А, может, я и без последнего глотка обойдусь? Скользну в землю и поминай, как звали. Нет, спина болит, надо дождаться водных процедур.
Упс, два крепких удара по лопаткам, очень кстати. Я изогнулся змеей, разминая мышцы перед превращением, и повис на привязанных руках. Ну, давайте анестезию из мертвого источника на спину, глоток живой воды и — помоги мне Мерлин. Они окатили меня с ног до головы, но облегчения почему?то не последовало, даже наоборот: сильнее заболела разбитая спина, да клеймо тауровское полыхнуло огнем свежего ожога.
К губам моим поднесли яд. Я знал это абсолютно точно. Это было так неожиданно, что вместо того, чтобы по?быстрому превратиться хоть во что?нибудь, я попытался увернуться от отравы. Ничего не вышло, стражи держали мою голову мертвой хваткой. И опять я растерялся. Нет, чтоб стать июльским дождем или северным ветром, я с ослиным упорством продолжал сопротивление. Только когда они уже почти победили, я сообразил, что без волшебства не обойтись. На собственное превращение уже не было ни времени, ни возможности, слишком крепко меня держали.
Всю накопленную энергию я бросил на обезвреживание отравы. Вода — почти самая энергоемкая субстанция. Чтобы обезвредить мыслью ведро мертвой воды, нужен взвод Волшебников. Я один, силы мои изрядно потрепаны, а в мыслях царит такой кавардак, что о качественном колдовстве можно забыть. Максимум, чего я добился, воды полумертвой. Как она действует на Волшебников, шут его знает, но в самое ближайшее время у меня будет возможность выяснить это на собственном опыте: стража все?таки изловчилась и от души напоила меня водичкой.
* * *
Горохов открыл дверь и увидел на пороге Оленьку Тимофееву. Он хорошо ее знал, она была старостой класса, где училась Алиса. В Оленьке все было очень. Она была очень правильная, очень умненькая, очень обязательная и очень нескладная. Длинная, тощая, как венская сосиска, она почему?то ассоциировалась у Вадима Игоревича с саранчой. То ли из?за острых локтей и коленок, то ли из?за соответствующего аппетита, он и сам не знал.
— Здравствуйте, — деловито сказала Оленька, — я к Алисе, можно?
— Здравствуй, Оля, — Горохов распахнул дверь. — Конечно, заходи. Как дела?
— Спасибо, хорошо, — Оленька прошествовала мимо Горохова с грациозностью цапли. — Завтра контрольная по английскому. Алиса много пропустила, я пришла помочь ей подготовиться.
— Молодец, — похвалил Горохов. — Алиса у себя в комнате, вы поучитесь немного, а я чай пока поставлю.
«Бывают же приличные дети, — думал Вадим Игоревич, ставя чайник на плиту, — но страшненькая она все?таки редкостно. Хотя, маленькая еще, подрастет — выправится. Ноги длинные, коса толстая, талия узкая… Нормально все будет. Зато умная. Хотя до сих пор не знаю — для женщины это плюс или минус». Горохов озадачился вопросом полезности для личной жизни женского ума и перестал думать об Оленьке.
Тимофеева вошла в комнату подруги и закрыла за собой дверь.
— Привет! — уставилась она на Алису.
Алиса оторвалась от телевизора и небрежно кивнула.
— Я за тобой, — Оленька ухмыльнулась. — Точнее, за вами.
Брови Алисы поползли вверх:
— Что?то я не совсем понимаю.
— Сейчас поймешь, — почему?то баритоном пообещала Тимофеева. — Ознакомься.
Она достала из кармана узкий голубой лист бумаги с какими?то иероглифами и сунула его под нос Алисе.
— Что это? — настороженно спросила та, бросив взгляд на документ.
— Читай, там все написано.
— Это не английский.
— Так, дамочки, — Тимофеева превратилась в высокого сухопарого мужчину лет сорока в легком светлом костюме, — на вашем месте я бы не резвился. Вы обвиняетесь в убийстве.
Алиса задрожала, как в лихорадке, охнула и опустилась на ковер. Рядом с ней прямо из воздуха материализовались Варвара с Катариной.
