— Весьма правдоподобная теория. — Принц Кинтэлл радостно улыбнулся, как будто Яма уже победил дракона.
— Черт меня возьми, если я хоть что-то понял. — Недовольно скривился Олаф.
— Ну и нечего забивать себе голову всей этой метафизикой! — Хлопнул его по плечу Максим.
— Он имеет в виду, что дракон не сумел изменить уровень реальности и переместиться в параллельное Измерение. — Попыталась объяснить Дилафисса. — Это значит, что Крахторот не может покинуть этот мир иначе, чем через Врата Между Мирами. А Врата, видимо, заперты, поэтому-то он и находится на одном месте, пытаясь их открыть.
— Короче, дракон не может смыться, и скоро мы его увидим! — Перевел все вышесказанное на доступный язык Олаф.
Но вскоре поступила новая информация.
Сначала Криннофиллис словно к чему-то прислушался, а потом, едва сдерживая радостное возбуждение, произнес:
— Поправьте меня, если я ошибаюсь, но, кажется, я ощутил ауру короля Эллчагра!
Принц Кинтэлл мгновенно вошел в сеанс «дальнословия», пытаясь связаться со своим братом. После нескольких безуспешных попыток он сдался:
— Ничего не получается. Странно. Дракон тут ни при чем. Он больше не экранирует мысли Эллчагра. У меня возникло такое чувство, что и дракона, и моего брата обволокла со всех сторон некая могущественная аура. Я могу ощущать их присутствие, но связаться с ними невозможно.
— Их блокировали местные жители? — Предположил Ломилирн.
— Не похоже. — Кинтэлл покачал головой. — Что-то иное. Абсолютно непоколебимое. Если бы ЭТА СИЛА захотела, она полностью скрыла бы от нас Эллчагра и Крахторота. Но их следы оставлены для того, чтобы мы не сбились с дороги. Нас ждут.
Эльфы выслушали эти слова и заметно занервничали.
Яма хитро улыбнулся.
— Ты что-то знаешь? — Шепотом спросила у него Яна.
— Догадываюсь. Думаю, скоро всем нам предстоит удивительная встреча.
— А конкретнее? Есть какая-нибудь опасность?
— Нет. Скорее, наоборот. Пусть это станет для всех сюрпризом.
— Сюрпризы, сюрпризы. — Расслышавший последнюю фразу Олаф неодобрительно нахмурился. — Ты, похоже, заразился этой болезнью у Лесного Народа.
Максим как-то странно посмотрел вперед:
— Мое чувство опасности молчит, но тем не менее я почему-то взволнован. Это не страх, а… даже не знаю… как-будто предчувствие совершенно невероятного…
— И у меня такое же ощущение! — Удивленно воскликнула Дилафисса.
Видимо, и другие эльфы разделяли ее возбуждение. Без всякого приказа на кораблях началась легкая суматоха, которая обычно предшествует прибытию в крупный город или генеральному сражению. Матросы убрали с палуб лишние бухты тросов, инструменты для ремонта корабля и бадьи для его полива, солдаты подтянули свои доспехи и проверили оружие, канониры заняли места возле орудий. Все как-будто чего-то ждали, к чему-то готовились, хотя, если бы любого из эльфов спросили, к чему именно, никто бы не дал вразумительного ответа.
И, наконец, флотилия приблизилась к тому месту, где, по словам магов, находился дракон. Но пространство между астероидами и соединяющими их спицами оказалось пусто.
— Я никого не вижу! — Сказал Олаф, вертя головой во все стороны.
— Там! — Показал ему Яма.
Все взгляды обратились на тускло поблескивающий свинцовым оттенком шар-астероид. Чуть сбоку от него, так что с флагмана была видна только его верхушка, сиял золотым светом вход во Врата Между Мирами. Но не он приковывал всеобщее внимание.
Ломилирн, не в силах вымолвить ни слова, взмахом руки подал сигнал, и корабли двинулись в указанном направлении. Вскоре все смогли рассмотреть простую и вместе с тем совершенно нереальную фантастическую картину.
