— Легки на помине! — дружелюбно встретил нас Дарвальд. Судя по тому, что меня второй день разбирала икота, поминал нас он непрестанно. А я-то на тряску от скачки грешила… — Вы где запропастились, скажите на милость? Я уж собрался ехать вас искать…
— В столице мы были, — ответил Марстен. — Ты ж сам знаешь, там столько всего, пока обойдешь, посмотришь… А Юлька как прицепится к чему-нибудь, не оторвешь, ну будто из деревни первый раз в жизни вырвалась!
— А Марстен как до кабака дойдет, так и не вытащишь его оттуда, — подхватила я.
— Ты ж сам знаешь, там столько всего, пока обойдешь, посмотришь… А Юлька как прицепится к чему-нибудь, не оторвешь, ну будто из деревни первый раз в жизни вырвалась!
— А Марстен как до кабака дойдет, так и не вытащишь его оттуда, — подхватила я. — И веселится так, что дым коромыслом!
— Вижу, вы отменно развлеклись, — кивнул Дарвальд, не выдержал и улыбнулся. Впрочем, он тут же посуровел, и мне это не понравилось. — А теперь скажи мне, Марстен…
— Что? — уставился тот на приятеля.
— Ты мое кольцо, случайно, не брал?
— Какое кольцо? — вытаращил глаза Марстен.
— Мое фамильное кольцо, — спокойно повторил Дарвальд. — Ты должен его помнить, я тебе показывал. Я разбирался в кабинете и решил переложить кольцо в шкатулку. Но на месте его не оказалось.
— Может, ты сам куда-то убрал, а потом забыл? — встряла я.
Дарвальд отрицательно покачал головой, пристально глядя на Марстена. Тот честно выдержал испытующий взгляд, но, на мой взгляд, несколько переборщил с невинным выражением лица.
— Марстен, скажи честно, ты взял кольцо? — повторил Дарвальд. Он стоял на ступеньках крыльца и взирал на нас сверху вниз, как обвинитель в суде.
— Не брал, — честно ответил Марстен. И это было чистой правдой, потому что он в самом деле не брал кольца!
— Марстен, я ведь просил никогда мне не врать. — Кажется, Дарвальд начал заводиться, а это было совсем нехорошо! — Мы однажды, кажется, имели беседу по этому поводу и обо всем договорились, не так ли?
— Да не брал я! — из последних сил сопротивлялся Марстен.
— Он правда не брал твоего кольца, — решила я вмешаться, потому что лицо Дарвальда приобрело крайне неприятное выражение, а ссоры я допускать не хотела. — Честное слово!
— Оно само ушло? — кротко поинтересовался Дарвальд и переключил внимание на меня. Да, вот сейчас взгляд у него был в точности как у Верио! Такой же пронизывающий… Врать под таким взглядом решительно невозможно!
— Нет, — вздохнула я. — Его взяла я.
— Ты?… — Вот такого поворота событий Дарвальд явно не ожидал. — Зачем?
— Ну… — Я покосилась на Марстена в поисках поддержки, но поняла, что мне придется отдуваться за нас обоих. — Оно было нам нужно…
— Ах, все-таки «вам», — констатировал Дарвальд. — Крайне интересно. Ты излагай, Юля, я слушаю с превеликим вниманием!
— Слушай, что ты выражаешься, как наш преподаватель по философии? — рассердилась я. — Ну, взяли мы кольцо, ну, без спросу… Так надо было! Не волнуйся, вернут его тебе…
— Час от часу не легче… — Дарвальд нахмурился. — Оно еще и не у вас? Марстен, ты его что, в кабаке пропил?
— Сдурел, что ли!? — оскорбился Марстен. — Вот всегда так, ты со всей душой, а тебе… «в кабаке пропил»! — передразнил он Дарвальда. — Дурак ты, Валь! Разобрался бы, прежде, чем на людей кидаться!
— Я и пытаюсь разобраться, — ответил тот. — Итак, кто же вернет мне мое кольцо?
— Твой отец, — буркнула я. Не так, совсем не так я хотела преподнести эту сногсшибательную новость!
— Мой… кто? — тихо переспросил Дарвальд, глядя на меня, как на умалишенную.
— Да папаша же твой, ты оглох, что ли? — заорал выведенный из себя Марстен. — Папочка твой ненаглядный!
