«Основной закон Вселенной — условно сформулированное, вспомогательное понятие.
Например:
«Основной закон Вселенной — условно сформулированное, вспомогательное понятие. О. з. В. заключается в том, что Материя стремится осознать себя как Дух, а Дух стремится воплотиться в Материи. Таким образом сохраняется Баланс».
Я искренне восхитился:
— Круто!
Сэр Перси горделиво хмыкнул:
— Я рад, что вам нравится, Грег. Признаться, я уже привык считать вас… э-э-э… человеком, не отягощенным многими знаниями. А теперь у вас появились вопросы?
— Ну… Смотря по поводу чего, — замялся я.
— По поводу всего. На мой взгляд, глупо задавать только один вопрос: почему все не так, как я предполагал? А то не поверите, Грег, за четыреста лет я не раз слышал жалобы: почему, дескать, я получил не ту загробную жизнь, которую мне обещали. А вы случайно таким вопросом не задавались?
Я пожал плечами:
— Я не слишком прислушивался к подобным обещаниям.
— Вы атеист, — утвердительно заметил сэр Перси.
— Ну… в какой-то мере… Смешно сказать: теперь я вижу бога почти ежедневно. Но вообще-то я в этом смысле ущербный. У меня, наверное, отсутствует ген, ответственный за религиозное чувство, — засмеялся я.
— А что вы смеетесь? Очень может быть, — серьезно сказал сэр Перси. — Так с чем вы пришли, Грег? В чем вы меня подозреваете?
Я покраснел. Но отступать было некуда, и я рассказал сэру Перси все, что сегодня узнал.
— Я вспомнил про энциклопедию, — смущенно закончил я.
— И решили, что я работаю на ЦРУ, — кивнул сэр Перси. — Друг мой, позвольте мне оправдаться. Во-первых, в Атхарте много ученых. Во-вторых, я говорил вам однажды: я не ученый, я наблюдатель. Мне не нужна известность. Я умер слишком давно и знаю наверняка, что наше бытие здесь почти не зависит от нашей славы там. Иногда оно делается хуже, но никогда — лучше. И, в-третьих, отправлять на Землю научную информацию — сизифов труд. Ей никто не поверит, Грег. Вы удовлетворены? Не потащите меня на допрос в «Шамбалу»?
Тут мне стало по-настоящему стыдно. Вот почему в Атхарте не любят адъютов…
— Простите, что ворвался к вам, как полицейский, сэр Перси. Но только вы можете помочь, — проворковал я заискивающим тоном. — Вы сказали, теоретически переправить информацию возможно. Как?
Сэр Перси раскурил трубку и выпустил несколько колечек дыма.
— Знаете, Грег, «теоретически возможно» обычно означает «не знаю как». Но если подумать… Когда души живых контактируют с душами мертвых?
— На спиритических сеансах, — несколько неуверенно произнес я.
— Прекрасно. А еще?
— Может быть, клиническая смерть?
Сэр Перси затянулся и покачал головой:
— Нет. Я думаю, во время клинической смерти душа едва достигает Порога, но никогда не переступает его. Есть еще способ, и вам, Грег, он хорошо известен.
— Курьеры? — прошептал я. — Но это невозможно… Боги заботятся о том, чтобы деятельность курьеров оставалась незамеченной. Если таксист что-то заподозрит, к нему явится ангел забвения. Считается, что вмешательство в память угрожает Балансу меньше, чем воспоминания о подобном контакте.
Считается, что вмешательство в память угрожает Балансу меньше, чем воспоминания о подобном контакте.
— Человеческая память сложная штука, — пожал плечами сэр Перси. — Представьте себе, что воспоминание сохранилось всего в нескольких клетках мозга… Что называется, в подсознании. Есть гипноз, есть сны, в конце концов… Но дело не в этом. Знаете, Грег, я сейчас подумал… Если бы мне пришла в голову мысль поделиться с людьми знаниями об Атхарте, я написал бы художественную книгу. А потом бы уже нашел способ отправить ее на Землю.
