С этого момента все чувства и мысли словно исчезли. Хорст мог что?то делать и наблюдать за происходящим, но ничего не думал и не чувствовал. Он бежал вслед за редаром, пока впереди не выросла башня, рубил мечом что?то бешено извивающееся, похожее то ли на оживший ствол дерева, то ли на огромную змею, без страха поглядывал вверх, следя за тем, как наползает на Стену сизое облако…
Бывший сапожник просто упал и постарался не дышать. На ногах остался только редар, но когда гадость, несущая безумие, рассеялась, он выглядел столь же разумным, как и раньше.
— Стройтесь в ряд,- велел редар заметно поредевшему отряду оруженосцев.- Щиты поднять. Кто выйдет из строя — зарублю на месте. Ясно?
Если даже кто?то чего?то не понял, то вопросов задать не осмелился.
Их поставили на кусок Стены, где палисад выглядел так, точно его долго и упорно жевали. Под ногами хрустели щепки, там и сям валялись покореженные трупы людей.
Тела чудовищ, как догадался Хорст, истаивали в свете Священного Куба.
От края Стены начиналась тьма, в ней что?то шевелилось, высовывало клешни, жвала и когти. Все это надо было отрубать, не давая исчадиям Хаоса забраться наверх. Хорст размахивал мечом, руки тяжелели, а сердце стучало с натугой, будто дятел, пытающийся продолбить дупло в скале. Потом что?то случилось, и он не сразу взял в толк, что рев, терзавший уши, стих.
— Неужели все? — прошептал Хорст и не услышал собственного голоса.
На Стену больше никто не лез, сверкание на востоке слабело, исполинские силуэты истончились и пропали, а потом вдруг оказалось, что вокруг -тихая зимняя ночь.
Выли где?то на западе, в лесах, волки, и медленно тух Священный Куб.
— Слава Владыке?Порядку,- редар вытер лицо,- отбились! Осталась ерунда — предать земле погибших…
Глава 16. Пасть гидры.
Рассвет Хорст встретил на Стене — точнее, на лестнице, которая к ней примыкала. На пару с братом Ситольфом он стаскивал по ступенькам тело очередного бедолаги, которому сегодня ночью не повезло. Внизу дожидались наполненные трупами телеги. Кони беспокойно фыркали и мотали хвостами, на деревьях каркало воронье, слетевшееся, судя по всему, со всех окрестных лесов.
— Ну что, много еще там, во имя Владыки?Порядка? — поинтересовался командор, когда закоченевшие на морозе останки были помещены среди собратьев.
— Вроде все, господин,- ответил брат Ситольф. Хорст с ужасом представил, что им еще раз придется взбираться на Стену, и его затрясло от отвращения. Всю ночь после схватки они сносили вниз павших соратников. Хорст замерз, его тошнило от запаха мертвечины, руки и ноги то и дело охватывали судороги.
— Тогда идите с нами,- приказал ре Вальф и повернулся к вознице,- трогай!
— Куда это мы? — спросил Хорст, бредя за надрывно скрипящей телегой.
— На кладбище,- понуро отозвался брат Ситольф.
Широкая тропа, идущая в обход поселка, петляла между темно?зеленых елей, небо выглядело таким чистым, точно его отмыли и заново выкрасили синим. Не верилось, что эта красота может соседствовать с кровавым ужасом, который творился здесь ночью совсем рядом. Кладбище оказалось громадной вырубкой. Там и сям виднелись торчащие из глубокого снега кубические надгробия. В одном месте земля была обнажена, а на краю здоровенной ямы стояли несколько оруженосцев с лопатами и служитель Порядка в парадном облачении. Телеги, взвизгнув последний раз, остановились.
— Выгружайте,- велел командор,- а вы брат, начинайте службу.
Служитель забормотал заупокойную молитву, а оруженосцы принялись по одному вытаскивать тела и кидать их в яму. Те падали с глухим стуком, точно дрова. Кружащиеся над головой вороны досадливо каркали.
