— Мы должны подумать.- Командор развернулся к сидящим рядом приятелям.- Вам решать.
— Не доверяю я этому зеленому дылде,- сказал шут, кривясь, как от зубной боли,- но компания легионеров и имперскиx палачей нравится мне еще меньше. Так что я, пожалуй, согласился бы. — Хорст?
— Я… готов идти с ним.- Бывший сапожник внезапно ощутил, что страха нет, осталось только любопытство.
— Отлично,- проговорил фреалсинни еще до того как ре Вальф развернулся. Слух у него, похоже, был не хуже кошачьего,- следуйте за мной.
В горле запершило. Хорст сглотнул комок, сделал шаг в сторону мерцающего коридора, почувствовал, как в ногах проклевывается ватная слабость.
В горле запершило. Хорст сглотнул комок, сделал шаг в сторону мерцающего коридора, почувствовал, как в ногах проклевывается ватная слабость. Авти зло оскалился и выступил вперед.
— Веди, длинный! Надеюсь, пиво у вас там есть?
И по нарочитой браваде своего извечного спутника Хорст вдруг понял, что битый жизнью шут тоже испугался. От этого почему?то стало легче, исчезла постыдная дрожь, а шаги сделались уверенными.
— Найдется,- ответил фреалсинни и первым направился в коридор.
Хорст шел последним. Он ощущал, как пол — пол? — под ногами слегка пружинит, будто торфяник. Протянул руку, чтобы коснуться стены, но на той тут же вздулся лимонного цвета волдырь, верхушка его засветилась, набухла, точно блестящий сосок…
— Не надо этого делать,- проговорил фреалсинни, не оборачиваясь.
Хорст отдернул руку, волдырь с разочарованным шипением втянулся в стену.
— Это что, магия? — поинтересовался Авти, когда светящаяся зелень растаяла, открыв просторную, совершенно круглую комнату.
— Нет,- фреалсинни повернулся к людям.- Это искусство вы не способны освоить и даже просто понять, а подходящего слова для него в человеческих языках нет.
Хорст стоял, разинув рот: дверей видно не было, а стены сплошь покрывали гобелены — сплетение кустов и странных корявых деревьев с черными стволами, в нижней части — трава и крупные золотые цветы, похожие на чашки. Складывалось впечатление, что вокруг них — лес.
Доски высокого, под рост хозяев, потолка излучали мягкий приятный свет.
— Эх, жаль,- Авти вздохнул,- а то если бы я умел открывать такой проход, мигом разбогател бы… Пара визитов в императорскую сокровищницу — и все дела!
— Располагайтесь,- фреалсинни улыбнулся и повел рукой,- и чувствуйте себя как дома… Так, кажется, говорят у вас.
— А как у вас? — Хорст с подозрением оглядел глубокое кресло, обитое розовой кожей, потрогал и только после этого отважился сесть. Оказалось мягко и удобно.
— У нас…- фреалсинни на мгновение задумался, тряхнул головой,- эти слова можно перевесты так: пребывай в месте своего духа!
— Мудрено! — Авти устроился в точно таком же кресле и внимательно разглядывал стоящий в центре помещения столик. Ножки его были выточены в виде звериных лап, а столешницу покрывала инкрустация из белых, красных и золотых шестиугольников.
— Позвольте вас угостить.- Фреалсинни с легкостью распахнул крышку огромного сундука и полез внутрь. Оттуда он извлек бутыль темного стекла и три бокала. В их толстых стенках искрился и переливался падающий с потолка свет.
— Это что такое? — спросил шут, принимая бокал, наполненный напитком вишневого цвета.
— Вино,- фреалсинни уселся в третье кресло,- а посуда из горного хрусталя. Лучшее средство от отравления — если в напитке яд, то стенки мутнеют.
Хорст отхлебнул, ощутил на языке приятную терпкую сладость.
— Здорово,- сказал он,- а все же, почему вы нас спасли? Что вам за дело до людей?
