— Предпочитаю, чтобы умирали мои враги! — сказал Сихон.- Гляди-ка, почтенный, а эти ящеры и впрямь нас не трогают!
— Есть четвертый путь! — сказал великан бывшему Исполняющему Волю, когда они оказались за пределами Далаанга.
— Да?
— Почему бы новому Великому Ангану не отправиться вслед за старым?
— Ты хочешь сказать…
— Да, воин! Я пойду и помогу Нассини соединиться со своими богами! Надеюсь, ты подскажешь мне, как найти апартаменты Великого Ангана в этом прекрасном дворце?
— Это бессмысленная затея, Нил! — возразил Керанраон.- Апартаменты Великого Ангана все время меняются. Такова традиция. Отыскать их во дворце, где полно стражей и соххоггоев? Ты погибнешь, и погибнешь зря!
— Раон! Разве я когда-нибудь брался за невозможное?
— Я не помню такого, но мы ведь и познакомились недавно!
— Воин, который делает ошибки, не живет долго. Что еще тебя смущает?
— Ну… Марать меч кровью женщины…
— Раон! — Нил расхохотался.- Оставь эти рассуждения благородному Эрду! Мы — солдаты, Раон! Если кровью одной женщины я могу выкупить кровь сотен мужчин, я прирежу ее, как овцу!
— Может, имеет смысл просто выкрасть ее?
— Чтобы ее убили принародно? Ну нет! Мне, ты знаешь, никогда не нравились публичные казни! Может, те, кого казнят, и заслужили смерть, но, клянусь кулаком Тура, зеваки, пускающие слюни в предвкушении чужой крови… Да они и на меч могут глядеть, не жмурясь, лишь когда он занесен над чужой головой! Однако я разболтался! В одном ты прав: меч — не для женщины! Я просто сломаю ей шею. У соххоггоев крепкие шеи, как раз для моей руки!
— Если ты ее найдешь!
— Найду! Знаешь, кто мне поможет? Унар!
— Он не выдаст! — покачал головой Керанраон.- Никакая пытка…
— Кто говорил о пытках? — удивился Нил.- Мне надо просто отыскать его! Разве ты не слышал: Исполняющий Волю все время поблизости от Великого Ангана?
— Допустим. Но как ты отыщешь Унара?
— А вот это моя маленькая тайна! — ухмыльнулся Нил и подмигнул собеседнику.- Однако ж…- произнес он озабоченно,- я ощущаю в животе некую пустоту. Не послать ли вперед гонца, чтоб распорядился насчет обеда? Я, знаешь ли, куда лучше себя чувствую, имея в брюхе кусок жареной телятины и пару кувшинов хорошего вина.
— Я заметил! — сказал Керанраон, перестав хмуриться.- У тебя аппетит десяти воинов!
— Можешь взять меня на довольствие в качестве десятка,- предложил Нил.- Клянусь брюхом Быкоглавого, я обещаю сражаться за целую дюжину!
— Не сомневаюсь! — Керанраон хлопнул великана по руке.- Тебе говорили, что ты похож на кугурра?
— Мне говорили, что я похож на хорсу! — Нил слегка выпятил челюсть.- Слыхал о такой зверюшке?
— Слыхал. Но не видел.
— Тебе бы понравилось! А какая шкура! Втрое больше пардовой и в десять раз пушистее! У меня выстланы ими две комнаты в охотничьем доме на берегу озера Лёйр! Приезжай ко мне на север, Раон! Мы славно проведем время! Охота, девушки…
— Благодарю! Но сейчас меня больше беспокоит твоя охота!
— На! — сказал великан, протягивая ему флягу.- Тут еще на три добрых глотка, солдат. Выпей и не тревожься из-за ерунды. Завтра утром я подарю тебе Маску Великого Ангана. Только не вздумай ее примерять, это плохо сказывается на здоровье!
— Не буду,- очень серьезно ответил Керанраон.- Знаешь, я начинаю верить, что ты управишься! И скажу еще: крайне приятно иметь рядом такого, как ты!
— Да,- ухмыльнулся Нил,- многие мне говорили об этом. Особенно женщины!
— А знаешь почему?
