— Куда? — ахнула я и рванулась из?под помоста.
— Сиди! — прошипела она. Мне показалось, что за плечо меня схватила черная когтистая лапа. Нет, тонкие пальцы и ногти самые обыкновенные.
— Что они говорили?
— Предупредили, что, когда снимут кандалы, он попадет под охрану знака Таура, и посоветовали не дергаться, будет хуже.
— А он?
— Сказал, что понял.
— Будем ждать, пока стража заснет? — я уже стала привыкать к местным нравам.
— Эти не заснут, — вздохнула Мирна. — Это маги?предатели, они перешли на службу к Черному Магистру. Для них казнь Волшебника — подарок судьбы, его сила переходит к ним. Инсилая будут сторожить очень бдительно.
— Казнь? — прошептала я. — Но ведь третьи сутки еще не прошли…
— Они окончатся завтра. Таур дает только три ночи, и последняя на исходе.
И наступило завтра. Зеленое солнце взобралось на серо?стальное небо. Я увидела Инсилая. Он стоял у ворот ратуши, привязанный к столбу, верхушку которого венчала деревянная голова дракона. Никакого эшафота, простой деревянный столб и толстые веревки. Рядом стояли четверо стражников с арбалетами.
Все, больше ждать нельзя. Это последний шанс, потом будет слишком поздно. Сон дал мне подсказку. Маяк на месте, теперь моя очередь действовать. Успокоиться, не бояться, все будет хорошо. Я обернулась к Мирне.
— Сейчас я подойду поближе к Инсилаю и постараюсь дать ему как можно больше сил. Надеюсь, их хватит на то, чтобы разорвать путы и спастись отсюда. Помоги ему, если сможешь.
Она попыталась удержать меня, но я вывернулась из ее рук и вылезла из?под помоста. Площадь очень быстро наводнялась народом. Только начало светать, а уже было не протолкнуться. Что же будет, когда окончательно рассветет? Изо всех сил работая локтями, я стала пробиваться к Инсилаю. Мирна, как тень, шла следом. Открылись ворота ратуши, оттуда вынесли огромную корзину, закрытую черным шелком, и поставили ее у ног Инсилая. Следом вышел Таур в сопровождении трех лучников, одетых, как древние римляне со страниц моего учебника истории. Сам Таур был в длинном серебристо?сером плаще под цвет неба, на голове у него была массивная корона из какого?то зеленовато?черного металла. Толпа смолкла. Магистр чуть заметно шевельнул рукой и ворон, сидевший на его плече, рванулся к Инсилаю. У самого его лица он вдруг обернулся широкой шелковой лентой и черной повязкой упал на глаза Волшебника. Это все. Я опоздала. Таур сел в приготовленное для него высокое кресло и жестом дал команду лучникам. Я была уже совсем близко, когда с корзины сняли покрывало: целая груда золотых стрел. У меня потемнело в глазах от их блеска.
— Где она, твоя Великая Битва?! — шепотом спросила я Мирну. — Тарра ошиблась, и звезды солгали.
— Тарра не ошибается, а звезды не лгут, — спокойно сказала Мирна. — Они просто посылают испытание духа.
Звон тетивы — и золотая стрела вонзилась в плечо Инсилая. Он вздрогнул, я видела, как напряглись его мускулы. Тонкая струйка крови потекла из черной ранки.
— Испытание? — переспросила я, глядя в кошачьи глаза Мирны. — Это не испытание, это убийство.
Снова звон тетивы. Вторая стрела пролетела мимо, лишь слегка оцарапав Инсилаю щеку. Таур выкрикнул что?то на своем птичьем наречье, лучники ответили поклоном.
— Что он говорит? — я сжала руку Мирны.
Она прижала меня к себе, пытаясь закрыть мне лицо.
— Не смотри. Он приказал целиться тщательнее и ни в коем случае не стрелять в голову и сердце. Говорит, Волшебники не достойны быстрой смерти.
