Очутившись там, в неведомо каком туннеле (карт Простора не существует потому, что он постоянно изменяется), Стизл, как настоящий сумасшедший, стал прошивать один туннель за другим на предельной скорости, нарушая все правила и установления. Как ему вместе с кораблем и командой удалось сразу же не разлететься в кварки, до сих пор остается непонятным, физика Простора даже и сегодня является едва приоткрытой книгой. Сам Стизл, как рассказывают, впоследствии на такие вопросы отвечал лишь: «Судьба хранит пьяных и влюбленных, а также одержимых» — и, похоже, сам верил в это. Вообще-то в делах веры он был человеком, достаточно далеко продвинутым, и иные считают, что это и помогло ему и в том эпизоде, а еще более в последовавших за тем.
Лихие действия позволили ему достаточно быстро установить, в каком именно узле Простора находится «Двуглавый тигр». Пират занял один из узлов, близких к месту его последнего выхода в Простор, и, предполагая, безусловно, что его захотят выследить и преследовать, подстраховался в этом узле всеми возможными способами. Напомним, что узел в Просторе — это точка, где пересекаются туннели (название, конечно, весьма условное и применяется за неимением более точного определения), то есть каналы видимости в постоянном, непроницаемом для чего угодно тумане Простора, его условных пространственных измерений, которых там, как известно, восемь. Чтобы обезопасить себя, находясь в узле, от любого нападения, достаточно туннели, ведущие в узел, запереть — то есть поместить в каждом хотя бы один предмет: маяк, катер, гравимину, мешок с мусором — все равно: известно ведь, что пропускная способность любого туннеля равна единице, и если в нем что-нибудь одно уже находится, то ничто другое там пройти не сможет. Поэтому для того, чтобы отстояться какое-то время, лучше выбрать узел с наименьшим количеством завязанных им линий. Оптимально их должно быть три, потому что меньше просто не бывает.
«Тигр» так и поступил. Почему он решил отстояться? Вероятно, прежде всего по той причине, что практически весь имевшийся боекомплект израсходовал в атаке на Магнус, и теперь следовало дать всем несколько успокоиться — и лишь после того, крадучись, добраться до звезды Уль, близ которой находилась одна из баз снабжения артонского громилы-рейдера. А кроме того, на борту «Тигра» находилось пять тысяч десантников, поскольку первоначально предполагалось не только разбомбить Магнус, но и выбросить десант. Этого, однако, не сделали. Не то чтобы отказались, но сочли, что прежде нужно избавиться от «Рыжей Су», потому что если бы она подоспела и атаковала, то мог погибнуть и сам «Тигр», а уж десант — непременно: в момент высадки он беззащитен. Вот почему на «Тигре» решили прежде добраться до того самого места, где его не дождался нетерпеливый в своем гневе капитан Стизл. Там выгрузить солдат и после этого начать охоту за «Рыжей».
Итак, место «Двуглавого» капитан определил. Как и то, что все три подводящих туннеля надежно перекрыты.
Как и то, что все три подводящих туннеля надежно перекрыты. В другое время это, может быть, в какой-то мере отрезвило бы его. Но сейчас ему было решительно наплевать на все на свете.
Продолжая пользоваться тем, что Простор каким-то образом терпел его хулиганскую манеру мчаться по туннелям очертя голову, Стизл принял воистину сумасшедшее решение: использовать эту возможность и дальше, приблизиться к врагу, просто отшвырнув толчком выставленный в ближнем туннеле катер, и…
Тут было самое время самому себе задать вопрос: «И что?»
Действительно. Несмотря на то что у «Рыжей Су» боезапас был в полном порядке, здесь это никакой роли не играло. Даже в приступе сумасшествия Стизл не забывал: это невозможно!
Невозможно — потому что те крохи физики Простора, в каких люди уже разобрались достаточно ясно (для специалистов, конечно), говорили, что подобные способы высвобождения энергии в Просторе способны, любой из них, пусть и самый слабый по мощности, запустить курковую реакцию, о характере, масштабах и последствиях которой можно было судить лишь предположительно, и все предположения были достаточно мрачными.
Что же оставалось?
У Стизла не возникло ни малейших сомнений: ударить в слабое место. Известно, что уязвима любая, даже максимально защищенная крепость, пусть она и производит впечатление совершенно неприступной. Надо лишь знать его — остальное является делом, как говорится, техники. Техники уничтожения.
Слабым местом любого корабля, способного выходить в Простор и там преодолевать звездные расстояния всего лишь за часы или, на худой конец, дни нормального (для нас) времени, являлась, как известно каждому специалисту сейчас и было известно уже во времена капитана Стизла, система сопространственных антенн.
Тут самое время вернуться к вопросу о существовании органики в Просторе. И действительно: собак Простор, выходит, не признает, а человека в его кораблях терпит?
Не совсем так. Весь секрет в том, что корабли, даже пересекая Простор, по сути дела, находятся не в нем, а в привычной Нормали, в родном пространственно-временном континууме.
Корабль просто одевается в это пространство перед тем, как выйти в Простор, — как человек надевает плащ, выходя под дождь.
Технология не особенно сложна. Порождаемое генераторами Нора-Сенина поле, в обиходе называемое изолирующим, при помощи этих самых антенн перед прыжком создает вокруг корабля подобие оболочки, удерживающей какую-то часть нашего нормального пространства.
На жаргоне это называется «мешком пустоты».
Полусферические антенны (число их варьирует в зависимости от размеров и массы корабля) симметрично располагаются на поверхности звездолета, из-за чего он издали производит впечатление монстра, покрытого редкой чешуей. Эта техника еще никогда не подводила — скорее всего потому, что в Просторе не существует, похоже, ничего такого, что могло бы вызвать в системе какую-то неисправность.
В Просторе вообще нет никаких опасностей — за исключением одной, которой является он сам. Подобно тому, как океан представляет главную опасность для тех, кто не принадлежит к его природным обитателям, но тем не менее в нем находится, — если только они лишаются необходимых средств самосохранения. Простор же, в котором время от времени штормит так, как ни одному океану не снилось, не имеет ни рифов, ни мелей, ни хищных обитателей (и вообще никаких: своей жизни в Просторе, по имеющимся представлениям, нет). И хотя такой шторм, играющий на силовых линиях, как арфист на струнах своего инструмента, может занести корабль в такое место, куда тот вовсе и не собирался попасть, целости корабля он при этом не угрожает: просто нечем.
Он ведь на самом деле всего лишь организованная пустота, какой в нашем пространстве не найти.
Так вот, капитану Стизлу все, что касалось системы СП-антенн, было известно. Но не только это, а также и то, что выход из строя одной-единственной антенны нарушал единство всей системы; в сохраняемом пространстве возникала дыра. Ну ладно, не дыра — дырка, пусть даже маленькая дырочка. Но недаром говорят, что вода дырочку найдет; густая, массивная, вязкая вода, а уж пустота… Ясно, да?
