— Ну что, попрощался?
— Зачем? Я с ними еще увижусь.
— Действительно, я об этом не подумал. Миш, скажи, как ты относишься к своему напарнику? Не смущает, что девушка?
— Мне она нравиться. Она идет наперекор всем традициям и побеждает. В этом отношении она сильнее меня.
— Опять ты за старое? Давай сегодня не будем об этом. Миша пожал плечами.
— Давай не будем.
— В конце концов, ты согласишься со мной и найдешь свое призвание. И еще спасибо скажешь.
Дед с внуком вышли из училища и направились к стоянке автомобилей. Миша думал о предстоящем путешествии. Сможет ли он ужиться с Наташей? «Ладно», — остановил он себя, — «пусть будущее покажет. Будущее самый лучший судья. И пусть будущее покажет, был ли прав его дед».
Незаметно для себя Миша, уставший от всех переживаний сегодняшнего дня, задремал прямо в машине. Все свои сомнения он оставил на волю будущего.
Глава 3
Утром двадцатого мая Михаил Касатонов вошел в спортивный зал училища, где в это время шли занятия по фехтованию. Курсанты, разбившись на пары, вели учебные бои. Витька Марычев, получив очередной укол от Ахметова, снимал маску. Проигрывать Витька не любил и поэтому оправдывался:
— Что-то у меня сегодня не то настроение. В другой раз я тебя обязательно победю, то есть побежу, в общем, одержу победу. Но поскольку, он говорил подобное после каждого поражения, его никто не слушал. Миша, пока ни кем не замеченный, осторожно подошел со спины к Сашке, занятым, пока в зале не было учителя, тем, что упорно пытался провентилировать помещение с помощью своей шпаги.
— Вертолет изображаешь? — спросил его Миша.
— Иди ты, — лениво отозвался тот и обернулся.
— Ой, Мишка. Привет. И вдруг, словно очнувшись, заорал на весь зал:
— Мишка пришел! Миша тут же отскочил от него, усиленно тряся головой пытаясь избавиться от звона в ушах. Из склада спортинвентаря выскочил учитель фехтования.
— Что за крик?! Вас на минуту нельзя одних оставить. Курсанты, а дисциплины никакой, — и тут он увидел Мишу.
— О, Касатонов, пришел в гости. Не забыл, значит, о нас под бременем славы?
— Звали, Александр Петрович? — тут же вылез Славка Стуков. Раздались смешки.
— Что, кадет Стуков, решили клоуном поработать? Одобряю, вы на эту роль вполне годитесь. Можно сказать, это ваше призвание. И зачем в моряки пошли? Славка, сообразив, что на этот раз объектом насмешек стал он сам, предпочел ретироваться за спины друзей. Александр Петрович повернулся к Мише, которого в это время окружили одногруппники, причем каждый, выражая свои чувства, норовил посильнее хлопнуть его по спине. Миша морщился от боли, но героически терпел.
— Да оставьте вы человека. У него уже вся спина, наверное, в синяках, поспешил спасти своего ученика учитель.
— Да мы так, дружески, — прогудел признанный силач группы Севка Морозов.
— В таком случае, я предпочитаю иметь тебя во врагах. Целее будешь, заявил, глядя на потирающего плечо друга, отбитое Севой, Витька.
— Чего? Предпочитаешь врагом? — повернулся к нему Морозов. Витька дураком не был…
— Я пошутил. Что поделаешь, шуточки у меня такие, — Марычев развел руками, всем своим видом изображая невиновность. Морозов, сдвинув брови, пытался понять, издевается над ним Витька или нет. Не разобравшись, решил просто не обращать внимания.
— Стройся! — раздалась команда учителя, которому надоел тот балаган, в который превратили тренировку курсанты. Кадеты нехотя, но быстро выполнили команду.
— Равняйсь! Смирно! Что вы здесь устроили? Что за гвалт? Если не прекратите, я попрошу Касатонова выйти и подождать перемены. А сейчас разойдись! И что б тихо было! Александр Петрович подошел к Мише:
— Ну рассказывай. Как дела? Как жизнь?