— Художественную книгу? — удивился я. — В смысле — роман? Но ученые не читают подобную литературу. А речь идет именно о научных открытиях.
— Вы недооцениваете силу художественного слова, — улыбнулся сэр Перси. — И кроме того, есть отличный способ заставить всех жителей Земли прочитать любую чушь. Нужно создать вокруг нее нездоровую шумиху. Сенсация — страшная сила, Грег.
18
На доклад к Вирате я летел как на крыльях.
После разговора с сэром Перси я вернулся в «Шамбалу» и провел за компьютером еще несколько часов. Круг поисков сузился: теперь меня интересовали книги, вышедшие в последнее время в области эзотерики, а также написанные в жанре фантастики. В «Шамбале» есть еще одна превосходная программа — «Александрийская библиотека». Туда автоматически попадают все книги, изданные на Земле.
Роясь в архивах «Библиотеки», я натыкался на массу перспективных названий: «Жизнь после смерти», «На том берегу», «Письма мертвых». Но все это были поучительные христианские брошюры, из которых не узнаешь ничего нового.
Наконец мне повезло. Название «Тайна, вырванная у смерти» заинтриговало меня своей экспрессией. Это оказалась небольшая повесть о двух молодых людях — ученом и священнике. Сначала рассказывалось о судьбе каждого из них, потом оба умирали и встречались на Том Свете.
Это был тот самый Тот Свет! Я узнал его сразу, хотя автор — какой-то латиноамериканец — старательно изменил все имена собственные. Узнаваемы были и боги — Натеус, Виардо, Фортуна, Спирита, Джина и Иоанн. По крайней мере, ни в одной мифологии нет такого пантеона! И что самое интересное, в описаниях некой реки и некого озера я узнавал Хани-Дью!
Итак, книга существовала, и ее связь с возможной катастрофой была очевидна.
— Не вижу никакой связи, — заявил Вирата. — Ты проследил судьбу этой книги?
— Нет, — виновато сказал я. — Не успел.
Бог открыл программу прогнозов.
— Так… Книга Марио Фриаса… Тираж восемь тысяч экземпляров… Мягкая обложка… Отзывов в печати не было. На другие языки не переводилась. Пользуется вялой популярностью у женщин бальзаковского возраста.
Я сник. Увы, история «Тайны…» заканчивалась на пыльных антресолях. Немногочисленных читательниц интересовала не предложенная версия загробной жизни, а скандальная любовь молодого священника и девушки со странным прозвищем Рыба.
— Не расстраивайся, — сказал Вирата. — Я уверен, ты прав, и утечка информации действительно имеет место быть. Но сама по себе она не страшна. Ты думаешь, это в первый раз? Ой! В конце концов, в основе каждой религии, каждого захудалого суеверия лежит осколок знаний, просочившихся сквозь Порог. Все дело в том, кто и как воспользуется этими знаниями.
Пока это настольная книжка домохозяек, она не наделает нам проблем.
Я молчал, оплакивая свой незадавшийся триумф. И это давно забытое чувство жуткой усталости… Сказывалась бессонная ночь. В Атхарте душа несет бремя существования в одиночку, без помощи тела, и сон ей необходим не меньше, чем на Земле.
Провались оно все, подумал я. Все шпионские страсти и сумерки богов. Мир не рухнет, если я пару дней не подойду к компьютеру. Набравшись смелости, я решительным тоном профсоюзного лидера потребовал у Вираты предоставить мне выходной.
19
Я знаю, друг, дорога не длинна,
И скоро тело бедное устанет…
Наш капитан, высокий и тощий как жердь, завернутый в черный плащ с капюшоном, протяжно декламировал стихи. Корабль слегка покачивало. Я, Бэзил и его очередная подружка Мэй Шуй сидели на палубе, завернув ноги в один большой плед. С моря дул свежий ветер. Прямо по курсу приближался мрачный скалистый остров.