— Да?
— «Выпей, солдат! И не тревожься из-за ерунды. Все будет в порядке!» Так ты сказал? И, клянусь Рогами, я тебе верю! Скажи, есть в мире что-нибудь, что может тебя остановить?
— Ба! — ухмыльнулся великан.- Однажды меня побили!
— Да? И как звали того, кто это сделал? — заинтересовался Керанраон.
— Его звали — Хаор!
XXVII
«Ожидающий этой чаши
Непременно ее дождется.
И в дрожащие руки приняв,
Пригубит золотой напиток.
Но вино его будет горьким».
Баянлу из Тайдуана
Далаанг. Осень тысяча двенадцатого года
Ночь была облачная, безлунная. Именно такая, какая нужна была Нилу. Темень, в которой глаза человека не способны увидеть его собственной, поднесенной к носу руки. Свежий ветер дул со стороны гор, заставляя часовых кутаться в плащи,- слишком холодный для начала осени.
Пустынная площадь погружена во мрак. Мягкие сапоги Нила беззвучно ступали по мраморным плитам. Неощутимый, как дыхание мертвеца, он пересек площадь и был уже совсем рядом с дворцом, когда голову его тронула морда сиргибра. Ящер фыркнул, обдав великана жарким тяжелым духом хищника. Сиргибру не понравился запах масла, которым было покрыто тело воина,- темного, почти черного масла, густого и скользкого, сделавшего кожу Нила неразличимой во тьме. Кроме масла тело великана прикрывала набедренная повязка да еще сапоги. На кожаном поясе, укрепленные так, чтобы не звякнуть в неподходящий момент, висели меч и кинжал. Даже веревки Нил не взял с собой, полагаясь на крепость пальцев и собственную ловкость.
— Отстань! — прошептал он, отпихивая голову сиргибра.- Не до тебя, братец!
Самое нижнее окно оказалось на высоте девяти локтей от земли и вдобавок затянуто до половины пленкой. Многовато для бесшумного прыжка, тем более, что Нил услышал стук подошв и негромкое покашливание.
Многовато для бесшумного прыжка, тем более, что Нил услышал стук подошв и негромкое покашливание. Часовой.
Великан обследовал саму стену и обнаружил, что она покрыта довольно искусной резьбой. Впрочем, сейчас его интересовали не мастерство конгайских резчиков, а глубина насечек. Распластавшись, как скальная ящерица, великан пополз вверх. Сиргибр топтался рядом, но не мешал, наоборот помогал, время от времени шумно фыркая и заглушая те немногие звуки, которые создавал Нил.
Деревянный наличник окна угрожающе заскрипел, но воин, пробив пальцами оконную пленку, успел ухватиться за край подоконника. Еще одно усилие — и он внутри.
Пара шаровых светильников освещала коридор. Часовой, привлеченный треском разорвавшейся пленки, повернулся. Нил упал на пол, надеясь, что страж не слишком заинтересуется одним-единственным звуком. Однако наемники соххоггоев беспечностью не отличались. Нила, в тени подоконника, часовой не разглядел, но заметил разорванную пленку и, вынув меч, осторожно двинулся вперед. Жизнь стража спас сиргибр. Рогатая морда вдруг появилась в окне и потянулась к часовому. Страж отпрянул и выругался. Нил знал: самое большое желание воина — рубануть мечом по этой зубастой башне. Но страж не решался. Он слишком хорошо помнил, чем кончаются попытки нападения на ящеров.
Сплюнув, часовой демонстративно повернулся спиной и зашагал в противоположную сторону.
Нил вскочил и через мгновение оказался уже за поворотом коридора. Теперь ему оставалось только найти Унара. Сосредоточившись, он нащупал «запах жизни» Исполняющего Волю. Теперь надо отыскать путь в здешнем лабиринте. И великан отправился в странствие по бесконечным коридорам, галереям, лестницам… Дворец освещали скудно: должно быть, масла оставалось не так уж много. Редкие светильники обычно сообщали о местонахождении часовых, облегчая задачу Нила остаться незамеченным. Потому великан слегка удивился, почуяв присутствие человека, затаившегося в темноте.
