Дакар дернул меня за рукав.
— Что такое закрытая зона? Почему закрытая? От кого? Здесь, смотри-ка, зелень… Бамбук и пальмы? А там кусты с огромными цветами… на клевер похоже, только большие слишком… Настоящие? Не голограмма?
— Тут все настоящее, — заверил я инвертора. — Это место отдыха и развлечений важной персоны, гранда Бургаса из Химических Ассоциаций. Личный, так сказать, анклав.
— Загородное поместье, э? С пальмами, фонтаном и бассейном, как у нового русского? — Дакар нехорошо ухмыльнулся. — И что теперь? Собак на нас спустят?
— Не понимаю, о чем ты. — Стараясь не высовываться из окна, я осмотрел территорию, прислушался — вроде бы тихо. Потом, вздохнув, добавил: — Назад полезем, партнер. Назад, к нашему электрическому червяку.
— И к Яме с крысами? А если отсюда — и прямо в город?
Я снова вздохнул.
— Понимаешь, нам тут находиться не положено.
— Почему?
— Закрытое частное владение. Согласно Догматам, не подпадает под юрисдикцию ОБР и ВТЭК. Ну, и есть еще причины: у Бургаса, нынешнего гранда, братец был, Лион, и я его…
— Стоять! Не двигаться! Снять капюшоны! Руки прочь от оружия! — громыхнуло с галереи.
Я поднял взгляд и замер: там было полно охранников. Восемь человек с разрядниками и в броне — на галерее, четверо — на балконах. Раздался топот, и под арками, слева и справа, возникли вооруженные люди, еще десятка полтора, все с бляхами Химических Ассоциаций: бензольное кольцо вокруг реторты. Подданные! Ну, хвала Паку, что не наемники из Свободных.
Тип с мрачной рожей двинулся к нам, в его ладони поблескивал кружок считывателя.
— Статус, ублюдки! Как вы сюда попали? Кем наняты? Отвечать, быстро! Гарбич выбью и пошлю на корм червям!
«Громко орет, выслуживается», — подумал я, отбросив капюшон на плечи. Значит, гранд неподалеку. Это хорошо! Если Бургас здесь, как-нибудь разойдемся, пусть не в любви и радости, но без кровопролития.
Значит, гранд неподалеку. Это хорошо! Если Бургас здесь, как-нибудь разойдемся, пусть не в любви и радости, но без кровопролития.
— Спокойно, Лусон! — раздался повелительный голос. — Одного из них я знаю — Крит, Охотник, падаль крысиная, чтоб купол на него свалился! А второй…
— Мой ученик, почтенный гранд, — произнес я, стараясь держать руки на виду. И приказал: — Сними капюшон, Дакар, рот не открывай и опусти разрядник.
Бургас, растянув до ушей тонкие лягушачьи губы, смотрел на меня примерно так, как я гляжу на блюдо с мясными червяками. Мол, сейчас подцеплю на вилку, прожую и проглочу. И проглотил бы — отчего не проглотить, с такой оравой бойцов-помощников! Хотя, если по совести разобраться, должен быть мне благодарен, гниль подлесная, — ведь я его грандом сделал. Был бы жив Лион, ходить бы ему в магистрах до самой счастливой эвтаназии.
— Приятная встреча, — вымолвил Бургас, делая шаг ко мне. Но с осторожностью: с каждой стороны — по стражу, мрачный Лусон и парень в фирменных обертках поверх брони. — Тем более приятная, — повторил он, — что есть надежда получить долги. Ты ведь нам должен, урод отвальный, и фирме, и нашему семейству. Я не ошибаюсь, Охотник Крит?
— Легат Крит. Можешь проверить, — сказал я, вытянув руку с браслетом. — И о долгах перед тобой, почтенный гранд, не помню. Если желаешь получить долги, обратись к Вершителям Правосудия.
— Лега-ат… — протянул он с издевательской ухмылкой, — уже лега-ат… Ну, ты ведь понимаешь, что в закрытой зоне это значит меньше, чем щепотка пыли. И к Вершителям мне обращаться не нужно, я сам найду крысу для тебя. И для тебя, и для твоего ученика. Только погостите здесь, пока зверушек не отловят — у меня ведь не крысиный заповедник.
