Хорст ощутил досаду — ему хотелось больше узнать о том, в чем именно он оказался замешан и ради чего все это затеяно. Но редар с гербом в виде золотой стрелы, судя по всему, сказал все, что знал.
— Ладно,- хозяин замка грузно поднялся и зевнул,- иди уж, собрат по несчастью, а то шут тебя заждался… Переночуете в караулке и завтра отправитесь дальше! Таким, как мы, не стоит долго находиться рядом!
— Да, господин.- Хорст кивнул и с облегчением юркнул в коридор, где его ждал давешний телохранитель.
Дорога тянулась по краю неглубокого ущелья, по дну которого, бурля и пенясь, бежала река.
— Тарк,- сказал Авти, когда путники вышли к крутому обрывистому руслу,- Хисти должен быть ниже по течению, а у устья лежит Ваолаг, столица государства холиастов?изгнанников.
Едва они покинули замок и двинулись вперед, сквозь туман, затянувший лес, шут попытался выспросить подробности вчерашнего разговора Хорста с благородным Гейдаром ре Стаком. Ночью, когда бывший сапожник явился в караулку, его «наставник» напился и мало чего соображал.
Хорст отмалчивался и отнекивался, сказал только, что речь велась о магии. Авти заткнулся и долго молчал, точно рыба. Сейчас же, когда висящее в зените солнце изредка выглядывало из облаков, снова вернулся в обычное болтливое состояние.
— Бывал я в Хисти,- сказал шут, завидев впереди городские стены,- попал как раз на праздник, День Осады!
— Что за праздник? — поинтересовался Хорст.
— Ужасно древний,- Авти скривился,- много веков назад город якобы осадили полчища горцев, но отступили перед мужеством жителей и ушли. И вот они с тех пор и празднуют. Да, заработал я тогда немало…
Хорст вяло слушал трепотню спутника, а сам разглядывал приближающийся город. Располагавшийся на берегу реки, окруженный рвом и обнесенный высокими стенами, он казался неприступным.
И вот они с тех пор и празднуют. Да, заработал я тогда немало…
Хорст вяло слушал трепотню спутника, а сам разглядывал приближающийся город. Располагавшийся на берегу реки, окруженный рвом и обнесенный высокими стенами, он казался неприступным.
Стражники у ворот выглядели не ленивыми негодяями, охочими до чужого добра, а настоящими воинами.
— Шут,- сказал один из них, только взглянув на Авти,- ты должен знать, что людям вашего ремесла дозволено входить в Хисти бесплатно, но вот за сопровождающего придется внести пошлину. Одну десятую сотни…
Хорст со вздохом полез за деньгами. На монету вестаронской чеканки стражники посмотрели, выпучив глаза, даже попробовали на зуб.
— Это вы откуда явились? — спросил один изумленно.- И что за деньги?
— Самые настоящие,- заверил их шут,- берите, она стоит больше, чем десятая от сотни.
— Нет уж, мы лучше проверим.- Старший караула взмахнул рукой, подзывая одного из пацанов, которые в крупных городах всегда вертятся возле ворот.
Отправленный к ближайшему меняле, мальчишка вскоре вернулся и ошеломил воинов новостью: монета подлинная и стоит одну седьмую от имперской сотни.
— Проходите,- разрешил старший,- да будет ваше пребывание в Хисти удачным!
— Куда собираешься податься? — спросил Хорст, когда они очутились на узкой и очень шумной улице.
— На площади Отребья есть большая таверна, «Отвислое брюхо»,- подумав, ответил Авти,- если где и можно заработать в этом Хаосом трахнутом городе, то только там.
— Я найду тебя там, но сначала зайду в храм. Я слишком давно не был на службе…
Шут сморщился так презрительно, словно его спутник признался в намерении заняться людоедством.
— Иди уж,- буркнул он,- большой мальчик, не потеряешься. Но к вечеру встречаемся в «Отвислом брюхе»!
Хорст погрузился в привычную с детства уличную круговерть. Прошел цирюльню, в которой сидели клиенты с горшками на головах, смахивавшие на редаров в шлемах, миновал рынок, где воздух дрожал от воплей торгующихся, и только потом нашел храм.
Внутри звонили колокольчики, сообщая, что вторая служба дня вот?вот начнется.
Хорст осенил себя знаком Куба и вошел. Бросил монетку в стоящий у входа сундук с прорезью в крышке и присоединился к немногочисленным собравшимся на службу горожанам. Предтеча — день рабочий, все трудятся в поте лица. Вот завтра, в творение, самим Владыкой?Порядком отведенное для молитв и отдыха, тут будет не продохнуть.
— Откройте сердца ваши, и да воцарится в них Порядок! — около алтаря появился невысокий лысоватый теарх.
Хорст слушал его, опустив голову, шептал молитвы, подпевал, когда исполнялся священный гимн, но никак не мог обрести привычное успокоение. Мысли блуждали где?то далеко, из головы не шел вчерашний разговор с ре Стаком. Неужели все, что сказал благородный, правда? Что все люди лишь фигуры в чьих?то играх? И кто тогда главный игрок?
— Обратимся же к учению,- теарх, завершив службу, приступил к проповеди,- как Шесть есть число Порядка, явленного в мир людской, так и человек, создание Порядка, состоит из шести членов — головы, рук, груди, живота, чресл и ног. Именно отсюда истекает Куб как символ человека совершенного, порядочного…
Проповедь не заинтересовала Хорста, и он принялся исподтишка оглядываться. Стены храма, судя по всему очень древнего, вместо обычных на севере фресок украшала мозаика. Привычные сюжеты были выложены из множества кусочков разноцветного стекла: Творец?Порядок, пожилой благообразный мужчина, выпускает из рук мир в виде огромного куба, тот же куб грызет громадная чешуйчатая гидра Хаоса, пророк Сигфус получает откровение…
— .
..
— … и тако же Порядок имеет шесть ипостасей, ликов, равно почитаемых и единосущных: Творец?Порядок, Владыка?Порядок, Защитник?Порядок, Утешитель?Порядок…- Проповедь все длилась.
Мысли Хорста вновь отклонились от благочестивого русла: ведь если Порядок так могуч, как говорится в священных книгах и проповедях, почему он допускает существование магов? По какой причине позволяет им вести свои игры и завлекать в них людей?
Или эти игры зачем?то ему нужны? Но для чего?
Бывший сапожник покинул храм в еще большем смятении, чем зашел туда. В первый раз молитва, безотказное ранее средство, не помогла восстановить душевный покой. Серебряная цепочка неприятно натирала кожу, а амулет казался тяжелым, будто тележное колесо.
— Хорошее тут, на западе, пиво,- глубокомысленно изрек Авти, ставя кружку на стол, и сыто рыгнул.- Не то что в твоих родных местах, где варят какие?то помои…
— А ты сам?то где родился? — усмехнулся Хорст, отхлебывая пахнущий хмелем напиток. Тот и впрямь был хорош.
Они сидели в «Отвислом брюхе», а вокруг бражничали жители Хисти. Стучали сдвигаемые кружки, слышались здравицы, песни и вопли, время от времени взвизгивали служанки, которым выпившие посетители норовили залезть под юбку.
— Это было так давно, что я забыл,- махнул рукой шут. Его выступление закончилось совсем недавно, и объемистый кошель, надежно спрятанный в мешок, полнила звонкая монета.- Ну как ты помолился?
— Плохо,- Хорст нахмурился.
— Я не удивлен,- Авти подхватил с блюда горсть мелкой соленой рыбки, запихнул в рот и принялся жевать,- магия, она отшибает манеру верить во всякие глупости.
Хорст ничего не ответил. Он привык к вольнодумству спутника и вступать в спор не собирался.
— Ладно,- Авти почесал живот,- оставим проблемы веры на потом. Ты мне лучше скажи, куда собираешься отправиться?
