…жаркий и яркий день померк для Повелителя Демонов, едва ушла стрела. Но извне пришел свет, а с ним — знакомое лицо в цветах вечернего золота.
«Так ты хочешь убить меня, Алчущий?»
«Да! — подтвердил храбрый маг.- Что мне в твоей жизни?»
И содрогнулся невольно, увидев, как сквозь человечьи черты проступил темный лик дракона.
Но собеседник отослал прочь гнев.
«В жизни моей — исполнение твоей! — пропел он голосом Власти.- Вспомни о Сути, эдзак. Разве боги не открыли тебе, где истинная сила Знания для тебя?»
«Это ты?» — всколыхнулся стеной сумрака Алчущий.
«И да и нет».
«Ты — Сила!»
«Не путем Силы пойдем мы. Хотя и не избегая Ее».
«Что ждет меня, если я скажу — ''нет''?»
«Тебе ведомо».
«Да, так. Я иду за тобой! Верность мою пусть свидетельствует…»
«Не клянись. Помыслы твои — вижу. С нами Судьба, эдзак!»
Порыв Власти вытолкнул Повелителя Демонов в зримый мир, под ясный свет полдневного солнца, в миг, когда завершился полет посланной им стрелы.
Чародей увидел, как вспыхнул голубым огнем знак, что рисовал сидящий у дороги в мелкой пыли. И, затрепетав, повисла в воздухе короткая арбалетная стрела, сидящий же повернулся, взял ее тремя пальцами и бросил на дорогу. А потом встал.
Поднялся и эдзак, смотрел, как неторопливо поднимается вверх по склону его новый господин.
— Он идет! Идет! — в ужасе закричал Уанх.
И испустил неслышимый вопль, призывая дракона.
Но Повелитель Демонов знал: дракон не прилетит.
А юноша в серо-зеленом, хоть и шел совсем медленно, как-то очень быстро оказался рядом…
— Прочь! — уронил он.
Эдзака обдало порывом холодного свежего ветра.
Он быстро оглянулся: Уанх пропал.
И еще один порыв ветра, другого, с запахом лимонных листьев — сверху.
«Я ошибся? — удивился эдзак.- Дракон прилетел?»
Но одного взгляда оказалось достаточно, чтобы убедиться: закружились в танце сорванные листья,- не серый — бронзовый дракон опускался на прогалину.
— Идем,- сказал магу новый его господин.- Он голоден и не станет ждать, пока ты подберешь свой хлам.- Юноша в серо-зеленом пренебрежительно толкнул ногой брошенный арбалет.
— Да,- сказал эдзак, повернулся, шагнул и первым коснулся опущенного гладкого крыла.
* * *
Сарбур. Двадцать третий день первого месяца осени тысяча двенадцатого
года по исчислению Империи или первого года
от Прихода Освободителя — по новому исчислению Конга.
— Ну, что ты скажешь? — спросил Нил, глядя сквозь решетку на погруженную в сон Нассини.
— Лучше бы ты убил ее там, во дворце,- задумчиво произнес зодчий, изучая маленькое бледное личико.- Боюсь, сам я на это не способен!
— Подари ее мне! — вдруг предложил Эрд. И, спохватившись, добавил: — Если только сие не оскорбительно для твоей страны.
— Эо! Светлейший! Я полагаю, Этайа излечила тебя?
— Да, разумеется! — Эрд успокаивающе коснулся плеча вагара.- Она мне просто любопытна. А без своих снадобий, без стражей…
— Несмех,- вдруг вмешалась Эйрис.- Я чувствую: эта женщина опасней желтой змеи. Убей ее! — и, оборотясь к Эрду: — Брат, не делай того, что пожелал! Несмех! Хочешь, я сама убью ее?
— Вы говорите так, словно эта бледная крошка — демон! — воскликнул Робур, присоединившийся к ним из любопытства: он никогда прежде не видел соххоггоя.
— Она не настолько красива, чтобы очаровывать, а такую шейку можно переломить двумя пальцами! — светлорожденный просунул руку между прутьями, чтобы потрогать Нассини.
— Нет! — крикнул Эрд, хватая брата за рукав.- Соххоггои — не те, с кем можно быть беспечными! Даже когда они спят!
И в подтверждение выложил историю смерти Иллана.
Но на Робура рассказ произвел совсем не такое впечатление, на какое рассчитывал Эрд. Глаза молодого воина загорелись.