— Он же у… — начал было Дарвальд, но Марстен не дал ему закончить.
— Папочка твой ненаглядный!
— Он же у… — начал было Дарвальд, но Марстен не дал ему закончить.
— Живой он, еще поживее тебя будет! А что смылся, так я очень хорошо его понимаю, от такой семейки любой сбежит! — Марстен гневно фыркнул. — Думаешь, мы в столицу поперлись от нечего делать, дворцами полюбоваться? Видал я эти дворцы знаешь, где?…
— В общем, мы его нашли, — вставила я. — Нам и кольцо затем нужно было… вроде опознавательного знака…
— Вы его нашли? — снова переспросил Дарвальд совсем уже каким-то умирающим голосом. Он определенно не верил своим ушам.
— Ага, я его видела — ну вот как тебя сейчас, — заявила я бодро. — Он обещал быстренько разгрести какие-то свои темные делишки и сразу приехать!
— И разобраться с твоей матушкой, — вставил Марстен и заулыбался. Видимо, ему грела душу мысль о том, что может сделать Верио Тарм со своей ненаглядной супругой.
— Значит, вы взяли мое кольцо и отправились в столицу только затем, чтобы разыскать моего отца? — спросил Дарвальд отрешенно.
— Так о чем мы тебе тут и толкуем! — завопил Марстен и хотел добавить еще что-то, но замер на полуслове, потому что Дарвальд вдруг сел на ступеньку, закрыв лицо руками, и замер. — Валь, ты чего?
— Вы сумасшедшие, — сказал Дарвальд каким-то странным голосом, не отнимая рук от лица. — Вы сумасшедшие, оба.
— Есть немного, — согласилась я и подошла ближе. Марстен тоже наклонился над другом. — Валь, ты как? Нормально?
Дарвальд поднял голову, посмотрел на наши озадаченные и встревоженные физиономии.
— Нормально? — повторил он. — Нет, не нормально…
Тут только я поняла, что губы у Дарвальда разъезжаются в совершенно идиотской улыбке, а он силится удержаться, но безуспешно.
— Сумасшедшие! — ласково сказал он вдруг, сгреб левой рукой меня в охапку, а правой попробовал проделать тот же фокус с Марстеном. Марстен не удержался на ногах, получилась небольшая куча-мала, и некоторое время мы пытались распутать руки и ноги… не задавив при этом меня! — Да как вы додумались до такого!
— Это Юлька! — спихнул на меня ответственность Марстен, потирая ушибленное о ступеньку колено. — Это все ее идея!
— Но зачем?…
— Ну… я же твой друг все-таки, — вполне искренне обиделся Марстен. — Не мог я смотреть, как ты мучаешься!
Про меня он не упомянул, а я благоразумно не стала встревать. Дарвальд посмотрел на Марстена долгим взглядом, убедился, видимо, что тот не придуривается и спросил, сдувая с физиономии растрепавшиеся волосы:
— Вы меня не разыгрываете? Вы в самом деле видели отца?
— Я ж говорю, как тебя сейчас! — обиделась я на такое недоверие. — Нет, все-таки немножко подальше… Хочешь, опишу?
— Лучше расскажите все сначала, — попросил Дарвальд, и до самого вечера мы с Марстеном, перебивая друг друга, излагали историю наших похождений в столице и окрестностях…
По-моему, Дарвальд так нам до конца и не поверил, но, во всяком случае, лицо его из привычно-сумрачного сделалось спокойным (еще бы, Марстен вернулся, за него голова больше не болит!) и вроде бы даже веселым, и во взгляде читалась надежда на скорое избавление… Вот только бы Верио Тарм не подвел! Но Марстен клялся и божился, что тот своего слова никогда не нарушал, и уж если обещал приехать, то приедет всенепременно! Вот бы мне дождаться и посмотреть на его прибытие…
Но я и так уже задержалась в гостях, о чем и сказала как-то вечером Дарвальду.
Он не сразу отреагировал на мои слова, он вообще в последнее время сделался каким-то странным. Не мрачным и дерганым, как раньше, а вроде бы задумчивым, но непонятной такой задумчивостью. «Изобретает что-то,» — отмахивался Марстен, когда я обращала его внимание на подозрительное поведение Дарвальда, а тот все глубже уходил в себя, забросив даже обычные свои заботы.
— Что? — переспросил Дарвальд, очнувшись от раздумий.
