Жан Ив и Валери принадлежали к поколению, которое еще не мыслило свою жизнь без хождения на службу; и я, их старший това-рищ, в сущности, тоже. Мы все трое намертво увязли в социальной си-стеме, как насекомые в куске янтаря; пути к отступлению нам были от-резаны.
Утром 1 марта Валери и Жан Ив официально приступили к работе в ком-пании «Аврора». На понедельник, 4 марта, было назначено собрание всех, кто имел отношение к проекту «Эльдорадор». Генеральная дирекция зака-зала достаточно известной конторе по изучению социологии поведения, именуемой «Профили», анализ перспектив развития клубов отдыха.
Входя в первый раз в зал заседаний на 23-м этаже, Жан Ив немного волновался. В зале сидели человек двадцать, каждый из которых не один год проработал в «Авроре», и этим коллективом ему теперь пред-стояло руководить.
Валери заняла место слева от него. Все воскресенье он провел за изучением личных дел: он знал имя, обязанности и послуж-ной список каждого из присутствующих и все-таки побаивался встречи. Сероватый день вставал над департаментом Эсон, относящимся к числу «проблемных». В свое время Поль Дюбрюль и Жерар Пелиссон решили построить офис компании в Эври [4]: земля тут стоила недорого, и совсем рядом проходила автострада, ведущая на юг и в аэропорт Орли; в ту по-ру Эсон был тихим предместьем. Теперь же уровень преступности здесь считался самым высоким по стране. Каждую неделю совершались напа-дения на автобусы, автомобили жандармерии и пожарных; грабежам и хулиганским вылазкам даже не вели точного учета: по некоторым оцен-кам, реальная цифра в пять раз превышала число поданных жалоб. Зда-ние компании круглосуточно охранялось вооруженной бригадой служ-бы безопасности. Внутренняя инструкция рекомендовала служащим после определенного часа не пользоваться общественным транспор-том. Сотрудники, работавшие допоздна и не имевшие личного автомо-биля, вызывали такси — «Аврора» заключила соглашение с парком о льготном тарифе.
Когда в зале появился Линдсей Лагарриг, специалист по социологии по-ведения, Жан Ив обрел уверенность в себе. Социологу было около трид-цати, длинные волосы завязаны на затылке, на лбу залысины; одет в спортивные брюки «Адидас», футболку «Прада», поношенные кроссовки «Найк» — короче, ровно так, как и подобает знатоку человеческого пове-дения. Для начала он раздал собравшимся содержимое своего портфе-ля — тонюсенькие папки, в которых лежали графики со стрелочками и кружочками. Первая страница досье представляла собой ксерокопию за-метки из «Нувель обсерватер», точнее из приложения, посвященного отпускам. Она называлась «Отдыхать иначе».
— В двухтысячном году, — Лагарриг принялся читать статью вслух, — массовый туризм уже исчерпал себя. У нас возникла потребность в путешествии индивидуальном и этически ориентированном.
Первый абзац представлялся чтецу весьма симптоматичным для по-нимания происходящих перемен. Он несколько минут распространялся на эту тему, после чего призвал аудиторию обратить внимание на следу-ющие слова:
— В двухтысячном году перед нами стоит вопрос об уважительном отношении к другим. Мы, благополучные люди, усматриваем в путеше-ствии не просто удовлетворение эгоистических желаний, но своеобраз-ную форму выражения солидарности.
— Сколько этому парню заплатили за исследование? — шепотом спросила Валери у Жана Ива.
— Сто пятьдесят тысяч франков.
— Не может быть. За то, что он зачитает нам ксерокопию дурацкой статейки?
Линдсей Лагарриг между тем, изложив один абзац своими словами, с идиотским пафосом цитировал следующий:
— В двухтысячном году, — декламировал он, — мы уподобляемся ко-чевникам. Мы ездим на поезде, плаваем на теплоходе по рекам и оке-анам: в эпоху скоростей открываем для себя сладость неспешности. Мы растворяемся в безбрежном молчании пустынь; а потом вдруг оку-наемся в водоворот многомиллионных столиц. И с неизменной стра-стью…
— Этика, индивидуальное начало, солидарность, страсть — вот они, ключевые слова! — восклицал он. — В новом контексте не следует удив-ляться, что система клубного отдыха, основанная на эгоистической за-мкнутости и стандартизации запросов, переживает трудный период. Время «Загорелых» [5] прошло: сегодня востребованы подлинность, но-визна и дух единения. Популярная недавно модель развлекательного туризма, построенная на пресловутых «Четырех S»: Sea, Sand, Sun… and Sex, — отжила свое.
Специалисты в области туризма должны уже сейчас готовиться к пересмотру своей будущей деятельности в свете новых перспектив.
«Поведенец» свое дело знал, он мог бы разглагольствовать в том же духе часами.
— Прошу прощения… — перебил его Жан Ив не без раздражения в голосе.
— Да?.. — социолог обратил к нему чарующую улыбку.
— Я думаю, все без исключения собравшиеся за этим столом знают, что клубы отдыха испытывают сегодня трудности. Мы вовсе не просим вас до бесконечности нам эти трудности описывать, но мы бы хотели ус-лышать от вас, хотя бы в самых общих чертах, о возможных путях реше-ния проблемы.
У Линдсея Лагаррига челюсть отвисла; он никак не ожидал возра-жений.
— Я полагаю, — забормотал он, — что для решения проблемы ее надо сначала выявить и посмотреть, в чем причина.
Еще одна пустая фраза, с досадой подумал Жан Ив; не просто пустая, но в данном случае еще и лживая. Причины коренились в общих тенден-циях социального развития, изменить которые никто не в силах. К ним надо приспосабливаться. А вот как? Об этом «поведенец», судя по всему, не имел ни малейшего представления.
— В общем, вы хотите сказать, что система клубного отдыха устаре-ла, — продолжил Жан Ив.
— Нет, совсем нет… — У социолога почва уходила из-под ног. — Я по-лагаю… я просто полагаю, что надо подумать.
— И за что только тебе, кретину, деньги платят? — тихо прошипел Жан Ив, а потом продолжил вслух: — Что ж, мы постараемся подумать. Благодарю вас, господин Лагарриг, за ваше сообщение. Скорее всего, се-годня вы нам больше не понадобитесь. Предлагаю объявить перерыв на десять минут и выпить по чашке кофе.
Раздосадованный социолог собрал со стола диаграммы. Когда заседание возобновилось, Жан Ив, приготовив свои записи, взял слово:
— Как вам известно, с 1993 по 1997 год «Club Med» пережил самый се-рьезный кризис в своей истории. Многочисленные конкуренты и под-ражатели, копируя основные элементы концепции клуба, но существен-но снижая цены, переманивали клиентов. Каким образом удалось выправить положение? В значительной степени за счет снижения цен. Но руководители «Club Med » не стали равняться на конкурентов, пони-мая, что обладают несомненными преимуществами: давность существо-вания фирмы, репутация и прочее. Проведя целый ряд подробнейших опросов, они выяснили, что их клиенты готовы платить на 20-30 про-центов больше за «марку» и возможность пользоваться, так сказать, пер-воисточником. Так вот, вопрос, над которым я бы предложил вам заду-маться в ближайшее время: возможно ли на рынке клубного отдыха существование иной концепции, кроме той, что предложена «Club Med»? И если да, то можем ли мы сформулировать эту концепцию в общих чер-тах и определить, на каких клиентов она ориентирована? Вопрос непро-стой.