Он придвинулся еще ближе, жадно вглядываясь в мое лицо. Не знаю, что он там высматривал, признаки ужаса или хотя бы тоски и печали, но я и глазом не моргнул. А как моргнешь, если огнемет на реактанте! Заметят, и в самом деле отправишься к крысам.
— У меня тут камера в подвале имется, — сообщил Бургас. — Уютная такая, метр на полтора, как раз для двоих. Посидите в ней пятидневку-другую, подождете. Только сначала скажи мне, легат, как ты сюда просочился и что тут делаешь?
Не знает про убежище, понял я. Или Лион не успел рассказать, или вообще о нем забыли. Вполне возможно, если вспомнить об истекших столетиях.
Не спуская взгляда с переносицы Бургаса, я пояснил:
— Я, Свободный Охотник Крит, имеющий временный статус легата, работаю по контракту с ОБР. Занят плановым обследованием Старых Штреков и здесь оказался случайно.
Никогда не слышал, чтоб проводились такие обследования, да еще плановые. Для Бургаса это тоже новость, но верить ей необязательно. Лишь бы поближе подошел…
Еще один шажок. Бургас с двумя охранниками уже был от меня на дистанции протянутой руки. Засевшие на галерее и балконах расслабились и походили теперь на любопытных болванов, следивших за редким и увлекательным зрелищем. Остальные, вместо того чтобы рассредоточиться и держать противника на мушке, сгрудились кучей, словно капсули у банки с оттопыровкой. Их много, нас двое, и, значит, опасаться нечего… Обычная ошибка неподготовленных бойцов.
— Ты мне баек не рассказывай, легат, — прошипел Бургас со злобной гримасой. — Я ведь правду из тебя достану! Выжму, как сок из фрукта! Повисишь над крысами и…
И тут я его схватил.
— Я ведь правду из тебя достану! Выжму, как сок из фрукта! Повисишь над крысами и…
И тут я его схватил. Левой рукой, потому что протез врезался в челюсть Лусона. Огненная струя метнулась за моим взглядом, обогнула галерею и балконы, и там отчаянно завопили, то ли от неожиданности, то ли боялись поджариться. Кто-то выпалил в потолок, посыпались обломки перламутра, Бургас взвизгнул, Лусон свалился на пол, его напарник бросился ко мне, выставив излучатель, и получил протезом в лоб. Видно, бойцы Химических Ассоциаций не многому научились за семнадцать лет, со времени моего прошлого визита. Но тогда я был один, а теперь — с помощником.
Я толкнул гранда к Дакару:
— Держи его. Можешь потискать, но не очень сильно.
— Наш заложник? — осведомился инвертор, принимая Бургаса в объятия. — Или преступник в руках закона? Ну, на всякий случай… — Он ткнул ему в шею ствол разрядника и произнес: — У вас есть право на адвоката и право хранить молчание. Гробовое!
Я его не понял, телохранители гранда тоже, но ни один из них с места не двинулся. Наверху считали ожоги и подвывали, внизу ошеломленно переглядывались, Лусон с напарником корчились у наших ног, а Бургас замер в ужасе. Выглядел он так, будто все короли Химических Ассоциаций, собравшись на совет, решали, не искупать ли гранда в серной кислоте.
Ободрив его улыбкой, я сказал:
— Не надо печалиться, достопочтенный, ни крысам, ни Вершителям ты не нужен. Прикажи, чтоб вызвали трейн. Доберемся в купол, отпустим. Паком клянусь!
Бургас окатил меня ненавидящим взглядом, махнул телохранителям, и мы неторопливо двинулись к арке: Дакар с пленным впереди, я с огнеметом сзади. Стражи расступились перед нами.
Глава 15
Дакар
Пятое. Родственные и семейные связи следует если не уничтожить полностью и окончательно, то максимально ослабить, поскольку они являются базой для нежелательной консолидации небольших, но чрезвычайно устойчивых групп населения. С этой целью процесс воспитания новых поколений должен быть отделен от семьи и родителей.
