: — Что-то произошло?
— Угу-м.
Но просто так соскользнуть с крючка не удалось. Боярыня Земцова притормозила и повернулась ко мне всем телом. Куда ж ты денешься, с подводной лодки?
— Был гость из Сен-Дени.
Видно, в голосе у меня сквозила вселенская тоска, так как Ленка поинтересовалась:
— Дубль?
— Да.
— И… Что-то серьёзное.
— Кто ж его ведает. По мне — так дело яйца выеденного не стоит. Но ты же знаешь «Аббата».
— В чём дело-то?
— Да так.
— В чём дело-то?
— Да так. Два отморозка каких-то бакалейную лавочку грабанули. Психи полные. Начали палить, и зацепило какого-то прохожего.
— Насмерть?
— Наверное. Но вот что странно. Я встретил дураков на подходе и слегка вломил обоим. Так нет же. Дальновидный наш настоял на «возвращении», блин. «Цель высшая моя, что б наказанье преступленью стало равным». Законник хренов.
— И гордая и свободолюбивая натура не смогла вынести позора. — Это уже Мисс Ирония со свежеотчеканенной монеткой, достоинством в пять копеек.
Ну, чего ещё ожидать от стервочки? И никуда не денешься ведь. Любовь, знаете ли.
— Не бери в голову, Юра. В конце концов, он гораздо мудрей всех нас.
— Тоже мне, отец основатель.
— По моему, пять тысяч лет дают ему такое право.
— Сколько? — Я слегка обалдел.
— Ты что, не знал?
— Ну, мы пару раз говорили на эту тему. Сначала он сказал, что ему сто сорок пять. А потом и вовсе отшутился.
— М-да. Но, надеюсь, ни в чём предосудительном ты его не подозреваешь?
— Подозреваю, причём во всех смертных грехах сразу.
— Ага. По улицам слона водили, как видно, напоказ. — Инка никак не желала проникнуться серьёзностью момента и сравнивала меня с Моськой.
— Да замолчи ты.
— Вот-вот. — Картинно возмутилась чертовка. — Мужской шовинизм в чистом виде!
— Всё, хватит. — Отрезала Ленка голосом боярыни Земцовой. — Да и добрались уже. Так что, быстренько освежили в памяти светлые мысли и поярче улыбнулись.
— Тётя Лая. А мы в гости плиехали.
Раиса прямо светилась радушием, и малыши тут же оказались у неё на руках. Женщины по очереди перецеловались, я же, как подобает мужу сестры, чинно облобызал ручку. Всё-таки Рая молодец. И, вопреки моим опасениям, никакой обиды на меня у неё не возникло. В общем — нормальная баба. Иной раз, доведённый Инкой до белого каления, в сердцах жалел, что это не она одна из нас. Но — увы. Хотя, иметь такую женщину в качестве родственницы тоже неплохо. Чем-то они с Ленкой похожи. И, хоть внешне Рая практически неотличима от Инны, содержанием значительно разниться с сестрой. Есть в ней какая-то спокойная умиротворённость. И, находясь рядом, я невольно чувствую себя маленьким мальчиком. В общем — женщина мать.
— Заходите, заходите в дом.
Мы вошли во двор и поднялись на крыльцо. Инна настояла, чтобы Рая, к тому времени вышедшая замуж, переехала в новый кирпичный особняк. При всей её стервозности, жадиной Инка никогда не была и, покупая жильё для сестры, не поскупилась. Да и Рая молодец. Никакой тебе ложной гордости, типа «я не могу» да «мне не удобно». Семья есть семья. Мне в этом отношении нравятся итальянцы. Клан — это всё. А уж потом идут Государство, Родина и, в любом случае неблагодарное, человечество.
Пока я так размышлял, женщины споро накрывали на стол. Тихонько зайдя в одну из комнат, «достал» из коридора баночку пивка и, похмелившись, улёгся на диван. Нужен буду — разбудят. Поспать, в самом деле, необходимо. А то вчера я что-то увлёкся этим делом. Злоупотребил, можно сказать…
— … нормально. Мелюзга днями не вылезает из озера и, мне кажется, плавать научилась раньше, чем ходить. К тому же, сама понимаешь, в отсутствие электричества есть шанс вырастить здоровое потомство.
Я потряс головой, отгоняя остатки сна. За окном смеркалось и застолье, по-видимому, начали без меня. Судя по тону и теме разговора, ужин давно завершён и все пьют чай с чем нибудь вкусным. Решил было надуться и, ввалившись в гостиную малёк испортить идиллию. И тут же остановил сам себя. «Тебе же дали покемарить, голову больную вылечить. Так что — цени». Посмотрев на ситуацию под таким углом, пришёл к выводу, что за праздничным столом вполне обойдутся без меня, и почухал в затылке. Куда себя, любимого, деть не представлял совершенно. Путь из спальни, так или иначе, пролегал через обозримую из трапезной полосу, а потому «шагнул» на берег реки. Разделся и полез в воду. Хо-ро-шо! Поплескавшись минут пятнадцать, повалялся на берегу, обсыхая и взял из кучи велосипед. И, в самом деле, сколько той жизни?
За прошедшее время мы с Ленкой накатали вполне осязаемую дорогу. Так что педали крутились легко, и на душе было спокойно. Вот и лагерь в месте «перехода» на Землю-2. Пяток космических катеров, да десяток «кузнечиков», как «закрытых», так и облегчённых делали его очень похожим на собрата, что находился в скольких-то километрах вверх по реке. Колёса брошенного велика ещё продолжали вращаться, а я, забравшись в модуль, уже оказался «снаружи».
Так, где это я? Чтобы сориентироваться, свечёй взмываю вверх и зависаю, ищя глазами огни. Ага.
Базовый лагерь так и остался на месте стоянки корабля, унесённого Ленкой на «нашу» Луну. Желания поселиться в мёртвом городе ни у кого не возникло и как-то так получилось, что за два года здесь вырос целый посёлок. Если не ошибаюсь, сейчас дежурство одного из «плюшевых мишек». И как раз наиболее мне симпатичного, Сергея. Иван, конечно, тоже мужик что надо, но я всё никак не могу забыть его попытки приударить за Инной в первый же день знакомства. Так что, некоторая натянутость в отношениях всё же существовала.
Плавно опустившись, я тут же был окружён «аборигенами». На лицах у многих читалась тревога.
— Привет! — Серёга крепко пожал мне руку. — Случилось что?
— Да нет, ребята. Просто хандра напала. А вы — самое ближайшее стойбище первобытного человека.
— А-а. — Вздох облегчения.
— Ну, как вы тут?
— Нормально. В основном занимаемся наблюдением. Ну, иногда экскурсии устраиваем. На той неделе в местную Германию слетали.
— Ну и?..
— Да… всё то же. Экономически они практически не отличались. Да и в культурном плане, ты же сам знаешь. Единое человечество.
— Не надоело?
— О чём ты? Если б можно, с радостью остался бы здесь навсегда.
— Нельзя, ты же знаешь. Вы и так, словно на переднем рубеже.
— Все мы на рубеже. В конце концов, «у нас» ведь Эти тоже побывали.
Серёга находился с нами в момент атаки на корабль-разведчик и прекрасно понимал, о чём говорит.
— Кстати, открой военную тайну…
Он вопросительно взглянул на меня.
— Со мной Виктор молчит, как рыба об лёд, так, может, хоть ты скажешь.
