— Нет, я сама. Я знаю кое-что важное.
Я знаю кое-что важное.
— А при чем здесь я? С важным ступай к сэру Перси. — Я был безжалостен.
— Как я могу к нему пойти?! — воскликнула Эсмеральда, чуть не плача. — Пожалуйста, можно мне войти?
Я посторонился.
— Председатель что-то задумал, — шепотом сообщила она, по-хозяйски прикрыв дверь.
Я не сразу понял, что речь идет о Нэе.
— Выражайся яснее, душа моя. От человека, которого зовут Председатель, всего можно ожидать.
— Вы помните эту штуку? — взволнованно спросила Эсмеральда.
— Которую ты украла? — усмехнулся я. — Ну?
— Я передала ее Нэю, он заперся у себя и не выходил несколько дней. А вчера у нашего храма один за другим садились самолеты, и на них устанавливали точно такие же штуки. Теперь их много, сотен пять!
Я закрыл глаза и простонал:
— Надеюсь, ты врешь.
— Это было оружие, да? — прошептала Эсмеральда. — Я думаю, Председатель разобрался в его устройстве и сделал такое же.
Я уже не слушал ее, лихорадочно вертясь в поисках футболки. Футболка не находилась, пришлось придумывать новую. На притихшую Эсмеральду я даже не смотрел. Ждет благодарности? Напрасно! Это благодаря ей оружие, которое может убивать здесь, в Атхарте, попало в нечистоплотные руки. Еще неизвестно, сработает ли оно против сатов. Но нам оно точно несет вторую смерть! Я не хотел представлять себе масштабы последствий, но уже понимал, что они будут ужасны.
— Поймите, — умоляюще прошептала Эсмеральда, — мне очень стыдно. Сеньор Персиваль удивительный человек. Он мне нравится, даже больше… Но как я могла предать Председателя? Я всегда его слушалась. Экологи спасли меня от исчезновения. Они научили меня, как жить дальше. Я считала, что должна быть благодарной. Председатель именем святого Терентия приказал мне следить за всем, что у вас происходит… Но когда я показала Председателю эту штуку, у него сделалось такое лицо, что у меня словно пелена с глаз упала. Может, еще не поздно?..
— Не отвлекай меня! — рявкнул я. Запоздалое прозрение жертвы религиозного дурмана меня не растрогало. Кроме того, из-за этой дуры ворот на футболке вышел косо. Плевать.
Я оделся, грубо отстранил Эсмеральду и выбежал на улицу, к гаражу.
— Мамочки! Убивают! Помогите! — слышались издалека истошные крики.
В той стороне, откуда кричали, поднимался дым. По небу летела целая стая сатов. Один из них, заметив меня, снизился и нажал кнопку отражателя. Я едва успел отскочить. На месте гаража и моего несравненного «Мустанга» осталась дыра, дымящаяся по краям.
— Поздно, — выговорил я.
Подбежавшая Эсмеральда вцепилась в мою руку.
— Что это?! Что мне теперь делать?!
Я не раздумывал.
— Беги к своим экологам или к сэру Перси, в той стороне еще безопасно. По дороге всех предупреждай, что саты вторглись в Хани-Дью. А мне надо кое-кого найти.
35
Сатов были сотни. Они летели, выстроившись какими-то причудливыми фигурами. Время от времени небо озарялось вспышками — это срабатывали отражатели. Я пробирался среди дымящихся руин, чувствуя себя участником дурацкой компьютерной игры. Южная окраина Хани-Дью просто перестала существовать…
Воздушный бой завязался прямо у меня над головой.
Южная окраина Хани-Дью просто перестала существовать…
Воздушный бой завязался прямо у меня над головой. Гигантскими стрижами в небе проносились «фантомы», «тайгеры» и «скайхоки». Я заметил даже один «В-2». Фантастически красивая машина! Когда в свое время Дилан хвастался передо мной гордостью своей коллекции, я решил, что это фантазия, навеянная какими-нибудь «Звездными войнами». Оказалось — реальный самолет…
Самолеты и отряд ангелов не пускали врага на север. Стоял яростный клекот, на землю сыпалась чешуя пришельцев. Я притаился возле какого-то уцелевшего, покинутого жильцами дома и видел, что отражатели сверкали и с той, и с другой стороны. Я лишний раз порадовался, что оружие сатов не обладает высокой точностью. Меньше будет жертв.
