Флавиан молча развёл руками: дескать, увы, это так.
— А что касается Завета Коннора, — продолжал Стоичков, — то тут я согласен с тобой. Нам следует повременить с решением о его обнародовании до встречи с Кейтом. Полагаю, его рассказ нам многое прояснит… Однако ты говорил о двух соображениях. Какое же второе?
— Второй вывод напрашивается сам собой. Мы ошибались, считая Кейта всего лишь соглядатаем Хранителей. Коль скоро он сумел открыть портал, коль скоро именно ему было поручено найти путь в наш мир, значит он сам и есть Хранитель. А стало быть, его сестра тоже… Если, конечно, дар Хранителей наследственный, а не благоприобретённый, как у друидов.
— Вполне вероятно, — согласно кивнул Стоичков.
— Но как же так? — произнесла Марика и в растерянности посмотрела сначала на Стэна, а затем на Стоичкова.
— Кейт и Джейн всегда казались мне обыкновенными людьми. Я не обнаружила у них никакого дара.
— Ну и что? — отозвался Флавиан. — С друидами то же самое. Их дар нельзя обнаружить, пока они не приступают к колдовству. Если бы у них была нормальная внешность, они были бы неотличимы от обыкновенных людей. Возможно, для нас заметен только родственный дар. А в Завете Коннора ясно сказано, что магия Хранителей сильно отличается от нашей.
— В самом деле, — поддержал его Стоичков. — Наверняка в твоём присутствии Кейт и Джейн вели себя крайне осторожно, чтобы не выдать своей истинной сути. Так что не расстраивайтесь, Марика, и не обвиняйте себя в слепоте. Если бы их дар можно было увидеть, вы бы обязательно увидели его… И кстати. Каким-то образом Кейт должен был следить за вами. Вы не замечали ничего подозрительного?
Марика покачала головой:
— Нет. До того, как он сам открылся мне, я ровным счётом ничего не замечала. А когда я узнала о Хранителях, то сразу же тщательно обследовала портал Коннора. С ним всё в порядке, ни малейших следов постороннего вмешательства я не обнаружила. И во всём подземелье я не нашла никаких магических предметов.
— А его подарки? — спросил Флавиан с тщательно скрываемыми, но не до конца скрытыми нотками ревности в голосе. — Он же дарил тебе всякие безделушки?
— Дарил, — без всякого смущения, а скорее с вызовом, подтвердила Марика. — Многие мужчины дарят мне подарки и будут дарить впредь. Тебе придётся смириться с этим… Впрочем, ладно. Я осмотрела все подарки Кейта. Я осмотрела вообще всё, что ношу на себе и с собой. Также я осмотрела всё, что носит Алиса — ведь в последнее время она тоже пользовалась порталом.
— И что?
— Ничего. Абсолютно ничего.
— М-да, — произнёс Стоичков. — Если Кейт и использовал какой-то талисман, чтобы следить за вами, то, судя по всему, он его уже забрал или подменил на совершенно безобидную вещицу.
— Или это сделала Джейн, — вставила Алиса. — До нашей ссоры три месяца назад мы с ней часто менялись украшениями.
— Возможно и это. Надеюсь, через два дня мы всё выясним. А сейчас… — Стоичков сделал паузу, подался немного вперёд и внимательно посмотрел на Марику. — Сейчас меня волнует другое. Если Кейт и Джейн действительно Хранители, то их исчезновение должно было сильно взбудоражить всю их братию. А между тем, никакой явной реакции, кроме письма госпожи Уолш, нет. Это странно. Ведь по здешнему времени прошло уже две с половиной недели; и если раньше мы могли успокаивать себя тем, что Хранители не слишком обеспокоятся из-за бегства своих слуг, то теперь… В общем, Марика, я считаю, что пора распечатать пакет.
— Но…
— Погодите. Пожалуйста, не перебивайте меня. Я понимаю, что это личное письмо. Но обратите внимание: это личное письмо Хранителей. Разница есть — и большая. Что бы ни было в этом письме, оно затрагивает и наши интересы, поскольку касается дел Хранителей, пусть даже их личных дел. Госпожа Уолш полагала, что вы помогли Кейту и Джейн бежать. Это было не так; и тем не менее оказалось, что в некотором смысле она права. Ребята попали в наш мир — хоть и без вашей помощи. Теперь мы должны знать, почему их мать так уверена, что они находятся в нашем мире, почему она не сомневается, что вы помогли им, почему, наконец, она считает, что её дети не погибли, не были похищены… гм, не заблудились в лесу — а именно бежали. И от кого бежали. Я не сомневаюсь, что кроме личного, действительно личного, там будет сказано и о том, как остальные Хранители восприняли их исчезновение.
А это уже не личное! Понимаете?
— Да, понимаю…
— И кроме того, госпожа Уолш просила не читать письмо лишь в том случае, если вы не знаете, где Кейт и Джейн. Разве не так?
— Ну, если понимать буквально…
— Теперь вы знаете, где они. И сможете извиниться перед ними, что прочитали адресованное им письмо. В конце концов, госпожа Уолш не запрещала вскрывать пакет, если вам известно, где находятся Кейт и Джейн. Верно?
Алиса ухмыльнулась и молча покачала головой. А Марика робко произнесла:
— Но ведь осталось всего два дня. Можно и подождать.
— Нельзя ждать, девонька, поймите это. Вдруг Кейт и Джейн задержатся в дороге? А время не ждёт. Я не настаиваю, чтобы вы прочли нам всё письмо целиком. Прочтите его сами — а потом скажете нам то, что сочтёте нужным. Или пусть это сделает Алиса.