О, господи, проклятый мир! Они тут все сумасшедшие, помешанные на битвах и крови. Я обернулась на звон тетивы. Третий лучник так разволновался, что примитивно промазал. Стрела воткнулась в помост за спиной Инсилая и, звонко подрожав золотым треугольником, застыла немой тонкой линией. Стрелки подошли к корзине и взяли еще по одной стреле. Первый был самым метким — он попал Илаю в ногу, чуть выше колена. На светлых джинсах предательски стало расплываться кровавое пятно. Инсилай не шевельнулся. Он стоял очень прямо и неестественно?неподвижно, как памятник.
— Не смотри! — повторила Мирна, силой развернув меня к себе. — Не бойся, ему почти не больно. Мы же передали ему цветок предрассветной Ильты.
— Значит, твой отец знал, что все так будет? — возмутилась я. — Знал, что казни не избежать и дразнил нас надеждой? Ненавижу!
Глава 33
— Это совершенно невозможно — тащить за собой в пропасть детенышей, — сказала Лика, рассматривая приобретенный у Аркаши арсенал.
— Это Ронни?то детеныш? — усомнилась Наталья. — Ты ничего не перепутала, подруга?
— Он — недоучившийся подмастерье, вообразивший себя Волшебником. — Лика взяла в руки карабин. — Единственное достойное приобретение.
— Это Ронни его выбрал. Может, он и детеныш, но детеныш мужского пола, а значит, генетически лучше приспособлен к ведению боевых действий.
— Ну, ты сказала… — оторопела Анжелика. — Совсем спятила, дорогуша. Нас там уже дожидается один генетически приспособленный представитель сильной половины человечества — в золотых кандалах.
— Без Ронни нам дорогу не найти, — вздохнула Наталья. — Да и спокойнее, когда он на глазах, хоть не выкинет ничего.
— Как скажешь, я бы не взяла. Но Биливердину эту я с собой точно не потащу, хоть ты меня стреляй. Нам там, между прочим, еще Алису искать, не на прогулку собираемся.
— А я, что, спорю? Нет, так нет. Надо только ее обратно в Москву закинуть, и можно собираться. Вроде ничего не забыли.
— А зачем ей Москва? — возразила Лика. — Пусть здесь сидит со своей Софкой. У нас что, времени вагон, возить эту красавицу туда обратно? Ронни что?то болтал про три дня. Так вот, три дня уже на исходе, надо поспешать.
— Иди, договаривайся с тетей Верой и Альвертиной, оставь ей денег… Кто знает, что там у нас произойти может. Скажи, что нам нужно еще кое?что прикупить для дела, поэтому наш поход чуть?чуть откладывается.
— Врать нехорошо, — ехидно напомнила Анжелика, — особенно детям.
— Детям лучше поменьше знать, если они остаются одни. Особенно таким трепливым детям, как Альвертина. Мало ли кто нас взыщется?
— А если Варвара?
— Варвара и без Альвертины разберется, кто, где и зачем, — успокоила Наталья, — если объявится, конечно, в чем я уже сильно сомневаюсь. Да, и позови Ронни, чем девочкам глазки строить, пусть лучше поможет мне собраться.
— Ну ты командирка, — усмехнулась Лика. — Есть, гражданка начальник, будет исполнено!
Рональд обнаружился в гостиной. Так и есть, с огнем в глазах изображает из себя дивизию коммандос, размахивая руками и ногами, как перепуганная летучая мышь. Софка с Альвертиной смотрят на него, как зачарованные, на физиономиях восхищение, граничащее с обожанием. Иоська надулся, как мышь на крупу, но молчит.
Иоська надулся, как мышь на крупу, но молчит. Заморский гастролер явно выигрывает с колоссальным преимуществом, не отыграться. Лика понаблюдала пару минут за этим петушиным турниром и подалась к Вере Абрамовне, бросив мимоходом:
— Ронни, тебя Наталья зовет.
Софкина мама сидела в кухне в обнимку с сигаретой и телефоном и трещала как сорока. Лика чуть поморщилась, и пол?Одессы осталось без телефонной связи.
— О, теперь они уже и телефоны поотключали, — без намека на раздражение сообщила Вера Абрамовна, убедившись в отсутствии связи, — не город, а полигон на выживание. За что только деньги берут, когда никогда ничего нет? Вы что?то хотели, Ликочка?