— Нам еще не самая плохая работа досталась,- сказал Хорст, глядя на сбитые в кровь руки одного из тех, кто всю ночь долбил мерзлую землю.
— Ага,- согласился брат Ситольф.
Молитва завершилась точно в тот момент, когда последнее тело оказалось брошено в братскую могилу. Служитель осенил всех знаком Куба и облегченно вздохнул.
— Заваливайте,- голос ре Вальфа был холодным, как зимнее утро,- а вы, братья, свободны.
До поселка доехали на освободившейся телеге. Несмотря на тряску и скрип, Хорст все время ловил себя на том, что засыпает, а один раз чуть не свалился в сугроб.
Барак, всегда бывший неуютным и холодным, сейчас казался самым желанным местом в мире. Хорст почти добрался до двери, когда из?за угла выскочил Авти и схватил его за руку.
Хорст вздрогнул:
— Чего тебе?
Шут дождался, пока брат Ситольф скроется внутри, и только после этого торжественным шепотом ответил:
— Пока была суматоха, я спер на складе отличную длинную веревку!
— Ну и что? — Хорст ощущал, что после всего пережитого ночью просто не в силах соображать.
— А то, дурья твоя башка, что с ее помощью мы переберемся на ту сторону!
— Что?то я уже не уверен, что хочу туда идти.- Перед глазами замаячили лезущие из тьмы чудовища, колышущиеся на горизонте столбы огня.
— Что? Ты струсил? — Авти едва не подпрыгнул от возмущения.- Так зачем мы плелись сюда через весь Полуостров? На кой ляд Родрик с тобой возился? Это все зря, что ли? Учти, если надо, я тебя на ту сторону на собственном горбу перетащу!
Хорст вздохнул. Спорить не было сил, но сама мысль о том, что придется погрузиться в бушующий на востоке ужас, заставляла цепенеть руки и ноги и отдавалась болью в сердце.
— На горбу? Так ты что, собрался идти со мной?
— Конечно.- Авти кивнул.- Не бросать же тебя одного!
— А Хаос?
— А что Хаос? — Шут фыркнул,- Мне он точно ничем не повредит. Кроме того, если уж идти за Стену, то как раз после такой катавасии. В это время чудовищ становится куда меньше.
— Меньше так меньше.- Похоже было, что от Хорста больше ничего не зависело.- Надеюсь, мы отправимся не сегодня?
— Ну, тебе надо отоспаться,- Авти проявил великодушие, столь же свойственное ему, как зайцу отвага,- а кроме того, нам нужна безлунная темная ночь… Недели три придется подождать.
— Да, а магу ты как сообщишь о дне выхода? — Язык заплетался. Хорст чувствовал, что еще немного, и он просто свалится прямо рядом с крыльцом.
— Он сам узнает.- Лицо Авти изменилось, на нем проступила тревога.- Эй, что с тобой?
Бывший сапожник хотел чего?то сказать, но не успел и с облегчением рухнул в круговорот беспамятства.
— Эй, что с тобой?
Бывший сапожник хотел чего?то сказать, но не успел и с облегчением рухнул в круговорот беспамятства.
Хорст лежал в темноте и слушал, как за стенами барака беснуется и воет метель. Его трясло, но вовсе не от стужи. Шел последний день Холодного месяца, и именно на сегодня Авти назначил вылазку за Стену.
Слышно было, как храпят и посапывают соратники, потрескивают угли в ближайшей печи. У двери душераздирающе зевал караульный, в обязанности которому вменялось охранять покой братьев.
Незаметно проскользнуть мимо оруженосца, сторожащего барак, удалось бы разве что мыши, так что поначалу Авти планировал оглушить его. Но три дня назад, когда Хорст в очередной раз стоял на посту у ворот, из снежной круговерти вывалился Родрик.
С учетом его возможностей план пришлось изменить. Очередной зевок оборвался на середине. Послышался гулкий хлопок обмякшего тела, а за ним — раскатистый храп, тут же перекрывший все остальные звуки. Хорст напрягся и даже перестал дышать. Его снедало любопытство: караульный заснул сам или подействовали чары?