— Комиссия по магической этике, дознаватель Элрой, — мужчина быстро поднял ладони в направлении сестер. Волшебницы замерли. — В связи с тем, что ваши преступные действия повлекли за собой смерть Волшебника, вы обе арестованы по обвинению в убийстве. По прибытии в Мерлин?Лэнд вам будет предоставлен адвокат и положенный по закону сеанс связи.
— Инсилай умер?! — Катарина смотрела на Элроя, как на привидение. — Этого не может быть. Вы лжете!
— Где это случилось? — тихо спросила Варвара.
— В Альваре, — коротко ответил дознаватель, не сводя глаз с арестованных.
— Каким образом? — допытывалась Варвара.
— Его убили.
В дверь постучали
— Девочки, — сообщил Горохов из коридора, — чай готов.
— Идем?идем, — голосом Оленьки откликнулся Элрой.
Вадим Игоревич вернулся на кухню и водрузил на стол чашки, сахарницу и вазочку с миндальным печеньем. Подумал и добавил еще блюдо с фруктами. «Вот молодцы, — думал Горохов, — занимаются, к контрольной готовятся, я бы на их месте на пляже сидел».
Его вдруг будто током ударило: какая контрольная, июль месяц, разгар каникул! Вадим Игоревич бросился в комнату дочери. Алиса лежала на полу. Над ее головой стояли трое — высокий мужчина и две девушки. При появлении Горохова мужчина обернулся, и в тот же миг одна из девиц растаяла в воздухе.
— Ох, — только и смог сказать Горохов, но, взглянув на недвижную дочь, наплевал на колдовские штучки своих гостей и бросился к Алисе. — Что вы с ней сделали?! — он схватил дочь на руки.
— По законам Эйра побег равносилен признанию, — громыхнул басом незнакомец. — Не советую.
В ту же секунду вторая девица взвилась посреди комнаты алым огненным вихрем и рванулась в форточку. Горохов понял, что сейчас исчезнет и мужчина, а вместе с ним — надежда на выздоровление Алисы.
— Стоять! — рявкнул Вадим Игоревич. — Что вы сделали с ребенком? Шайка колдовская!
— А где вы видите ребенка? — удивился Элрой.
Алиса превратилась в здоровенного черного кота, который, разодрав Вадиму Игоревичу руки здоровенными когтями, с мерзким мявом сиганул на пол.
— Держи его… — почему?то шепотом скомандовал Горохов.
— Зачем Вам кот? — спросил мужчина.
— Где моя дочь?! — возопил Горохов, вновь обретя голос.
— Почему Вы спрашиваете об этом только сейчас? — усмехнулся Элрой. — Неужели эта аморфная сущность, жившая в Вашем доме, ввела Вас в заблуждение?
— Где Алиса?! — глаза Горохова не обещали ничего хорошего.
— Я, наверно, совершаю сейчас должностное преступление… В данный момент Алиса пребывает в квартире Вашей приятельницы Анжелики и перезвонит Вам в самое ближайшее время. Не волнуйтесь, теперь с ребенком все будет в порядке. А сейчас, если Вы не против, я пойду. Впрочем, если против, тоже пойду.
Собеседник Горохова растворялся прямо на глазах.
— Постойте, — спохватился ошеломленный Вадим Игоревич, — а Оленька где?
— Отдыхает с родителями в Ялте, — успокоил Элрой. — Котика я заберу. Кис?кис…- Кот забился под кресло и зашипел.
— Да уж, пожалуйста, — проворчал Горохов. — Я их терпеть не могу.
Кот сверкнул глазами, каркнул по?вороньи и исчез, будто не было.
Часть седьмая
Избавь меня, господи, от друзей, а с врагами я и сам справлюсь…
Глава 45
— Выходи! — громыхнуло небо голосом Магистра, и огромный огненный столб начал подниматься посреди Альвара.
Не знаю, что подумал Илай, а лично у меня ноги подкосились. Мирна тоже храбростью не пылала. Краем глаза я увидел, как она шмыгнула под какую?то тачку, брошенную у ворот дома, и притворилась придорожной кочкой. Я бы тоже закосил под бугорок в степи, но, видно, оцепенел от страха; так и застыл столбом посреди улицы. У меня за спиной шарахнуло так, будто небо рухнуло на землю. Я упал на четвереньки и беглой рысью переместился под ближайший забор. Только там я рискнул обернуться и посмотреть, что происходит.