Биорк рассмеялся:
— Светлейший! — сказал он удивленному Эрду.- Постарайся вспомнить, каким ты был год назад. Может, тогда ты подыщешь более удачные аргументы, чтобы предостеречь светлорожденного Робура?
— Нет! — принял решение Тилод.- Она не уедет из Конга. И ее не убьют. Она — последний Великий Анган. Пусть остается в живых. Как напоминание. Я поручу жрецам Тура присмотреть за ней. Они искусны в магии. Но пока пусть она побудет в твоем дворце, Дракон Юга. У нас есть более важные дела!
— Как скажешь, вождь,- согласился Керанраон.- Не перейти ли нам в более удобное для беседы место?
Более удобное место оказалось открытой полукруглой террасой, утонувшей в зелени и синеве листьев. Горшки с растениями были расставлены так, чтобы не заслонять открывающегося сверху вида Сарбура. Дворец возвели на холме, и с его террас замечательно просматривался весь северный берег и широкое устье реки.
— Взгляни-ка,- сказал сыну Биорк, указывая на белые, украшенные башенками стены, обрамляющие сад.
Сразу за ними начинался крутой склон, поросший травой. Белая лента дороги серпантином поднималась наверх.
— Неплохо! — одобрительно отозвался Нил.- Довольно пары сотен арбалетчиков!
— Попробуйте этого вина! — раздался рядом голос хозяина.
Если он и слышал реплики, которыми обменялись северяне, то виду не подал.
— Черное сарбурское не хуже, чем черное архонское, клянусь языком Тура! Ему уже восемьдесят шесть лет, господа мои!
Нил облапил протянутый бокал, пригубил и кивнул одобрительно.
— Годится.
— Как здоровье твоего сына? — осведомился Керанраон.- Я имею в виду того, в ком кровь конгайки.
— Здоров! — буркнул Нил. Его раздосадовал намек.- Это мой единственный сын, Раон. Боги не удостоили меня, ведь я лишь наполовину человек.
— Прости! — огорчение Керанраона было искренним.- Я не знал! Надеюсь, ты нашел свою женщину и милость Тура останется с вами!
— Добрые слова! — сказал Биорк.
Керанраон похлопал Нила по плечу и отошел к столу, за которым сидел Тилод.
— Вождь!
Зодчий повернулся, ответив улыбкой на улыбку хозяина.
— Позволь спросить! Как я понял, ты не намерен ехать в Далаанг?
— Ты прав.
— Тогда… где ты намерен… Вождь, не можешь ли ты, удовлетворив мое любопытство, назвать место, откуда ты намереваешься повелевать страной?
Керанраон ждал с волнением и испытал огромное облегчение, услышав ответ Тилода.
— Ты мог бы осведомиться и не так витиевато! Нет, мой друг! Я не собираюсь обосновываться здесь, в Сарбуре! Он останется твоим!
— Под твоей рукой, вождь!
— Да, если так решит Судьба!
— Не Далаанг, не Сарбур…- продолжал Керанраон.- Тогда — Фаранг?
— И не Фаранг! Это тоже было бы несправедливо.
— К Гангу?
— К твоему Сарбуру.
Дракон Юга недоуменно поглядел на зодчего.
— Я не слишком люблю загадки! — сказал он.
— Если столица будет в Фаранге, это сделает Фаранг выше Сарбура.
— Тогда где она будет, твоя столица?
— Я думаю,- произнес Тилод,- пришло время восстановить древнюю столицу!
— Ангтъян? Ты не шутишь?
Зодчий посмотрел в глаза собеседника.
— Ты что же, не одобряешь мой выбор?
— Слишком неожиданно… И… Да! — заявил воин решительно.- Ты целиком прав! Пришло время вернуть жизнь берегам залива Донхен! Я — с тобой!
— Я еще не Владыка Конга! — напомнил Тилод.- И предпочел бы…
— Не говори ничего! — поднял руку Керанраон.- Я никогда не видел твоего сына, но охотно присягну ему, если он…
— Если он вернется! — закончил Тилод вместо заколебавшегося Керанраона.- Нам с тобой, достойный, не подобает отворачиваться от Судьбы! Ты — первый, кому я сказал о своем желании восстановить Ангтъян, но нынче вечером я объявлю об этом всем.