Мне надо было идти дальше. Сейчас сатам не до того, меня никто не заметит… Но только я высунулся из своего убежища, как на моих глазах сат выстрелил по одному из самолетов. Летчик успел сманеврировать. Самолет не исчез, но остался без одного крыла и с низким гудением начал падать. Я помчался в ту сторону, чтобы помочь летчику. Кабина цела, значит, и он цел.
Сровняв с землей чей-то симпатичный домик, самолет упал, но не взорвался. Стекло кабины тут же откинулось, и оттуда, ругая сатов на чем свет стоит, вылез собственной персоной Дилан. На груди у него висел отражатель.
— Мой лучший «фантом»! Смотри, что эти мерзавцы с ним сделали! Ничего, теперь они за все ответят! — И он похлопал себя по оружию.
— Тебе это Нэй дал? — спросил я.
— Да. Я думал, он только речи толкать умеет, а он оказался молодец. Вчера позвал нас и объявил, что у него есть оружие против сатов…
— Постой, — нахмурился я. — Так он заранее знал, что отражателем можно убить сата?
— А, ты не в курсе… — Дилан довольно улыбнулся. — Еще бы ему не знать! Ночью он вместе с парой моих ребят слетал к их курятнику и устроил там настоящую Хиросиму. Саты и их гнезда сгорали как миленькие!
Так вот почему саты начали вторжение! Это Нэй развязал войну. Он первым напал на сатов. Уничтоженные дома и люди — их месть.
Дилан понял по моему лицу, что я не готов вместе с ним восхищаться Нэем.
— Ну что ты корчишь из себя Кофи Аннана, Гобза? Всякие рассуждения об ответственности хороши в мирное время. А ля герр ком а ля герр, как говорят французы. Ты подумай, если нам нечем будет адекватно ответить сатам, от нас и воспоминаний не останется! Боги нам не помогут, надо выпутываться самим!
Вз-з-з! С неба полыхнула слепящая вспышка. На месте Дилана и его «фантома» осталась дыра диаметром метров пять. Крича от ужаса, балансируя руками, я едва удержался на краю. Человека, с которым я только что говорил, больше не было!
Потом я бежал сквозь дым, отшатываясь от новых дыр, стараясь не смотреть на небо. На моих глазах целая улица — дом за домом — превратилась в ничто. Единственное утешение — людей там не было. Выжившие жители южной окраины в панике бежали.
Дом Фаины уцелел. Только на крыльце я понял, как боялся увидеть пустоту на его месте. Я рванул на себя дверь и вбежал в комнату.
Фаина сидела на диване с таким лицом, будто происходящее снаружи ее не касалось. Увидев меня, она не удивилась, лишь сказала:
— Тебя не учили стучать, когда входишь в чужой дом?
Я без разговоров схватил ее за руку и потащил к выходу.
Не тут-то было.
— Эй, парниша, давай-ка без этого! — заявила она, вырываясь.
Мне некогда было с ней препираться. Я схватил ее в охапку и получил за это крепкую оплеуху. Недолго думая дал сдачи. Я никогда не поднимал руку на женщину, Сурок, но тут у меня просто не было выхода! Эта истеричка захлебнулась от возмущения и схватилась за щеку. Я сказал ровным голосом, как дрессировщик нервному тигру:
— Если ты сейчас не успокоишься, если мы не уйдем отсюда, то оба погибнем.
Фаина вскинула голову:
— Вот и прекрасно! Мне не нужна эта псевдожизнь. А тебе будет поделом. Я тебе никогда этого не прощу! — Она снова потерла щеку.
Вз-з-з! Половина дома исчезла с отвратительным свистом. Фаина завизжала, падая в пропасть. В последний момент я успел ухватить ее и вместе с ней откатился к уцелевшей стене. Фаина вскочила первой. Чувство самосохранения оказалось сильнее гордости. Она метнулась к дыре, поняла, что через нее не перескочить, бросилась открывать окно. Вслед за ней я вылез наружу… и оказался лицом к лицу с Аланом Нэем.