Неподалеку от Врат стоял круглый стол, за которым сидели три существа: дракон, эльф и человек. Они пили, ели и мирно беседовали друг с другом. Однако даже землянам стало не по себе от уплотнившейся до почти физического уровня магической энергии.
Криннофиллис и Кинтэлл побледнели и тряслись, как в лихорадке. Остальные эльфы застыли с раскрытыми ртами и выпученными глазами. Только Яма был совершенно спокоен и, казалось, внутренне посмеивается над остолбеневшими эльфами.
— Раньше я считала, что дракон должен быть гораздо больше. — Сказала Яна.
— Он раньше и был больше. Намного больше. — Непослушными губами прошептала Дилафисса Долифандра. — Но на его силу нашлась сила еще большая…
— Наконец-то они догадались! — Расплылся в улыбке Яма.
— О чем догадались? — Повернулась к нему Яна.
— Что тут, черт возьми, происходит?! — Возмутился Олаф.
— Мы удостоились великой чести — увидеть Возрождающегося Бога! — Торжественно объявил Яма.
— Это вон тот, в сером балахоне? — Недоверчиво спросил Олаф.
Несколько эльфов быстро отодвинулись от него в стороны, как будто испугались, что неверующего немедленно поразит карающая молния.
— Я бы на твоем месте не сомневалась в НЕМ. — Сказала Дилафисса. — Ведь это ТВОЙ БОГ!
— НАШ. — Поправил ее Яма.
Дилафисса потупила взор. Давным-давно, в незапамятные времена, эльфы поддержали восстание против Великого Первого Бога. Имели ли они теперь право называть его СВОИМ?
Эскадра вплотную подошла к астероиду, и корабли опустились неподалеку от стола. Только теперь сидящие подняли головы, как будто впервые увидели новых гостей.
Тот, кто носил свободную серую одежду, сделал приглашающий знак рукой. Каким-то невероятным образом на него откликнулись именно те, кому он предназначался. По спущенным на поверхность астероида сходням сошли принц Кинтэлл, адмирал Ломилирн, маг Криннофиллис, Яма Чжи и Максим Фрадов. Если кого-то и удивил этот выбор, то он оставил свои сомнения при себе. В конце концов, нетрудно было догадаться, что на беседу приглашены представители разных миров.
Если кого-то и удивил этот выбор, то он оставил свои сомнения при себе. В конце концов, нетрудно было догадаться, что на беседу приглашены представители разных миров. Даже Яна и Олаф не возражали против того, что честь представлять Землю выпала именно Максиму. Заглянув в глубину своих душ, они поняли, что теперь больше принадлежат другому миру. И еще они поняли, что об этом известно не только им.
Приглашенные подошли к столу, стараясь держаться подальше от дракона. Даже в уменьшенном варианте он представлял собой впечатляющее и устрашающее зрелище. Змеиное тело шестиметровой длины и толщиной с талию взрослого мужчины. Три пары коротких лапок с острыми лезвиями когтей. Одна пара небольших перепончатых крыльев. Темно-зеленая, почти черная, переливающаяся чешуя. И, главное, глаза с узкими вертикальными зрачками. Глаза невообразимо древнего, невероятно мудрого, чудовищно циничного и хладнокровно жестокого существа.
Максим решил, что дальневосточная традиция изображения драконов гораздо более соответствует истине, чем европейская. Поэтому про себя он назвал Крахторота «змеем», что намного точнее отражало внешний вид и внутреннюю сущность врага.
— Присаживайтесь. — Приветливо сказал Возрождающийся, и перед каждым из вновь прибывших появились удобные стулья и набор посуды.
Стол при этом заметно увеличился в диаметре. Приглашенные заняли свои места, но к еде не притронулись, хотя их ноздри и щекотали аппетитные соблазнительные ароматы. Повисла неловкая пауза.
Как-будто не обращая на нее внимания, Возрождающийся откинулся на спинку своего стула и, оглядев собравшихся, произнес:
