— Натро прислал краурха! — сказал Охотник.- Прошу тебя, поторопись!
— Я буду у ворот через несколько минут! — ответил Несмех.
— Мне надо переодеться!
Зодчий был взволнован. Он чувствовал: правители Народа наконец приняли решение. Пора бы уж: три недели прошло с тех пор, как Тилод и Эйрис, купив в Сарбуре парусную лодку, приплыли в Город-на-Берегу. И все это время Тилод бездействовал. Игры с молодыми сиргибрами вряд ли назовешь серьезным делом. А время шло…
Будто чувствуя нетерпение Тилода, управляющие гнали панцирного гиганта, не жалея его ног. На тропе между городом и лагерем не встречалось больших деревьев, а молодая поросль была срезана, когда краурх бежал из Города. Сейчас гигантский краб несся по склону вниз немногим медленнее парда. Стены Лона по обе стороны тропы слились в сплошную завесу переливающихся цветных полос. Весь путь занял не больше пятнадцати минут.
У Лабиринта, который теперь занимал всю возвышенность, если не считать обращенного к реке склона, Тилод спрыгнул со спины краурха, не дожидаясь, пока краб остановится.
— Натро — на Радужной площади! — крикнули ему сверху.
Тилод перемахнул через защитную полосу, пожелал теплого солнца работавшим с камнем юношам и уверенно вступил в Лабиринт. Здесь, в Вечном Лоне, ему достаточно было только пожелать — и ноги сами несли к нужному месту кратчайшей из дорог.
Радужной площадь называли из-за странного перламутрового цвета камня, который открылся при сооружении этой части лабиринта. И сам цвет стал причиной, по которой, волей отца Натро, здесь была сделана площадь: не слишком правильный круг пятидесяти шагов в поперечнике, огражденный стенами в восемь-девять локтей.
Натро был не один. Вместе с ним — Слушающий Дирг, Старший из Черных Охотников Сёум и Эйрис, еще утром уехавшая из лагеря сиргибров.
— Новости, Несмех! — сказал Натро, когда зодчий и остальные обменялись приветствиями.
— Некто спустился с гор! — монотонно проговорил Дирг.- Некто, владеющий силой, некто, рождающий Мощь! Некто, в ком Власть от Начала над Четырьмя! — глаза Слушающего вспыхнули, а голос обрел энергию.
— Дыхание его подобно смерчу, клинок его Желанья бурю порождает, и он витки Судьбы сметает Древней Тьмой, и Тьму сметает — только пустота пребудет там, где прежде был огонь! Но Власть его заключена внутри, она сама Огонь. А Путь его — во тьме, нечаян и неведом, но знак его рождения — наш!
Дирг умолк, тяжело дыша.
Тилод мало что понял, но сильно обеспокоился.
— Дирг! — сказал он.- Имей снисхождение! Мне незнаком язык твоей песни!
Колдун кивнул:
— Прости, полубрат,- сказал он.- Ты сияешь так, что я каждый раз забываю о твоей слепоте!
Только Дирг мог назвать Постигшего полубратом. Здесь не было обиды для Тилода — только горечь.
— Мы узнали,- вмешался Натро,- что некая неведомая армия спустилась с Черных Гор на северо-западе Конга! Неведомая армия с неведомым предводителем. То, что сказал Слушающий Дирг, относится именно к вождю этой армии.
— Так откуда она пришла? Кто они? — спросил зодчий.
— Из Урнгура! — ответил Натро.- Мне сообщили, что они громят Владения ваших соххоггоев…
Тилод взглянул на Эйрис и понял, что мысли у них — одинаковы.
— …и даже напали на Далаанг, правда, без успеха. Мой человек в Сарбуре сказал также, что всякий, кто услышит пришедшего с Черных Гор, становится его сторонником. И доподлинно известно, что Великий Анган повелел войскам Междуречья идти на запад.
И доподлинно известно, что Великий Анган повелел войскам Междуречья идти на запад. И войска эти вышли, но часть их присоединилась к вторгшимся, а другие возвратились в Сарбур с Исполняющим Волю Керанраоном. Керанраон, вероятно, попытается изгнать чужеземцев. Дирг вопросил Высших и познал, что соххоггои, заблудшие потомки древних воителей, уйдут с лица Мира. И изгонит их тот, в ком знак Лона и в ком заключена Власть, большая, чем сила всего Народа! И только Владыка Судеб знает, что из этого выйдет! Некто привел армию из Урнгура! А у Урнгура и Лона связь столь древняя, что корни ее глубже корней Закатных гор, а ветви выше их серебряных вершин! В самом же Урнгуре недавно произошло нечто, затронувшее Сокровенное!..
— Бог! Бог пал! — перебил Дирг.- Пал, окутанный багровой пеной, пал Великий из Прежних, брат Зла, что под этой землей! — Слушающий топнул ногой.- Пал, чтобы подняться! И содрогнулась Твердь! И поднялась Волна! И идет!.. Тьфу! — Дирг сплюнул на камень и замер.
— Надо полагать, тот, кто пришел в Конг, как-то связан с падением бога! — спокойно сказал Натро.- Как сказал Слушающий — твердь содрогнулась. И пришла пора узнать, не ради ли этой бури Благородный Учитель привел наших предков в Вечное Лоно.
— Что ты говоришь отец? — воскликнула Эйрис.- Мы — Народ! Что нам за дело остального Мира!
— Разве не там твой сын и мой внук? — мягко спросил Натро.- Разве не ты просила меня вмешаться в дела «остального» Мира?
Эйрис смутилась, просительно посмотрела на Тилода: помоги.
— Плохо! — мрачно проговорил Тилод.- И боюсь, что твой отец прав. Если верить вашему Преданию, лет двести назад некий маг загнал — иначе не назовешь — вашего Благородного Учителя сюда, в Вечное Лоно. А там, где маги, там всегда неприятности. И они ничего не делают просто так. Мне трудно представить, какая может быть связь между Урнгуром и Вечным Лоном, но раз вы говорите, что она есть, значит она есть. Если я тебя правильно понял, Натро, то ты полагаешь: раз Урнгур пришел в Конг, Охотники должны выйти ему навстречу? Ты уверен? Нас ведь совсем мало. Какими бы безупречными воинами ни были Черные Охотники, им не справиться. В самом крохотном городке Конга больше мужчин, чем Черных Охотников в Вечном Лоне.
— Это так,- кивнул Натро.- Но у нас есть сиргибры.
Тилод некоторое время молча смотрел на предводителя Народа.
— Ты знал,- наконец произнес он.
— Не знал — догадывался,- ответил отец Эйрис.- Когда боги привели тебя к нам, я почувствовал: приближается наше время. Сейчас это время пришло. И возвестил об этом тот, кто пришел из Урнгура. Мне тоже страшно, Несмех. Да, у нас есть сиргибры, но что могут сиргибры против того, кто поверг бога? Мне страшно, Несмех, и я — в сомнении…
«Настанет день, когда чаша переполнится и страдания прольются на землю благословенного Конга. И смешаются они с древней пролитой кровью, и вскипит эта кровь, и содрогнется твердь, и падут горы. И восстанет от сна повелитель-дракон. И грядет он, разбуженный, и повергнет он в страх людей, и побегут они в ужасе…» — медленно, негромким речитативом произнес Тилод. И добавил мрачно: — Не знаю, действительно ли этот урнгурский маг — тот самый повелитель дракон, о котором говорит легенда, но сдается мне, принесет стране моей большое зло…
— Нет! — Пронзительный голос Дирга прервал речь зодчего.- Тот, кто идет — не зол! — Дирг сцепил пальцы рук, чтобы легче справляться со внутренним жаром.
— Пламя его — во тьме, но не единственно тьма! Он не подвластен Тьме! Он окружает Тьму! И сокрушит то, что желает! Знак его — наш!
— Что это значит? — спросил Тилод.
— Высшие рекли: пришел из Лона!
— Все мы пришли из Лона! — пробормотал зодчий.
— Нет! — пояснил Натро.- Он имеет в виду: предводитель урнгурцев родился здесь.