— Нормально, только занят очень. На следующий день после назначения нас сразу и загрузили. То заграничные паспорта оформлять, то какие то бумаги оформлять, то еще что-нибудь. Сегодня первый свободный день выдался и я сразу сюда. Зашел к Владимиру Михайловичу, а он сейчас занят, просил подождать.
— Значит, ты не к нам пришел? — возмутился Славка.
— Совсем о друзьях забыл? Недоверие друга Мишу обидело.
— Я хотел прийти сначала к Владимиру Михайловичу, что бы сюрприз вам сделать. Я договорился с нашим инструктором, который занимается подготовкой к плаванью, и он разрешил мне показать вам яхту.
Я договорился с нашим инструктором, который занимается подготовкой к плаванью, и он разрешил мне показать вам яхту. А у Кононова я хотел попросить вам увольнительную.
— Эх, Стуков, Стуков. Плохо ты о своем товарище думаешь, — укоризненным шепотом, что бы никто кроме Славки не услышал, проговорил учитель. Славка покраснел.
— Если ты не спешишь, не желаешь провести бой? ? обратился Александр Петрович к Мише.
— Я согласен. А с кем?
— Да со мной. Или боишься?
— Я готов.
— Ну тогда иди переодевайся. Ребята освободите дорожку. Пока Миша переодевался, в зале уже все подготовили. Касатонов вышел из раздевалки со шпагой под мышкой и направился в свой конец дорожки. Размялся и надел маску. Предвидя хороший бой, курсанты заняли зрительные места. Витька счел своим долгом, пока его не заставил замолчать Марат, надавать кучу «полезных» советов. Противники приготовились.
— Начали! — раздался сигнал исполняющего обязанности судьи Толи Ветрова. Фехтовальщики, поприветствовав друг друга, начали бой. Миша решил с ходу ошеломить учителя, сразу пошел в атаку, раскрылся и немедленно получил укол. Александр Петрович укоризненно покачал головой, но ничего не сказал. Бой продолжился. На этот раз Миша действовал осторожнее. Сначала он ушел в оборону, попытался отыграться на контратаке, однако слишком увлекся и снова проиграл очко. Собрался, в следующем бою провел умелую, но осторожную атаку, хотя и закончившуюся ничем. Перешел к обороне. Поймал учителя на ошибке, молниеносно уколол. Затем провел такое же быстрое наступление, отбил выпад, атаковал, его шпага еще раз коснулась груди противника. Успокоился, чуть расслабился и заработал третий укол. Оба сняли маски.
— Ты слишком увлекаешься Миша. Твоя первая атака, мягко говоря, была не блестящей. Зато третью и четвертую провел хорошо, молодец. Научись оставаться хладнокровным во время схватке, не увлекайся в атаке, не расслабляйся при кажущемся успехе и у тебя все получится. Ты очень хорошо фехтуешь. В это время зазвенел звонок, и Александр Петрович отпустил всех на перемену. Пятеро друзей, переодевшись, прошли к кабинету Кононова.
— Подождите здесь, — попросил Миша своих друзей и скрылся за дверью. Минут через пять он высунул голову и пригласил:
— Заходите быстрее. Друзья очутились в знакомом кабинете. Владимир Михайлович сидел на своем привычном месте и смотрел на курсантов.
— Касатонов попросил отпустить вас в увольнительную. Но, конечно, кадет Марычев забыл, что он сегодня дежурит, а кадет Кузнецов забыл, что ему сегодня очередной наряд отрабатывать надо. Курсанты нерешительно переминались с ноги на ногу. Спорить было бесполезно.
— Товарищ капитан, — Миша вышел вперед, — Но ведь двадцать третьего у нас пробный рейс. А там остается два дня до отплытия, и посмотреть на яхту они уже не успевают.
— Все понимаю, но сегодня ничего не получится. Нарушать дисциплину нельзя. Мы сделаем по-другому. Завтра после полудня я отпущу всех до трех часов следующего дня. Договорились?