По напряженному, серьезному лицу Авти было видно, что ответ на этот вопрос интересен и ему.
— Если сказать правду,- фреалсинни допил вино и поставил бокал на столик,-то нам до обычных людей, действительно, нет никакого дела. А вот что касается вас…- Взор необычайно светлых, прозрачных глаз нелюдя ощущался почти телесно, как давление на лицо. Хорст испытывал желание отвернуться, но не отвел взгляд и даже вспотел.- Наша родина очень далеко, и, отправляясь в путь через море, мы берем с собой прорицателя.
— Прорицателя? — удивился Авти.
Он выхлебал вино в один глоток и теперь жадно поглядывал на бутылку.
— Того, кто видит линии мира,- туманно объяснил фреалсинни,- кто может провести корабль мимо бурь, водоворотов и морских чудовищ. Так вот наш прорицатель сегодня заявил, что вы оба чем?то важны для мира, и мы, как его часть, должны вам помочь.
— А нам можно узнать, чем именно мы важны? — спросил Хорст.- Или хотя бы встретиться с этим прорицателем…
— Исключено,- на губах фреалсинни заиграла грустная улыбка,- прорицатель не может общаться с чужаками, это опасно для его дара. Даже то, что вы находитесь на борту, уже представляет собой некоторый риск.
— Понятно.- Хорст ожесточенно поскреб голову. Хотя бы одна из загадок фреалсинни оказалась разрешена — так вот почему они не пускают людей на свои корабли!..
— Угощайтесь,- фреалсинни кивнул на бутылку,- и если еще что?то вам интересно, спрашивайте. Во всем, что не касается тайн, я готов удовлетворить ваше любопытство.
Авти торопливо пил вино, шумно прихлебывал, алая жидкость бежала по подбородку, пятнала серую рубаху, точно кровь из раны. Шуту было явно не до вопросов.
Хорст задумался — спросить хотелось о многом: что за деревья на гобелене, почему светится потолок и что за коридор, которым их привели сюда? Но он понимал, что любой вопрос, невинный на взгляд человека, может показаться грубым для фреалсинни. Спросишь не то — хозяин обидится и вовсе откажется разговаривать.
Взгляд сам собой упал на инкрустированный столик.
— Это что, для игры в хнеф… хнефатафл?
— Такой игры я не знаю,- фреалсинни с любопытством уставился на собеседника,- но это, действительно, игровая доска. Сейчас я вам покажу…
Он убрал бутылку на пол, щелкнул пальцами, и на столешнице, соткавшись прямо из воздуха, возникли светящиеся фигуры трех цветов — золотистые, серебристые и будто вырезанные из рубина.
— Три? Почему? — удивился Хорст.
— В нэрли’оэлл играют втроем,- ответил фреалсинни,- у каждого игрока свое войско, и он должен одолеть двух других.
Хорст пригляделся — фигурки были причудливые и очень странные. Некоторые изображали фреалсинни, едущих на животных, напоминающих исполинских свиней, другие — деревья, корабли или вовсе непонятные столбы из положенных друг на друга плоских камней.
— Вот это,- длинными тонкими пальцами фреалсинни дотронулся до чего?то непонятного, смахивающего на пенек,- место духа, его нужно пленить. Тот, кто сделал это, тут же выигрывает…
— А это? — Авти ткнул пальцем в оскалившего клыки зверя, то ли льва без гривы, то ли рысь с длинным хвостом.
— Это — тигр,- пояснил фреалсинни,- он ходит вот так…
Он объяснял и показывал. Хорст запоминал, как двигаются по разноцветным шестиугольникам воины и корабли, деревья и правители, места духа и хранители силы (те самые столбы из камней). Слушая объяснения, он увлекся и забыл, где находится и кто именно является его собеседником. И, взглянув в лицо с зеленоватой кожей, оторопел от неожиданности.
— Можем попробовать сыграть,- предложил фреалсинни, закончив объяснения,- нас как раз трое, а времени до вашего возвращения еще предостаточно. Или вы хотите спать?
